Чего не может российское бизнес-образование? Сергей Щенников vs участники Сообщества

«Нас активно приучают к мысли о необходимости реального образования и ненужности классического», «Нам упорно впаривают «западные» стандарты образования», «Либо – бизнес и его интересы, либо – общество и его интересы», «Кадров катастрофически и невосполнимо не хватает уже сегодня», следует «привлекать в качестве лекторов-преподавателей-тьюторов «седых лисов», «Какой такой навык можно сформировать дистанционно?»,- говорят под публикациями о бизнес-образовании участники Сообщества. E-xecutive решил выяснить, что по этому поводу думает эксперт, работающий в отрасли. В полемику с приведенными выше высказываниями вступил Сергей Щенников, ректор Международного института менеджмента ЛИНК, Президент Открытого образовательного Консорциума ЛИНК, Председатель экспертного совета по корпоративному обучению ГД РФ, Почетный доктор Британского Открытого университета,и дал свои ответы на негативные комментарии участников Сообщества. Один против всех. Кто прав в этой схватке?

Executive.ru: Анатолий Мирошниченко: «Нам упорно впаривают «западные» стандарты образования. Но не забывайте, что там существует политика двух коридоров. Дети элиты получают фундаментальное классическое образование, с чтением «классиков», где их учат думать, анализировать, решать сложные проблемы. Из них делают творцов, руководителей, идеологов, политиков. Остальным отведена роль винтиков. Они должны просто хорошо выполнять свои обязанности и не задавать вопросов. Поэтому делается упор на развитие эрудиции. Они должны знать обо всем, но немного и неглубоко... Особенно это актуально для таких стран «третьего» и «четвертого» мира, к которым отнесли и нас….»

rector1.jpgСергей Щенников: «Безусловно, разные уровни управления требуют разных акцентов. Не всем нам доведется управлять «государством». Но предполагать, что существует группа людей с определенным уровнем владения сокровенных знаний, что определяет их элитарность в сообществе, и есть все остальные, которым все эти знания недоступны – в корне неверно. Современный бизнес построен на коллективной, синхронной, быстрой работе, на управлении знаниями, которые используются во всех слоях. Бизнес имеет иерархическую структуру (владельцы, топ-менеджеры и т.д.), но если какой-то «винтик» крутится в ненужную сторону, то «часы» не будут ходить. Менеджеры всех уровней, в идеале, должны строить свою работу на общих ментальных моделях, говорить на одном языке, иметь общее коммуникативное пространство, ориентиры развития и т.д. Если люди разных уровней не будут понимать общей стратегии, маркетинговой политики, организация просто не сможет существовать.

Как следствие – вытекают наши взаимоотношения с западным образованием. Если мы понимаем, что оно направлено на поддержание определенной модели экономики и глобальных взаимодействий, и хотим быть равноправными субъектами, мы должны уметь разговаривать на едином современном языке менеджмента. Либо мы являемся частью глобального общества, в котором существуют определенные законы и механизмы обеспечения национальных, корпоративных и личных интересов, либо мы претендуем на то, что мы перевернем все мироустройство и заставим всех говорить на нашем языке. Такая попытка в прошлом веке делалась. Конечно, в мечтах хочется, чтобы так было. Россия талантлива, и она много раз удивляла мир. Да, что-то мы можем привнести на глобальном уровне в мировое пространство, но реалии таковы: нравится кому-то существующее общеобразовательное пространство, мировая экономика со всеми своими МВФ, ВТО, рынками труда и т.п., или нет – нам некуда деваться. Если мы хотим готовить людей, способных конкурировать на интернациональном рынке, мы должны получать образование и документ, его подтверждающий, которые признаются во всем мире. Другое дело, что мы можем привнести туда все, чем владеет наша наука, бизнес, ментальность, культура».

Executive.ru: Валерий Корчевский: «…Попытку человека в своем образовании соответствовать запросам общества я рассматриваю как конъюнктурное решение. Это не есть попытка понять себя в мире, сформировать свое предназначение, изменить свою часть мира. Скорее всего, это попытка преуспеть в мире, созданном кем-то, приспособиться. Откуда в мире, состоящем из людей, обученных по этим методикам (соответствовать запросам), могут взяться люди, эти запросы формирующие (вносящие изменения в мироустройство)?...»

