Эдуард Товмасьян: «Внутри Москвы – полный ералаш»

Традиционный овал МКАД уступает место «замочной скважине»: так выглядят контуры городских границ Москвы после передачи столице части подмосковных территорий. О том, к каким последствиям для общества может привести расширение столицы, E-xecutive рассказывает главный специалист Центрального научно-исследовательского и проектного института по градостроительству Российской академии архитектуры и строительных наук, член правления Союза архитекторов России, заслуженный архитектор РФ Эдуард Товмасьян.

E-xecutive: Были ли в мировой градостроительной практике прецеденты удвоения площадей? Можно ли считать таковыми строительство Бразилиа или Чандигарха, слияние Буды, Обуды и Пешта?

Эдуард Товмасьян: Названные вами примеры прецедентами не являются: во всех случаях имел место меньший объем строительства. Бразилиа и Чандигарх – это города, возведенные на новом месте, а не за счет расширения имеющейся территории. Будапешт образовался путем естественного развития и освоения пространства на обоих берегах реки, многие города на Волге начинались на одном берегу, а потом перешли на другой. Но прецедент резкого увеличения территории (хотя и на новом месте) все же есть: Астана. Площадь Алма-Аты – 340 кв. км, а Астаны – 700 кв. км, при этом в Алма-Ате сегодня проживает 1,4 млн, а в Астане – 0,7 млн человек. Это, пожалуй, единственный пример такого рода.

Что касается Москвы, то я, как человек, привыкший работать с документами, процитирую то, что сказал Дмитрий Медведев на Петербургском форуме: «Чтобы улучшить развитие московского мегаполиса для целей финансового центра и просто облегчить жизнь огромного количества людей может быть так же рассмотрен вопрос о расширении границ Москвы, т.е. о создании столичного федерального округа, выходящего за традиционные границы Москвы». Задача, в принципе, поставлена верно, но такой постановке должна предшествовать огромная, опирающаяся на урбанистическую науку работа по анализу реальной ситуации, в которой находятся наше общество и все наши российские города, на базе чего можно подойти к формированию городской политики, как части политической стратегии страны. Тем не мене, уже определены ответственные, которые должны эту задачу решать. И вот на следующем этапе с рвением, присущим всем россиянам, они начинают решать ее в самом худшем, с моей точки зрения, виде.

E-xecutive: То есть президент говорит не о приращении территорий, а об ином?

Э.Т.: Он говорит о создании округа, выходящего за традиционные границы. Я это понимаю так: Москва останется в сложившихся границах, а за их пределами появится некий округ. Публицист Максим Соколов сравнивает эту идею с созданием Версаля за пределами Парижа и рассуждает о возможности создания Большой Москвы по примеру Большого Парижа или Лондона. Таким образом, у здравомыслящих людей – не архитекторов – появляются более трезвые идеи, чем у тех, кто ответственен за это решение.

E-xecutive: Сколько времени может потребоваться на формирование концепции освоения новой территории?

Э.Т.: Концепцию можно разработать за сравнительно небольшое время (я не имею в виду практику принятия решений за два дня) – за полгода. Насколько мне известно, в рамках Союза архитекторов России сейчас готовится предложение об объявлении международного конкурса на эту тему. Если он состоится и будет открытым, то можно ожидать появления интересных идей. После этого следует наиболее интересные предложения разрабатывать на финансовой основе. Для завершения такой процедуры потребуется не менее двух-трех кварталов.

E-xecutive: А случайно ли выбран юго-западный вектор?

Э.Т.: Не знаю, насколько случайно, но юго-западное направление было выбрано как генеральное для развития будущего города еще в генплане 1935 года, это был один из первых генеральных планов советского времени. И город действительно развивался на юго-запад. В 1959 году, когда я завершал обучение в Московском архитектурном институте и параллельно работал в Институте генерального плана Москвы в мастерской Ростислава Каверина, разрабатывался новый генплан столицы. Тогда еще не было МКАД, границы города были иными, и в этих рамках отчетливо определялся юго-западный вектор развития. Здесь по оси комплекса МГУ были запланированы Пантеон, правительственный центр и другие объекты столичного значения.

