Онлайн-образование: рынку не хватает специалистов и… денег

В чем польза от инфобизнеса? Чем проект EdTech отличается от онлайн-школы? Чему хотят учиться россияне? О проблемах рынка онлайн-образования в России Executive.ru беседует с генеральным директором edtech-акселератора Ed2 Натальей Царевской-Дякиной.

Executive.ru: Как вы оцениваете объем рынка онлайн-образования в России в 2019 году?

Наталья Царевская-Дякина: Было несколько попыток оценить рынок, правда, данные заметно разнятся. В одном из прогнозов говорилось, что сегмент рынка дополнительного школьного образования в 2021 году составит 10 млрд руб., а сегмент профессионального образования – 11 млрд руб. Однако в исследовании РБК говорится, что уже в 2018 году объем рынка составлял 30 млрд руб. Прогноз «Яндекса» на 2019 год – более 50 млрд руб. Есть исследование платформы Getcourse, на базе которой многие школы создают свои курсы, по этим данным, только онлайн-школы в 2018 году достигли показателя 7 млрд руб.

Executive.ru: В чем разница между онлайн-школами и проектами EdTech?

Н.Ц-Д.: Если у проекта отобрать техническую часть – платформу, на которую залит контент, и этот проект останется жизнеспособным, то это – онлайн-школа. Проект может переехать на другую платформу или уйти в офлайн. И, наоборот, если у проекта отобрать один контент, залить другой контент, перебрать контент и он останется – то есть в основе технология, то это – проект EdTech.

Executive.ru: В каких секторах рынок перегрет, и в каких есть места?

Н.Ц-Д.: Думаю, ниши для роста есть везде. Возможно, перегрет сектор онлайн-школ. Офлайн-образование хлынуло в онлайн за счет повсеместного проникновения интернета, возможности технических платформ работать с тяжелым контентом, видеостримингом, аудиозаписями, проверками домашнего задания, заливки pdf. Сегмент онлайн-школ растет на 300% в год, другого подобного рынка, способного расти так быстро, в российской экономике нет.

Executive.ru: Чему учат эти школы?

Н.Ц-Д.: В исследовании компании Getcourse говорится, что половину рынка составляют школы, связанные с конкретными профессиями, карьерой, профессиональными знаниями и навыками. Вторую половину – школы, которые занимаются вопросами личного развития, эзотерики, астрологии…

Executive.ru: Как вы полагаете, как долго рынок будет расти со скоростью 300%?

Н.Ц-Д.: Пока конца этому росту не видно, потому что у пользователей есть жажда узнать что-то новое. Люди, которые никогда бы не учились в офлайн-формате, выбирают онлайн-образование.

Executive.ru: Как рынок реагирует на этот спрос?

Н.Ц-Д.: Созданием новых онлайн-школ и технических платформ. Быстро развиваются Learning Management Systems (LMS), образовательный AR/VR, ИИ в образовании, новые подходы к методологии – инфраструктурные системы, объединяющие преподавателей, учеников, учебный контент, механизмы проверки домашних заданий… Создаются маркетплейсы, куда заливаются разные форматы контента, этим контентом пользуются разные пользователи, разные создатели.

Executive.ru: Какова рождаемость и смертность образовательных стартапов на российском рынке?

Н.Ц-Д.: Только в моем акселераторе за два года в базу собрано более 1 тыс. проектов, включая такие несложные форматы как образовательные марафоны. Что касается смертности – она действительно высокая. В тех секторах, где высокая рождаемость, там и высокая смертность. Если онлайн-школа не «выстрелила», она сходит с дистанции. В целом по индустрии показатель смертности составляет, как и в любом сегменте, около 80%. Столько стартапов уходит с рынка.

Executive.ru: В чем причина этой смертности?