С.Щ.: Мне кажется, что у Валерия очень упрощенное представление о тех целях, которые перед собой ставят современные развитые бизнес-школы. Да, большинство тех школ, которые неспособны выйти на необходимый уровень целеполагания от знаний, умений и навыков к уровню ментальных моделей (смыслополагания, если хотите), даже и не ставят таких целей перед собой. Уровень самоосознания и саморазвития является фундаментом и основой построения успешного бизнеса. Без этого трудно выстраивать эффективные модели поведения, стратегии, которые могли бы вовлекать других людей, быть элементарно счастливым.

Мы уже определили, люди – не винтики, и они приходят на работу не только ради обогащения. И большинство людей, попадающих в вышеописанные бизнес-школы, задают себе вопрос «Где смысл того, что я делаю?» Те люди, которые имеют опасения и видят противоречия, описываемые Валерием, формируют их под воздействием негативного опыта взаимодействия с образовательными системами, неспособными выйти на необходимый уровень целеполагания. Ищите бизнес-школы, которые предлагают иные цели, те, о которых говорит Валерий, и знают пути их достижения.

Executive.ru: Николай Романов:«Всегда следует четко определяться с приоритетами. Либо человек – бизнесмен, либо – государственный муж и слуга государев. Взаимное проникновение одного в другое приводит к деградации, а не к взаимному обогащения, как считают и декларируют сегодня многие. Пример чему, - опять-таки все постсоветское пространство, а также страны т.н. «Восточного блока». Либо – бизнес и его интересы, либо – общество и его интересы».

С.Щ.: Я считаю, что эта постановка вопроса требует уточнения. Конечно же, сегодня не государственные служащие и чиновники выражают интересы гражданского общества. И поведение чиновника постсоветского пространства, механизмы достижения его материального благополучия, его консерватизм зачастую не соответствуют тому, что требуется и обществу, и бизнесу. А бизнес – это как раз и есть часть общества. Сейчас очень развито построение бизнеса на государственном финансировании. Это те структуры, которые считают себя бизнесом, но, по сути, они занимаются растаскиванием государственных денег. Нынешний чиновник – жаден, неграмотен, консервативен. В этом смысле он является псевдобизнесменом.

Бизнес же в своей основе гораздо более социально ориентирован и озабочен развитием общества. Именно через его развитие создаются определенные ценности, рабочие места, происходит в целом развитие и науки, и инноваций. Бизнес – это конкуренция, а конкуренция – это развитие. Однако, какие условия есть сейчас у бизнеса для реализации социальной ответственности? Даже тот, который целенаправленно хотел бы вкладывать свои средства в развитие культуры, образования и другие общественно-значимые направления, не имеет такой возможности. Государство не создало необходимых условий. Более того, даже с этих благотворительных действий чиновники хотят отщипнуть для расширения своего благополучия и покрытия своей нерадивости по управлению государственными финансами. И пока наш бизнес будут олицетворять олигархи, а не малый и средний предприниматель, у нас и общество гражданское не будет сформировано. В цивилизованных странах 80% бизнеса – это малый и средний бизнес.

Если говорить о бизнес-образовании, то тут похожая история. Надо четко определиться, что мы называем бизнес-образованием. Для меня бизнес-школа – это та организация, которая взаимодействует напрямую с корпоративным клиентом, который понимает и знает, за что он платит деньги. Многие организации, которые называют себя бизнес-школами, таковыми не являются. Это части государственных учреждений, по сути возглавляемых теми же чиновниками. Как следствие – застой, отсутствие стимула к развитию, низкое качество.

Executive.ru: Лев Соколов: «На данный момент системы внутреннего обучения в серьезных российских компаниях намного совершеннее и дают подготовку намного более качественную, чем то, что предлагается на внешнем рынке».