E-xecutive: … которые так и не были построены?

Э.Т.: Не были – они существовали только в проекте. Интересно, что это направление – между современными Мичуринским и проспектом Вернадского до самого Внукова – определялось как крупный зеленый клин. Этот проектный клин, примыкая через сеть бульваров к северному направлению у бывшей ВСХВ (ВДНХ, ныне ВВЦ. – E-xecutive), доходил до Сокольников. С течением времени задуманный специалистами зеленый клин стал уничтожаться - сегодня его уже практически нет. Но юго-западное направление по-прежнему важно с экологической точки зрения – здесь проходит воздушный экологический коридор, важный для поддержания благоприятных условий городской среды.

E-xecutive: Что означает в этом контексте появление нового строительства на юго-западе?

Э.Т.: Ничего хорошего. Новая территория ограничена двумя магистралями – Киевским и Варшавским шоссе. В этом узком сегменте обещают разместить миллион рабочих мест. Это решение создаст целый ряд проблем.

E-xecutive: Какой по функционалу должна быть новая Москва?

Э.Т.: Задачу, поставленную Дмитрием Медведевым, вывести правительственные заведения за пределы нынешней Москвы и тем самым облегчить жизнь огромному количеству людей, можно считать первой, а второй – жилую функцию. При этом естественно задуматься о судьбе бывших правительственных зданий. Маловероятно, что они станут жилыми. Наверняка они приобретут другие административно-управленческие функции со своим автотранспортом и новыми проблемами для оставшегося здесь населения. Глава строительного комплекса Москвы Владимир Ресин заявил, что в «новой Москве» будет преимущественно коттеджное строительство. За жильем последует культурно-бытовое строительство, от этого никуда не денешься. Но главная мысль заключается в том, чтобы разместить там правительственные учреждения. Правда, трудно себе представить, что такие «важные персоны», как Государственная Дума, «Комплекс Лубянки», Генеральный штаб и другие аналогичные объекты сменят адреса. Полагаю, что большую роль здесь играет фактор предстоящих выборов: это – часть предвыборной кампании.

E-xecutive: Как приращение территории скажется на логистике Москвы?

Э.Т.: В истории Москвы не было прецедента, чтобы город неожиданно начал односторонне развиваться в какую-то одну сторону. Приращение территорий шло постепенно, разрасталась Москва в разные стороны. Что будет теперь? В узкое горло между Варшавским и Киевским шоссе потянется огромное количество людей. В том числе чиновники и обслуживающий их персонал, который будет вынужден ездить из «старой» Москвы в «новую». Маятниковых поездок избежать не удастся, потому что в таком огромном городе невозможно обеспечить массовое проживание людей возле мест работы. Это создаст большие проблемы, потому что Москве в ее старых границах необходимо удвоение количества автомобильных магистралей. В генеральном плане Москвы, который закладывался в 1950-60-е годы, предусматривалась не только радиально-кольцевая система улиц, но и намечались хордовые направления между крупными городскими районами. Были запроектированы дублеры всех важнейших проспектов, территории этих трасс долго держали незастроенными. Но теперь все они застроены. Дублеры построить нельзя. Я уж не говорю о хордах.

E-xecutive: … а на социальной стратификации районов города?

Э.Т.: За счет увеличения городской территории плотность населения будет меньше, но этот общегородской показатель сродни «средней температуре по больнице». В реальности плотность где-то будет выше, где-то ниже. Причем, ниже она будет в тех районах, где живут люди с высокими доходами. Эта стратификация уже происходит, мы знаем районы, где проживают люди с тугими кошельками, где действительно скученность меньше. Бывший директор Московского института типологии и экспериментального проектирования Юрий Григорьев очень внимательно относился к проблемам москвичей с невысоким уровнем доходов. Им был запроектирован целый комплекс качественных жилых домов специально для небогатых, но московское строительное лобби 15 лет тормозило реализацию этого проекта, потому что им не выгодно было строить такие дома.

E-xecutive: Как скажется появление новой Москвы на развитии инженерной инфраструктуры старой?