Н.Ц-Д.: В секторе онлайн-образования не так много предпринимателей. Рынок начинался с педагогов. Были энтузиасты, которые выкладывали в интернет учебный материал для решения проблем своего класса или школы. Например, создавали одиночный курс «Русский язык. 5 класс». Затем к процессу присоединились родители, а также методологи, которые начали предлагать новые методики, новые приемы проверки знаний. Появились проекты не для одного класса, а для, скажем так, детей друзей, друзей детей…И только сейчас на рынок приходят предприниматели.

Высокая смертность на первых этапах объясняется тем, что не всем хватает предпринимательских навыков в целом и знаний по созданию образовательных продуктов в частности. Основная проблема нашей отрасли – кадровая. Не хватает людей, которые могут написать сценарий курса, объяснить преподавателю, как вести себя в кадре (преподавание у доски и в видеоформате – не одно и то же), построить курс, сформулировать домашние задания, «сшить» разные курсы в систему, выстроить финансовые модели, научиться продвигать курсы в формате B2B и B2C. Рынку не хватает продюсеров, сценаристов, методологов, маркетологов…

Еще одна проблема – отсутствие денег. В этом сегменте очень мало инвестиций и практически нет экзитов (выходов инвесторов из проектов – Executive.ru). Непонятно, кому продавать проекты. В основном применяется дивидендная модель инвестиций, а она – не самая прибыльная, но вполне устойчивая.

Executive.ru: Проведите, пожалуйста, границу между инфобизнесом и онлайн-образованием?

Н.Ц-Д.: На днях я была в «логове» инфобизнесменов и услышала потрясающую фразу: «Если нас обзывают инфобизнесменами, значит, мы будем на этом рынке компанией №1». И они правы. В моем понимании инфобизнес – это достижение результатов без напряжения, без определенных усилий.

Executive.ru: Но возможен ли образовательный результат без усилий?

Н.Ц-Д.: В инфобизнесе нет задачи довести людей до этого результата. Инфобизнес – это больше про эмоции: «Ты сможешь! Ты сделаешь! Ты – крутой! Ты – молодец!». При этом курсы в этом сегменте очень хорошо сделаны. Там все просто и эффективно. Работающие воронки продаж, продуманные и правильно построенные сценарии курсов.

Все критикуют инфобизнес, но в его защиту можно сказать, что в России никто не учит предпринимательству, и основы того, как открыть свой бизнес, как посчитать налоги, как оценить затраты на одного клиента и прочее юные предприниматели получают из курсов инфобизнесменов, потому что школы и вузы пока этому не учат.

Executive.ru: По каким метрикам оценивается удовлетворенность студента в онлайн-образовании?

Н.Ц-Д.: По тем же самым, что и в других индустриях. Core audience – доля пользователей, дошедших до конца курса. Net Promoter Score (NPS) – готовность рекомендовать курс друзьям. Customer Satisfaction index (CSI) – индекс удовлетворенности клиентов. Retention – готовность слушателя к покупке нового курса у этого провайдера. Все они имеют свой смысл, чаще всего в онлайн-продуктах в сфере образования используется NPS.

Executive.ru: Что может заставить слушателя пройти курс до конца?

Н.Ц-Д.: Осознанная необходимость немедленно применить те знания, которые он получит на курсе. Функциональный интерес. Хотя есть проекты в сфере истории искусств, где слушатели проходят курс не потому, что им жизненно важно получить эти знания, а потому что интересно.

Executive.ru: Какие предложения на рынке онлайн-образования есть для слушателей в возрасте 40+?

Н.Ц-Д.: Предложений мало, все они сосредоточены в таких секторах как менеджмент, карьерное консультирование, повышение профессиональных навыков. Курсы в этом секторе есть у Skillbox, эта компания планирует и дальше работать в сегменте 40+. У Mail.ru и «Нетологии» есть курсы по повышению профессиональной квалификации, которые могут представлять интерес для слушателей 40+. Например, курсы для программистов, которые хотят повысить свой уровень с middle до senior. Или курсы по маркетингу, которые помогут маркетологу стать директором по маркетингу.

