Если Россия не перейдет к стратегии роста, она станет страной третьего мира

28 февраля 2017 года на рассмотрение Президента и правительства РФ была внесена программа «Стратегия роста», разработанная экспертами Столыпинского клуба (сейчас – Институт экономики роста имени Петра Столыпина), альтернативная программе Центра стратегических разработок Алексея Кудрина. В мае 2017 года правительство должно выбрать из представленных ему программ ту, согласно которой будет развиваться экономика России в ближайшие десятилетия.

В чем отличия программы «Стратегия роста» от программы Центра стратегических разработок Алексея Кудрина и Минэкономразвития? Этому вопросу была посвящена пресс-конференция, состоявшаяся 1 марта в МИА «Россия сегодня». В ней приняли участие создатели программы «Стратегии роста», эксперты Столыпинского клуба – уполномоченный по защите прав предпринимателей Борис Титов, научный руководитель Института экономики роста профессор Яков Миркин, ректор Финансового университета при Правительстве РФ профессор Михаил Эскиндаров, академик РАН Виктор Ивантер.

«Перед нами – неподвижный слон»

«Россия очень долго занималась стабилизацией. Нам говорили, что нужно сначала все устроить, установить, и вот это будет точка, после которой будет рост, – предварил презентацию Яков Миркин. – Но странным образом за четверть века не нормализовали ни финансовую систему, ни валютный курс, ни инвестиции, ни инфляцию. Представьте – перед нами неподвижный слон – российская экономика. И мы пытаемся этого слона заставить двигаться – тыкать палочками – экономическими инструментами, понимая, что когда начинается рост, движение, возникает совершенно другая атмосфера легкого дыхания, свободы бизнеса с более доступными кредитами, со снижающимися процентными ставками, курсом рубля, с подавленными административными издержками. И сразу появляются возможности, чтобы проводить структурные реформы – все это не откладывается в долгий ящик, потому что в «Стратегии роста» эти меры первоочередные».

Запад меняет экономическую политику. Почему ее не меняем мы?

«Для каждого периода экономического развития нужна своя концепция. Это подтверждает новейшая история: когда экономики в США, странах Европы развивались динамично, были насыщены инвестициями, необходимо было минимальное присутствие государства, – считает Борис Титов. – Главной целью была борьба с инфляцией, мониторинг инфляции, игра процентной ставки – других инструментов не требовалось. Когда наступили тяжелые времена, как это было в 2008 году, начали действовать другие инструменты – власти прислушались к голосу бизнеса и сказали, что нужна более активная политика государства, чтобы не остановились инвестиции, чтобы колесо развития экономики не встало, а продолжало движение. Именно взгляд бизнеса во многом повлиял на то, как изменилась экономическая политика на Западе. Так в принципе должна поменяться политика и у нас. Пока, к сожалению, этого не происходит».

Два взгляда в одной программе

«В нашей программе объединены два взгляда – экспертного видения и делового мышления. Их синергия лежит в основе нашей программы. Кто за нами стоит? Эксперты – люди с мировым именем – присутствующие здесь, а также заведующий кафедрой экономической теории и политики РАНХиГС при Президенте РФ Абел Аганбегян, первый заместитель директора Института экономики РАН Михаил Головнин, доктор экономических наук, депутат Законодательного Собрания Санкт-Петербурга Оксана Дмитриева, президент Strategy Partners Group Александр Идрисов, а также представители нового поколения – Андрей Клепач, который долгое время занимался макроэкономикой в стране, был ответственным за это направление в министерстве экономического развития и другие.

Что, если не будет роста?

«Согласно проведенным исследованиям, инерционный сценарий, который сегодня заложен в программе правительства, приведет к новой экономической реальности – Россия станет бедной страной, отстающей от ведущих стран. Статистика утверждает, что всего 1% экономического роста Китая составляет 5,3% роста России. Таким образом, чтобы просто не отстать от Китая, Россия должна иметь темпы роста выше, чем экономика КНР. Если его не будет, страна окажется во втором или в третьем эшелоне мировой экономики. Уже сейчас по уровню жизни населения Россию обходят Китай, Индия, Турция».

При этом авторы программы считают, что потенциал роста у российской экономики большой. «Мы рассчитали сценарий стратегии роста удвоения ВВП к 2035 году. Но если взять весь потенциал российской экономики, то есть пойти по самому оптимистичному сценарию – при высоких ценах на энергоресурсы, при стопроцентной реализации программы, у нас есть потенциал утроения ВВП», – подчеркивает Борис Титов.