Э.Т.: Мне трудно оценивать состояние московской инфраструктуры, потому что мы в нашем институте занимаемся развитием субъектов Федерации, а не столицы. Однако я знаю, что в России 75% инженерной инфраструктуры требует обновления. У нас повсеместно старые трубы, старые сети. Яркий пример – Санкт-Петербург. Когда там была объявлена программа обновления фасадов, я понял, что городу не под силу реконструировать ни жилье, которое имеется в центре города, ни сети. Только фасады. Хочется надеяться, что в Москве ситуация лучше.

E-xecutive: Сколько времени должно пройти, чтобы в чистом поле появился новый город?

Э.Т.: После того, как концепция будет разработана и одобрена, надо приступать к проектированию, которое начинается с планирования территории в целом, а потом переходит на уровень отдельных кварталов и комплексов. Этот процесс займет около пяти лет, по истечении которых можно ожидать, что появятся первые объекты. Собственно городская среда сформируется лет через десять, не раньше.

E-xecutive: То есть от момента формулирования замысла до появления городской среды должно пройти десятилетие?

Э.Т.: Понимаете, какая вещь… Город – это процесс. Когда в СССР после Великой Отечественной войны приступали к проектированию городов в России, в частности на Урале, то пришли к выводу, что трудно реконструировать старую застройку (я не беру сейчас в расчет города, разрушенные фашистами, – это была отдельная работа). Поэтому существующие кварталы не трогали, искали новые места: город расширялся на другом берегу реки, водохранилища, за лесом… Искали новые площадки, чтобы там развернуть массовое строительство. Строителям нужно было место, чтобы поставить на рельсы краны и «гнать кубики»» панельных домов. А сейчас наступило время, когда мы подошли к мысли, что надо реконструировать имеющуюся территорию. Город Пермь нашел в себе силы заказать проект генерального плана голландским специалистам. Они приехали и сделали такой вывод: «Вам не надо никуда расширяться, вам надо реконструировать существующий город, насытить его инфраструктурой, объектами, нужными людям, и вы вполне справитесь с поставленной задачей». Мысль чрезвычайно актуальная, но не в почете у глав администраций крупных и крупнейших городов.

E-xecutive: Но это – Пермь, не Москва… В столице – другая ситуация?

Э.Т.: Конечно, другая. Но, прежде чем идти на новые территории, нужно посмотреть, а что у нас на старых? Что внутри? А внутри Москвы – полный ералаш. Кто следит за интенсивностью использования промышленно-складских территорий города? Кто позволил инвесторам возводить дома, в которых никто не живет? Что это? Где это видано? Сколько времени будут держать эту недвижимость «в резерве»? Вы представляете, что произойдет с транспортом, с обслуживанием, с инфраструктурой, если однажды эти дома будут полностью заселены? Почему возле крупнейших административных, торговых, общественных центров не возводятся стоянки? Почему дома порой ставят даже за красной линией? И что теперь будет со всеми этими проблемами? Мы все бросим как есть и пойдем на юго-запад? И там такое же наваяем? Вот проблема в чем.

E-xecutive: Будет ли старая и новая Москва одним городом?

Э.Т.: У городских организмов есть собственная логика развития. В шестидесятых годах теперь уже прошлого века мне посчастливилось работать в отделе новых городов нашего института под руководством выдающихся специалистов (заведующий отделом Илья Смоляр, директор института Вячеслав Шквариков). Это был период бурного расцвета градостроительной науки и градостроительства – в СССР ежегодно возникало около ста новых поселений. Мы объездили очень многие из них (в том числе построенные Министерством среднего машиностроения СССР Навои, Шевченко, Снечкус и др.), убедились, что их социальные судьбы сложились не так, как планировалось: архитекторы предполагали одно, что первоначально им удавалось, а с течением времени в реальности получалось иное. Бытовавшая при социализме концепция равномерного распределения производительных сил по территории страны себя не оправдала. Наряду с этим опыт урбанизации показывает, что «города одной компании» не имеют достаточных перспектив развития. Как утверждает урбанист высочайшего класса Леонид Коган, город-центр, город-лидер, будучи связан с городами следующего ранга как сообщающиеся сосуды, развитием своей градостроительной культуры и культуры в широком понимании этого слова, обусловливает развитии этих городов и их сообществ, а те, в свою очередь, развитие связанных с ними населенных пунктов последующего ранга. При этом важнейшую роль играет инфраструктурная составляющая. Выше я говорил про идею Большой Москвы по примеру Большого Лондона или Парижа. Возможно, это было бы более органичное решение…

E-xecutive: Как скажется строительство новой Москвы на демографических процессах?