С.Щ.: Здесь опять важен контекст, в котором мы обсуждаем сделанные утверждения. По моей инициативе при Комитете по образованию ГД РФ создан Экспертный совет по корпоративному обучению. Мотивом этой инициативы было понимание, что, действительно, корпоративный сектор развивается опережающими темпами. Однако, можно ли ограничиться только корпоративным обучением? – Ответ «нет». Действительно, есть такие элементы обучения, которые можно получить только на корпоративных программах, но есть те знания, которые выходят за рамки этого. Корпоративные университеты не призваны и не имеют такой цели – дать возможность более универсального развития, нежели в рамках корпоративных функций. Совершенно разные цели, и одни не могут подменить других. Хорошее корпоративное обучение – необходимо. И оно действительно превосходит псевдобизнес-образование, но оно не может полностью заменить качественное образование.

Executive.ru: Николай Романов: «Что до виртуальной или дистанционной системы обучения, то при нынешнем катастрофическом положении дел в преподавательской сфере скоро действительно можно будет заводить детей в классы, рассаживать перед мониторами и заставлять слушать лекции какого-нибудь единственного еще оставшегося на всю страну преподавателя географа, биолога, химика или обществоведа. Кадров катастрофически и невосполнимо не хватает уже сегодня».

С.Щ.: Что касается качества преподавательского состава, то в обозначении проблемы содержится одна принципиальная вещь – рассуждение идет в рамках классической образовательной модели. Как следствие, отсюда появляются критерии, позволяющие обсуждать «качественный – не качественный» преподаватель, хорошо учит или плохо. Если ограничиться только классно-урочной моделью, то выводы уже давно сделаны, и они очевидны – в госучреждениях, которые живут по условиям специфического финансирования, силен разрыв между бизнесменами, их запросами, ментальностью и теми людьми, которые пытаются им что-то рассказать из того, что они прочитали в умных книгах. Проблема тут не только в самих преподавателей, а модели, рассчитанной на пассивное восприятие некоторого опыта и знаний, накопленных в другом месте, другими людьми и организациями,- якобы они могут быть полезны человеку, сидящему за «этим» стулом. Порочность подобной образовательной модели, которая существовала многие века и была достаточно эффективна в индустриальной эпохе – очевидна. Оценка образования со своими целями, методами и средствами, деятельностью самих преподавателей сегодня должна быть совсем иная. Не лекция и пересказ, а деятельностная модель обучения и использование реального контекста.

Только «слушать лекции» сейчас недостаточно. Поэтому, современный преподаватель – это не лектор, а тьютор. Надо отличать практико-ориентированность от практико-информированности. Главная задача бизнес-образования – создать среду, которая позволила бы обогащаться знаниями, участвовать в создании собственных уникальных знаний через реальную деятельность, включенную в бизнес-пространство и социальную жизнь. И в России есть такие бизнес-школы, которые с этой задачей справляются.

Executive.ru: Виктор Шкуренко: «Образовательные учреждения, которые именуют себя бизнес-школами, будут там, где они есть сейчас, пока не начнут привлекать в качестве лекторов-преподавателей-тьюторов «седых лисов». Таких как Дмитрий Потапенко, Евгений Чичваркин. Людей подобного склада».

С.Щ.: К вам в аудиторию может придти известный всей стране человек, много чего узнавший на своем опыте, с интересом вам об этом рассказывающий, но, выйдя из аудитории, вы ничего из услышанного для себя применить не сможете – это не будет иметь отношения к вашей жизни, к вашим личным целям и бизнесу. Вы сможете только похвастаться всем близким, что лично слышали и видели ТАКОГО человека.

Если мы будем представлять образование таким, каким оно было придумано несколько сот лет назад (классно-урочная дидактика), и пытаться развивать его в рамках этой модели, то нам ничего не остается, как уповать на то, что придут какие-то новые лектора и что-то новое и сокровенное расскажут. И на этом возможности модели заканчиваются. И вам предложат рассказ о том, «как я играю на арфе» и «почему у меня это хорошо получается». Их механизмы достижения успеха и богатства для нас могут быть не приемлемы по разным причинам: другая страна, условия, люди, бизнес, постоянно меняющийся контекст. Тем более многие и не расскажут истинных схем своего успеха. И, скорее всего, в руках у вас окажется не арфа. Ведь кто-то же придумал синтезатор.