У «Яндекса» и Агентства стратегических инициатив есть разработки по повышению компьютерной грамотности – эти продукты готовятся в связи с повышением пенсионного возраста: государство хочет приобщить людей старшего поколения к информационным технологиям, в данном случае речь идет о курсах из серии «Как научиться работать в Excel». В 2018 году Министерство труда заявило, что будет создавать серию курсов для этих целей.

Образовательных проектов для поколения X мало, потому что российская экономика не дала ответ на вопрос, а что делать этим людям на рынке труда после прохождения учебы. С другой стороны, при оценке этой ниши надо обратить внимание на платежеспособность аудитории: в отличие от подростков, взрослые люди в состоянии платить за свою учебу самостоятельно.

Executive.ru: Как часто вокруг онлайн-школ образуются сообщества?

Н.Ц-Д.: Гораздо реже, чем в университетах и бизнес-школах. Учеба в обычном формате приводит к образованию связей: одноклассники и однокурсники поддерживают контакты долгие годы после выпуска. В онлайн-проектах я не видела ни одного примера, когда образовалось бы устойчивое сообщество.


Наталья Царевская-Дякина – директор EdTech Акселератора Ed2. Окончила исторический факультет МГУ им. М.Ломоносова по специальности этнология и антропология. После этого работала в IT-секторе. В 2003 запустила конкурс инновационных проектов БИТ, который объединял тысячи предпринимателей из 13 регионов. Затем перешла в сегмент EdTech, проработав в профильном венчурном фонде и компании «Севергрупп ТТ». Открыла акселератор Ed2 при поддержке фонда «Иннопрактика».

Комментарии
Генеральный директор, Хабаровск

Вопрос в том, каких специалистов  не хватает в сфере образования? Какими знаниями они сами должны обладать, чтобы научить других? И чему должны научить? 

Генеральный директор, Хабаровск

Наука, образование  и бизнес в РФ должны действовать в единой связке, чтобы компании пользовались научным потенциалом России и приобретали новые технологии в нашей стране. А этого пока нет. Поэтому рынок онлайн-образования должен быть прикладным. 

Руководитель проекта, Калининград

Два утверждения из одной статьи:

  1. Core audience – доля пользователей, дошедших до конца курса (показатель удовлетворенности студента в онлайн-образовании). 
  2. В инфобизнесе нет задачи довести людей до этого [образовательного] результата.

И еще момент:

Основная проблема нашей отрасли – кадровая. Не хватает людей, которые могут написать сценарий курса, ... построить курс, сформулировать домашние задания, «сшить» разные курсы в систему 

Коллеги, зачем так сложно? Скажите просто - нет преподавателей-методистов, которые умеют учить. 

Директор по развитию, Екатеринбург

В моем понимании инфобизнес – это достижение результатов без напряжения, без определенных усилий.

Инфобизнесэто просто передача информации (знаний, технологий, опыта, своего или из книжек, не суть) за деньги. Чем успешно занимаются со времён перехода на рыночные отношения все Университеты, и бизнес-школы в стране. А также отдельные компании, которые на этом специализируются, и проводят курсы, семинары, вебинары и тренинги за плату.

Термин придумал Дэн Кеннеди (Dan Kennedy) в США, — преуспевающий бизнес-тренер, копирайтер, рекламист, консультант, автор 7 книг – бестселлеров и мультимиллионер.

В Россию его привёз в 2008 году и назвал продажу знаний – инфобизнес, и раскрутил его, Андрей Косырин (в народе Парабеллум). Официальный сертифицированный бизнес-представитель (Certified Business Advisor (CBA)) Дэна Кеннеди в городе Торонто (Канада).

На сегодня самый крупный инфобизнесмен в России – Университет «СИНЕРГИЯ». В котором учится 95 000 студентов из 50 стран, как они сами утверждают.