Рост: три периода

Согласно программе, процесс роста будет постепенный, и состоять из трех основных периодов:

1. Период восстановления экономического роста – до 2019 года – «Новая индустриализация».

2. Самый продуктивный – инновационный – период экономики, период быстрого роста в размере 5-6% ВВП до 2025 года.

3. Период устойчивого развития, который будет характеризоваться снижением темпов роста, но уже будет совершенно новая экономика – так называемая «Экономика знаний» – до 2035 года.

На каждом этапе будут свои драйверы роста, будут работать свои экономические стимулы. В течение первого периода, главный тренд которого – рост спроса на внутреннем рынке, это будет происходить на базе умеренно заниженного курса рубля и тех основных производственных мощностей, которые уже есть в стране – приблизительно 25% новых мощностей, имеющихся в России, не задействовано.

Во втором периоде рост будет обеспечен прежде всего за счет инвестиционной составляющей, и он будет ориентирован как на растущий внутренний рынок, так и на внешний рынок – за счет повышения конкурентоспособности российских товаров на внешних рынках.

Третий период с работающими новыми инновационными секторами экономики будет разворачиваться на базе нового курса рубля, наращивания присутствия российских компаний на глобальных инновационных рынках.

«Нельзя затягивать пояса, когда останавливается экономика»

Чтобы это заработало, нужна реализация большого количества системных решений. «Мягкая денежно-кредитная политика – первый пункт в нашей программе. Мы считаем, что это нормальная практика всех развитых рыночных стран при выходе из кризиса, – уверен Борис Титов – Нельзя затягивать пояса, когда у тебя останавливается экономика. Государству необходимо вступать в экономику не как собственнику, а как создателю стимулов для развития. Мы видим эти меры в программах, которые были приняты в США, Японии, Европе.

Необходимо, чтобы власти таргетировали не только инфляцию, но также рост и число производительных рабочих мест. Прежде всего, речь идет о ключевой ставке, которая влияет на коммерческую кредитную ставку в России. Нужен умеренно низкий валютный курс. Нужна стабильность рубля. Предельный уровень дефицита бюджета должен быть на уровне (-)3%, а уровень госдолга на уровне (-)30-35%.

Чтобы обеспечить доступ к кредитованию, необходимо несколько главных решений – создать новые инструменты рефинансирования, которых в России сегодня практически нет, как и институтов проектного финансирования, торгового финансирования. Нужны институты развития, через которые государство должно запустить процесс инвестиций. На эти цели может быть выделено до 1,5 трлн рублей. Это никак не повлияет на инфляцию, эти средства незначительны в масштабах нашей экономики, где другие расходы – например, на санацию банков, значительно выше. В США на программу количественного смягчения было направлено $787 млрд, мы говорим о $30 млрд».

Где взять ресурсы?

Есть ли трудовые ресурсы для осуществления этих планов? Авторы программы «Стратегия роста» отмечают, что у российской экономики есть возможности, которые необходимо реализовать для достижения экономического роста.

«Мы считаем, у нас огромные резервы квалифицированных и малоквалифицированных трудовых ресурсов, главное, необходимо развивать профессиональное образование и системы переквалификации, – уверен Борис Титов. – Сколько надо денег? Мы полагаем, общая цифра – 5,9 трлн руб. для основных фондов. Но если государство вложит 1 рубль, то частных инвестиций придет 4-5 рублей. Поэтому сумма государственной помощи – 2,2 трлн руб. Эту цифру можно будет вернуть простым способом – будет экономический рост, который даст не только дополнительные доходы людям, которые будут получать свои зарплаты на новых рабочих местах, не только бизнесу, который будет создавать новые предприятия, но и бюджету РФ – 300 млрд рублей – это 1% дополнительного экономического роста. И это очень консервативная оценка.

И последнее. Очень важна общественная поддержка, если ее не будет, шанс на реформы очень мал. Правильная, выгодная всем стратегия сама будет являться центром объединения страны. Наша стратегия роста не создает никаких рисков, она не предлагает пережить тяжелые времена ради светлого будущего. Страна должна поверить в эту стратегию, но важнее, чтобы в нее поверила власть. Потому что наша власть не верит в нашу страну. Они переоценивают риски, не верят, что страна может динамично развиваться. Тот KPI, который может объединить всех нас – это высокопроизводительные рабочие места, сейчас это чуть больше 15 млн, плюс наши 10 млн – к 2025 году – 25 млн. Это выгодно людям, бизнесу, государству и президенту, который идет на новые выборы».