Я и мои коллеги читали книги Котлера, видели его вживую…. Но реально наша организация стала маркетинговой только тогда, когда мы стали работать в совершенно иной образовательной парадигме – через преломление знаний через свою практическую деятельность, через общение, поддержку тьюторов, написание заданий и т.д. К сожалению, представление того, что образование можно потреблять, присутствует до сих пор. Вспомните школу: чем тише вы будете сидеть, меньше разговаривать и задавать вопросы, тем вы будете более хвалимы учителем. А вот тот самый непоседливый ученик, который не мог спокойно сидеть за партой, природа которого требовала деятельности, жизни, он постоянно задавал вопросы, собирал вокруг себя других детей, экспериментировал, – именно он становится потом успешным бизнесменом.

Executive.ru: Владимир Бердников: «Какой такой навык можно сформировать дистанционно? Чтобы научиться плавать – нужно плавать. Любая лабораторная работа предполагает оснащенность оборудованием. Персональный компьютер в качестве оборудования годится, наверное, для программистов. На этом возможности дистанционного образования в плане «уметь» исчерпываются ……. Нас активно приучают к мысли о необходимости реального образования и ненужности классического».

С.Щ.: Я согласен с тем, что «чтобы научиться плавать – надо плавать». Наша школа использует похожую фразу – «чтобы научиться играть на арфе – нужно играть на арфе», а не слушать лекции о конструкции инструмента и биографии известных музыкантов. Современное бизнес-образование давно пережило классическую традиционную модель, в которой к вам приходит Гуру и дает какие-то сокровенные знания, которыми больше никто не владеет. «Правильное» образование базируется на деятельностных моделях, на эффективном и постоянном коммуникативном взаимодействии. Пространство для развития образования начинается тогда, когда мы ясно говорим о целях. И тогда появляются методы, средства и возможности. И они все хороши, если адекватны и используются профессионально и по делу: и Интернет, и очные формы обучения, и выездные воскресные школы, и групповая, и проектная работы. Разнообразие инструментариев огромно. Но владение этими инструментариями в некоторых образовательных учреждениях сейчас часто низкокачественно именно из-за «приниженности» целей и отсутствия профессионалов.

Когда звучит фраза «дистанционное образование», то у людей возникает определенная реакция, базирующаяся на опыте и практике взаимодействия с теми учебными заведениями, которые свое образование называют «дистанционным». Возникает серьезное противоречие в сознании наших людей. С одной стороны, все слышат, что открытое (дистанционное) образование – это ответ на тот кризис, в который попало традиционное университетское образование, что это «образование XXI века», с другой стороны, видят, какие суррогаты им предлагает рынок. Термин «дистанционное образование» очень сильно дискредитирован образовательными организациями, ни коим образом не способными выйти на необходимый уровень целеполагания. Сводить современное образование исключительно к e-learning – неправильно. Это сознательная дезинформация нашего общества в желании получить больше денег, предлагая низкокачественное образование и убеждая, что именно так учат на Западе, что это «дешево и сердито». Интернет – всего лишь средство, а не самоцель. Современное образование строится на идеях смешанного обучения – blended learning. Она наиболее эффективна, так как использует различные средства обучения и по делу.