Э.Т.: Независимо от того, какую площадь будет занимать Москва, город притягивает население так сильно, что уже впору ставить вопрос: «А что такое Россия?». Если столица будет еще больше, то миграционный поток тоже вырастет. Но демографические проблемы не исчерпываются притоками и оттоками. Распределение жителей по территории зависит и от рождаемости, и от качества жизни. И территориально-планировочные решения не всегда могут предусмотреть все последствия. Я уже говорил, что бывает, когда архитекторы планируют одно, а получается другое. Возьмите тот же город Бразилиа, который мы упоминали в начале интервью. При его создании предполагалось, что там будут жить обеспеченные чиновники, представители среднего класса. А в реальности сейчас там появились и районы проживания людей с невысокими доходами. Доподлинно сказать, кто именно будет жить на новых московских территориях, невозможно.

E-xecutive: Как вы полагаете, московский строительный комплекс успешно справится с освоением новых территорий?

Э.Т.: Для него это, конечно, лакомый кусок, но я хотел бы надеяться, что московский строительный комплекс, наконец, обретет конкурента.

E-xecutive: Итак, каких аргументов в отношении расширения Москвы больше: «за» и «против»?

Э.Т.: Я – однозначно за создание столичного федерального округа, но этот вопрос надо решать не впопыхах, не поспешно, а очень вдумчиво, с привлечением достижений науки, с соблюдением процедур. И решать его надо очень профессионально, без неожиданных всплесков эмоций, чтобы не наломать дров, поскольку это может очень дорого обойтись как нынешним ответственным гражданам – Сергею Собянину и Борису Громову, так и всему российскому сообществу.

Фото в анонсе: Unsplash

Расскажите коллегам:
Эта публикация была размещена на предыдущей версии сайта и перенесена на нынешнюю версию. После переноса некоторые элементы публикации могут отражаться некорректно. Если вы заметили погрешности верстки, сообщите, пожалуйста, по адресу correct@e-xecutive.ru
Комментарии
Директор по маркетингу, Москва
Николай Романов пишет: Утверждение спорное
Не более, чем Ваше, Николай. Я не статистическое ведомство и сужу по своему кругу знакомых и друзей (большинство из них именно из провинции). В течение нулевых годов этот круг значительно сузился в Москве и вырос в Европе... Ошибка Ваших рассуждений в том, что именно процесса натурализации в Москве сегодня и не происходит. Ни в среде успешных людей, ни в среде т.н. гастарбайтеров. Конечно, кто-то, безусловно, остается, замещая москвичей, но это уже необязательный алгоритм :)
Аналитик, Самара

В народ идет пропоганда, что Москву освобождают от чинуш, чтобы оставить только культурные памятники и различные заведения не связанные с властью.
Это - ДЕЗА или нет?
Если да, то покажите в где, если не, то в чем минусы так и не понял. Только эмоции и нль по фактам.

1 2 4
Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Статью прочитали
Обсуждение статей
Все комментарии
Дискуссии
Все дискуссии
HR-новости
Опубликован рейтинг лучших работодателей Top Employers Institute 2022

Всего в рейтинге 1857 компании, из них 24 – работающие в России.

Из каких сфер приходят работать в такси

Исследование сервиса «Ситимобил»: у 11% водителей такси раньше был собственный бизнес.

Спрос на отели России у бизнес-туристов полностью восстановился

По сравнению с 2020 годом востребованность номеров в российских отелях выросла на 91% и достигла показателей 2019 года.

Россияне назвали главные причины для увольнения

17% россиян хотят уволиться в 2022 году.