Что такое инфобизнес? Можно купить книжку Тони Роббинса, за 500 рублей. А можно сходить на «Synergy Global Forum 2019» в Москве, и купить билет в первом ряду за 500 000 рублей, и получить возможность пообедать с Тони, и сфотографироваться.

Каждый делает свой выбор!

Так что, все, кто передаёт свои знания за деньги, начиная со школьного учителя, можно считать инфобизнесменами.

И конечно их больше on-line. Просто из-за того, что они мобильнее и расторопнее, чем Университеты. Только в этом и разница.

А что касается качества предлагаемой информации у инфобизнесменов и стационарных Университетов, то тут ответ не однозначный.

В Университетах в основном, да и в бизнес-школах, преподают, те, кто ни разу бизнесом сам не занимался. Не найдёте там Билла Гейтса, который, не имея высшего образования (выгнали его), преподавал «Творчество в бизнесе» в Стэнфорде.

В России – это невозможно! Если ты не кандидат или доктор наук. Звание из книг, важнее знания из личного опыта.

Билл Гейтс через 35 лет получил диплом о высшем образовании в Гарвардском университете, который он, не закончил.

Генеральный директор, Челябинск

Про инфобизнес - тема не однозначная.

На западе используется термин "инфомаркетинг". Это у нас появился "инфобизнес", как модель быстрого заработка, зачастую близкого к мошенничеству.

При этом году так в 2014-2015 основная пена с этого рынка уже сошла. Явную туфту рынок уже перестал потреблять.

Появились более чем ценные компании и эксперты. Ценнные - это значит дающие ценность потребителю.

И часть инфобизнеса переплелось до состояния смешения с онлайн-образованием.

С другой стороны инфобизнес оказался наиболее динамичной областью с точки зрения применения маркетинга.

То что в обычном бизнесе только сейчас с осторожностью и неумением начинают внедрять, инфобизнес давно уже освоил, а то и проскочил дальше. Тот же е-мейл маркетинг, который в инфобизнесе - вчерашний день, а в обычных бизнесах - земля неведомая.

Знаю много случаев, когда инфобизнес давал реальный толчок в маркетинговом развитии предпринимателей. По меньшей мере формировал поверхностное понимание ВСЕГО поля возможностей. 

Поэтому лично для себя я сформулировал так:

Инфобизнес - это заработок на новичках, путем их эмоциональной накачки и обзорного обучения.

Инфомаркетинг - использование инструментария маркетинга, начиная с контент-маркетинга, и включая воронки, е-мейл-маркетинг, и так далее и то прочее.

Онлайн-образование - предоставление исчерпывающих в своей области знаний, достаточных для овладения предметной областью.

Специалист, Санкт-Петербург

Основная проблема нашей отрасли – кадровая. Не хватает людей, которые могут написать сценарий курса, объяснить преподавателю, как вести себя в кадре (преподавание у доски и в видеоформате – не одно и то же), построить курс, сформулировать домашние задания, «сшить» разные курсы в систему, выстроить финансовые модели, научиться продвигать курсы в формате B2B и B2C. Рынку не хватает продюсеров, сценаристов, методологов, маркетологов…

Помнится, в СССР были по ТВ передачи "Лекции по высшей математике". Что мешает взять их за основу для создания он-лайн курсов?

 

Руководитель, Москва

ну сейчас онлайн материалов много, тот же "Открытый университет", да и в "буржуйском сегменте интеренета" материалов хватает. Не говоря уже о сканированных книгах в электронном виде. 

Но наличие доступных знаний не делает их восстербованными. 

Да и интерактив нужен. 

И самое главное - процесс образования не исчерпывается процессов получения знаний.. 

Директор по маркетингу, Москва

Где бы посмотреть самый правдивый пирожок по долям специфики рынка образования?Сколько там фундамента типа химии, физики для взрослой аудитории и сколько там бизнес образования?