С.Щ.: Резюмируя все вышесказанное, хочу отметить, что каждый раз, поднимая подобные темы, мы должны иметь в виду: большинство суждений, с которыми мы сталкиваемся и которые предъявляются в дискуссии,- строятся людьми, не имеющими опыта обучения в развитых образовательных организациях, во многом не знакомых с современными идеями постиндустриального образования. Как правило, они руководствуются определенными ментальными конструкциями, построенными на неудачном опыте традиционного обучения. Отсюда разочарование, неверие в возможности образования и собственного развития. Непонимание этих причин порождает некий замкнутый круг и, как следствие, неспособность совместить образование со стратегией собственного развития. Или хуже того – отсутствие этой стратегии, поскольку некачественное образование не помогло в этом, не дало необходимый инструментарий. Различные параллели и сопоставления осуществляются вне учета специфики нашего бизнеса, состояния экономики, уровня развития общества и государства. Ведь современное бизнес-образование ориентировано на современный «цивилизованный» бизнес. Учитесь в современных бизнес-школах, работайте в успешных организациях, ориентируйтесь на современный бизнес и тогда вы станете людьми новой экономической эпохи.

Также смотрите:

Как я выбирал MBA в России?

Десять мифов о человеке с MBA

Статья MBA в России в Энциклопедии менеджера

Источник изображения: pixabay.com

Расскажите коллегам:
Эта публикация была размещена на предыдущей версии сайта и перенесена на нынешнюю версию. После переноса некоторые элементы публикации могут отражаться некорректно. Если вы заметили погрешности верстки, сообщите, пожалуйста, по адресу correct@e-xecutive.ru
Комментарии
Ректор, Санкт-Петербург

[quote]Василий Пензин пишет:
На мой взгляд, подмена понятий ''зашита'' в самой национальной культуре.

Мы гордимся ''Левшой'', который сломал механическое чудо!
При этом, не было у него желания сломать, просто так ''получилось''. Хотел - то ''как лучше''. Хотел доказать, что и мы не ''лыком шиты''. Только, механическое чудо, почему- то, прыгать перестало. Зато свое имя написал.
У нас есть одна особенность подменять дело навешиванием подков. Дело подменять самовыражением.
А читателям, что гордятся и радуются, часто даже в голову не приходит, что Левша сломал чудо, а не сотворил его.

Другая особенность «наплевательское отношение» к результатам собственного труда. «А не стрелять из нее…». Сделать, абы как.
Грань между первым и вторым весьма тонкая, иногда слабо различимая.

В результате в стране «патологически» не могут сделать две одинаковые вещи. Можно, эту «национальную особенность» считать со знаком плюс, а можно и со знаком минус.
Беда, на мой взгляд, в том, что «плюсы» реализовать не можем. А минусы «кольями торчат», практически, везде. И это «проблемы управления».

Не лишено этих «нюансов» и бизнес-образование, оно же часть нашей национальной культуры, хоть и «проповедует» иную управленческую культуру.

1 5 7
Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Статью прочитали
Обсуждение статей
Все комментарии
Новости образования
Школа гостиничного менеджмента Лозанны сменила название на Бизнес-школу гостеприимства EHL

Новое название позволит более четко позиционировать школу в глобальной академической среде.

Школа управления Сколково и МФТИ запускают совместный бакалавриат

Выпускники получат два диплома: Skolkovo Bachelor of Business Administration и диплом государственного образца МФТИ.

Чему, где и как учиться в ближайшие 10 лет: итоги конференции EdCrunch Glocal

В этом году конференция охватила все уровни образования: дошкольный, школьный, высший, корпоративный, а также направление EdTech-стартапов.

Школа Сколково стала партнером новой армянской бизнес-школы «Матена»

Вместе со школой Сколково «Матена» создает свои первые образовательные программы, рассчитанные на руководителей высшего и среднего звена, а также собственников бизнеса. 

Дискуссии
Все дискуссии
HR-новости
Офисных сотрудников Яндекс.Еды отправят работать в рестораны

Так команда сможет постажироваться на приеме, сборке и выдаче заказов, а также погрузиться в рабочие процессы на кухне заведения.

В Москве продлили требование об удаленке для 30% работников

Мэр Москвы попросил перевести на «дистанционку» максимальное количество работников, где это возможно.

Microsoft объявила о покупке Blizzard за 68,7 млрд долларов

Это почти на 20 млрд больше текущей рыночной капитализации Blizzard.

Компания Schneider Electric продолжает сбор заявок на конкурс стажировок

Конкурс дает возможность трудоустройства в компании и шанс выиграть приз в размере до €10 000.