Чем этот план отличается от альтернативных?

«Чем отличается наша программа от представленной Алексеем Кудриным? Во-первых, идеологией. Это – практически рациональный либерализм, – считает Яков Миркин. – Во-вторых, целями: мы за открытое социальное рыночное государство. В-третьих, ролью государства. Мы за государство развития, где Министерство финансов развития, Банк развития, Министерство экономики развития».

Политика роста, которую мы предлагаем, состоит из двух частей, – оживить экономику и на оживлении развернуть дальнейшие реформы. Если более конкретно, то наш план состоит из следующих компонентов:

  • Доступный кредит
  • Снижающийся процент
  • Умеренно мягкая денежная политика
  • Умеренно ослабленный валютный курс
  • Подавление немонетарной инфляции
  • Снижение общей налоговой нагрузки
  • Налоговые меры, стимулирующие рост
  • Подавление регулятивных издержек, нормативных издержек
  • Прямые иностранные инвестиции
  • Свобода «дыхания» для бизнеса и среднего класса
  • Реальная рыночная среда
  • Новая роль судебной системы
  • Сбалансированная региональная политика
  • Приватизация не в интересах крупных иностранных инвесторов, а в интересах среднего класса
  • Развитие качества жизни, главный KPI – продолжительность жизни. Сейчас Россия по этому показателю на 100 месте в мире.

Почему бы не распространить опыт АПК и ВПК на всю экономику?

«У нас есть две области, где произошло экономическое чудо – это аграрный сектор и ВПК, – констатирует Яков Миркин. – Там государство произвело ту самую экономику роста: низкие процентные ставки, меньшие налоги, бюджетные преференции, чудесное воздействие в аграрном секторе девальвации рубля. По сути дела государство само продемонстрировало, что бы происходило, если бы оно попыталось распространить эту модель на всю экономику».

Фото в анонсе: Борис Титов (справа) и Яков Миркин. Фото Юрий Мартьянов / Коммерсантъ

Комментарии
Директор по развитию, Москва
Виктор Москалев пишет:
А между тем причины достаточно просты. Антисанкции. Искусственно ограничено предложение продуктов питания. Производство их в России не может вырасти очень быстро, поэтому новое рыночное равновесие установилось на уровне более высоких цен.

Реальный смысл антисанкций в попытке удержать положительное сальдо платёжного баланса и тем самым сохранить ресурсы для обслуживания внешнего долга. Тут уж проблема внутренней инфляции уходит на второй план.

Директор по развитию, Москва
Виктор Москалев пишет: Дело в том, что китайские и другие юго-восточные предприятия пользуются эффектом масштаба, выполняя заказы для всего мира.

Данный фактор быстро теряет актуальность: 3d - принтер работает дешевле и качественнее китайского рабочего :)

Директор по маркетингу, Москва
Николай Алексеев пишет:
Данный фактор быстро теряет актуальность: 3d - принтер работает дешевле и качественнее китайского рабочего :)

Я об этом тоже думал. Видимо когда то наступят такие времена, что локальное производство начнет возрождаться и все будет иначе. Мы не будем импортировать китайские игрушки, а будем их распечатывать в ближайшем супермаркете. Но пока ведь это не так? И более того, мы даже не играем на уровне разработчиков этих новых технологий. Они опять же там же в США и Китае делаются, что и все.

На уровне разработки нового еще больше эффект масштаба, чем на уровне производства. Ведь затраты одни на разработку, от тиража не зависит. А их покрытие зависит от тиражности. Даже если бы мы были способны разработать смартфон на замену существующих лидерских, мы бы не смогли окупить затраты на разработку, потому что не имеем доступа и опыта работы на глобальных рынках. На одних только продажах в России по-настоящему новые и инновационные штуки не окупишь.

Директор по маркетингу, Москва
Николай Алексеев пишет:
И здесь партия Роста снова демонстрирует свой несрстрятельный политический популизм. Модернизация с прицелом на новую технологическую революцию невозможна без интеграции в глобальные технологические цепочки и без доступа к передовым Западным технологиям. Однако для нас этот доступ перекрыт санциями Запада, введёнными против политической элиты нашей страны за присоединение Крыма, нарушающее международное право, и за гибридную агрессию на Донбассе. Своей вредной по сути, так называемой, "Стратегией роста" партия Роста повторяет начальные шаги партии Справедливая Россия: поначалу создаёт видимость оппозиционгости, но предпочитает не говорить о реальных причинах системного кризиса страны.