Если кто видел - отдайте ссылку!!! 

IT-консультант, Москва

Мнение человека, работающего давно, как в теории, так и в практике, как преподавателем в коммерческом учебном центре, так и преподавателем в магистратуре, как лично, так и дистанционно. Тема важнейшая. Вот только лично я не стала бы сводить ее только к обсуждению платофрмы. Моя специализация - управление, включая управление ИТ. Есть своя методика, которую я стараюсь сочетать с рекомендациями владельцев контента, есть свой контент. Много чего есть. И никогда не беру много людей на тренинг, максимум человек 10. Тут стою насмерть. А сказать я хочу довольно простую вещь: не все дисциплины можно и нужно преподавать дистанционно. Однозначно нельзя работать удаленно в области управления. Тут важна именно личная дискуссия, как с тренером, так и с коллегами, глаза в глаза. Диалог. Если преподаватель - тренер просто хочет заработать денег, тогда пожалуйста, презентация на стенку, чтение текста, формальные задания, формальная сдача экзамена и адью. Но это ли нужно руководителю, который заплатил за это деньги? Этого хочет компания, отправившая своего работника на такой тренинг? Кому-то да, это подходит, но большинству вряд ли. Для меня каждое заняие - творчество, работа на конкретную аудиторию. И я тоже учусть вместе со слушателями, мне тоже интересно общаться с самыми разными людьми. Все остальное - от лукавого. Образовательные услуги - вещь в себе. Их качество, качество обучения, кстати, как и качество лечения (много общего) - должно оцениваться не по количеству галочек, поставленных в нужные клетки, а по тому, насколько люди, прошедшие обучение, довольны им, что нового для себя лично они оттуда вынесли, знают ли они, что делать дальше, чему учиться, как применить полученные знания в работе. И еще: я не соглашусь с утверждением о том, что эксперт - это либо теоретик, либо практик. Лично я считаю, что эксперт должен быть и теоретиком, и практиком, и психологом, и интеллигентным грамотным человеком. И людей любить. А что-то у нас много экспертов развелось, но редко кто может объяснить, почему тот или иной человек носит это громкое звание.   

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Статью прочитали
Обсуждение статей
Все комментарии
Новости образования
В WU Executive Academy рассказали о 10 главных навыках руководителей

Почему специалистов с необходимыми навыками находить все сложнее? 

Видео эксклюзивного мастер-класса Бена Нельсона

Американский предприниматель и основатель университета Minerva провел мастер-класс «Революция рынка труда: как современные технологии изменят лицо образования».

Новая группа МВА начнет обучение в школе бизнеса МИРБИС 7 ноября

Вечерний формат обучения по программе МВА подойдет тем менеджерам, которые не любят долгих перерывов в обучении, а выходные хотят посвящать своим увлечениям или семье

LBS International Conferences презентовала новый обучающий проект для HR-лидеров

Новый проект «Трансформация-Эффективность-Лидерство» состоит из серии двухдневных интенсивов, которые будут проходить в течении делового сезона 2019-2020.

Дискуссии
Все дискуссии
HR-новости
Эксперты: 4-дневная рабочая неделя приведет к снижению зарплат

Закон не препятствует пропорциональному снижению ФОТ при переходе на четырехдневную рабочую неделю.

75% россиян не верят в пенсии

Три четверти россиян не верят в пенсии, показал опрос Райффайзенбанка. А те кто верят, полагают, что она составит всего 10-20 тыс. руб.

Японцы доказали, что при четырехдневной рабочей неделе производительность растет. В Microsoft сообщили о росте на 40%

Японское подразделение Microsoft подвело положительные итоги месячного эксперимента по переходу на четырехдневную рабочую неделю.

 
Кто счастлив в России?

Самыми счастливыми оказались - медики, госслужащие и HR-ы. Об этом сообщается в исследовании Headhunter.