С этим совершенно согласен и я о том же писал там раньше. Лицемерят, рисуют какие то программы, создают видимость и боятся сказать о реальности, боятся этой реальности.

Сами же активно используют все продукты глобализации, такие как Айфоны, но не хотят признать тот простой факт, что глобализация реально существует и мы в ней не нашли подходящие ниши. А наш старый фокус на ресурсы, это всеми признаваемо, не очень надежная основа.

Адм. директор, Белгород
Николай Алексеев пишет:
Реальный смысл антисанкций в попытке удержать положительное сальдо платёжного баланса и тем самым сохранить ресурсы для обслуживания внешнего долга. Тут уж проблема внутренней инфляции уходит на второй план.

+ политический резон. Не по- пацански не отвечать. Не по понятиям. Перестанут бояться-уважать свои

Директор по маркетингу, Москва
Сергей Лосев пишет:
+ политический резон. Не по- пацански не отвечать. Не по понятиям. Перестанут бояться-уважать свои

Причем политический резон важнее, потому что ведь импорт вряд ли вообще сократился. Только вместо европейских продуктов вначале пытались привозить из Аргентины. Если бы это было выгодно, то привозили бы и раньше, а начали только после санкций на базе уже более высоких цен, то есть валютные расходы не уменьшились.

Директор по продажам, Санкт-Петербург

Виктор Москалев пишет: ... а еще более интересной моделью мне представляется планируемый финский коммунизм. Они вводят безусловный доход, пока только в качестве эксперимента ...

Александр Соловьев пишет:
Базовый безусловный доход - это ещё не коммунизм, а между социализмом и коммунизмом целая "пропасть".

Александр, базовый доход - это вообще шаг не в сторону социализма/коммунизма, это намеренный шаг в сторону утилизации излишнего населения.

Директор по продажам, Санкт-Петербург
Александр Соловьев пишет:
Что касается коммунизма как системы, в которой вся власть и собственность принадлежит бюрократии

Не коммунизма - а социализма.

Идея коммунизма использует понятие собственность как отрицание самого понятия в обществе коммунизма, а теория ни чего не говорит об устройстве общества.

Директор по маркетингу, Москва
Виктор Шкурин пишет:
это намеренный шаг в сторону утилизации излишнего населения.

Вы не верите в людей и не хотите рассматривать историю. Ведь уже был класс, которому вообще не надо было работать. Дворяне-помещики. У них не было потребности в работе для самообеспечения. Были из них деграданты, которых описывает Гоголь в своей поэме, а были и те, кто создал все ценное в русской культуре. Если бы не было дворян бездельников, не было бы и литературы. Кто бы читал все книги, даже Пушнина, если бы все трудились с утра до вечера в полях? Ничего не известно о том, чтобы крестьяне ценили литературу, кроме церковной и некоторого малого набора.

Мы сейчас как те крестьяне. Мы работаем. Наше население в основном трудится на не самой творческой работе и не может оценить и даже время уделить высокой культуре. Это не значит, что им это совершенно неинтересно.

Директор по продажам, Санкт-Петербург
Виктор Москалев пишет:
Ведь уже был класс, которому вообще не надо было работать. Дворяне-помещики. У них не было потребности в работе для самообеспечения. Были из них деграданты, которых описывает Гоголь в своей поэме, а были и те, кто создал все ценное в русской культуре. Если бы не было дворян бездельников, не было бы и литературы. Кто бы читал все книги, даже Пушнина, если бы все трудились с утра до вечера в полях?

Я не вполне понял, так "те, кто создал все ценное в русской культуре" или "Кто бы читал все книги, даже Пушнина, если бы все трудились с утра до вечера в полях"?

Я в людей именно, что верю.

Я капитализму, как делателю блага для народа не доверяю.

Что такое "вмененный доход" в капреальности отчетливо видно на примере США и поколений потомственных безработных. А это всего лишь модельная ситуация, т.е. цветочки, а ягодки придут при "вмененном доходе".



Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Статью прочитали
Обсуждение статей
Все комментарии
Дискуссии
Все дискуссии
Цифры и факты
Казахстан высоко оценил Дурова

Персона дня: Павел Дуров получил премию Союза журналистов Казахстана.

Банки следят за переводами денег

Факт дня: ЦБ обязал банки анализировать настройки и параметры устройств, клиентов.

​«Деловая Россия» получит компенсации

Факт дня: «Деловая Россия» и «Опора России» направили отзывы на законопроект о повышении НДС.

Вейпы приравняли к сигаретам

Факт дня: Вейпы и электронные сигареты должны находиться в зоне табачного законодательства.