Как технологии и искусственный интеллект меняют бизнес

Директор Технического центра «Инфосистемы Джет» Юлия Кошкина рассказывает о том, какие тренды будут определять развитие отрасли в 2019 году.

В 2018 году было много разговоров про технологии больших данных, Интернета вещей, искусственный интеллект, блокчейн, дополненную и виртуальную реальность. Как связаны эти технологии друг с другом?

Юлия Кошкина: Никак, на самом деле, кроме того, что это инструменты для решения той или иной задачи. И в конкретно этих инструментах ничего особенно нового нет. Возьмем, скажем, ИИ: искусственный интеллект известен достаточно давно, и он успешно применяется, например, в электронных переводах. Сейчас методы ИИ пытаются использовать для увеличения эффективности производства. Но, несмотря на большое количество пилотных проектов, до сих пор нет ясности, приживется ли технология действительно или нет. В октябре, на форуме по системам искусственного интеллекта RAIF 2018 про это в том числе говорили коллеги из Великобритании, Китая, США. Они рассказали о своем опыте внедрения, о подводных камнях и о первых результатах проектов с применением технологий ИИ.

Но вернемся к взаимодействию технологий, иногда довольно неожиданному. У нас действительно сформировалась мощная инфраструктурная база, и те алгоритмы, которые раньше казалось невозможно обсчитать, теперь такую возможность получили. Например, в телеком-отрасли появился проект по предсказанию погоды на основании качества постоянно измеряемого сигнала. Это не уникальный пример: неожиданное применение обработки различных статистических данных есть и в промышленности.

Что касается блокчейна, то пусть в массовом сознании эта технология известна в контексте криптовалют, но ее можно применять и шире. Так, мне известен стартап, который занимается замещением процесса очного голосования с помощью данного алгоритма.

Друг с другом эти технологии пока мало пересекаются. Что может быть общего у блокчейна с ИИ? Ничего — их механизмы для решения задач слишком разнятся.

Вы верите во все эти технологии? Что-то выделяете в большей степени?

Ю.К.: Все они имеют право на существование, но я бы выделила среди них технологии обработки больших данных. У нас в компании есть 5-6 крупных подразделений: по информационной безопасности, сервису, программным решениям, проектированию вычислительных комплексов, сетевым технологиям… В каждом из них есть большие данные, и каждый уверен, что это именно его инструмент. Пожалуй, это самая адаптированная технология на сегодняшний день из списка «прорывных». Но я верю во все: от VR до блокчейна.

Существует ли на IT-рынке кадровый голод? Если да, то каким образом решаете проблему?

Ю.К.: На этот вопрос ответ очень короткий, поскольку все делают одно и то же, включая нас. Где искать кадры? Среди студентов. Как студентов приобщить к какой-то задаче? Хакатоны, стажерские программы, объяснение привлекательного карьерного роста и развития в компании. Вот, собственно, и все. Если говорить про нашу компанию, то среди руководителей центров есть люди, которые пришли к нам работать студентами. Пример — Илья Воронин — руководитель Центра проектирования вычислительных комплексов «Инфосистемы Джет».

Интересно спросить человека, который долго работает в IT, что для него идеальная технологическая компания. Может быть, вы кем-то восхищаетесь, и если да, то почему?

Ю.К.: С точки зрения технологий я бы разделила компании на три типа.

Первый тип — это компании, у которых бизнес построен только на IT: Amazon, Google, Mail.ru и так далее. Сюда можно отнести и мобильных операторов.

Второй тип — бизнесы, которые зависят от IT, но не сильно, например, большая часть производственных компаний. У них скорее исторически сложившаяся автоматизация, и IT зачастую присутствует не в технологическом контуре, а в контуре систем поддержки бизнеса. Это ERP и другие вспомогательные для производства системы, которые если и сломаются — не остановят производство.

К третьему типу я отношу компании, практически не зависящие от IT. Возможно, вы удивитесь, но, например, наша компания относится именно к таким, несмотря на то, что мы системный интегратор, и IT — это наш бизнес. Вот даже если сейчас остановится наш ЦОД — мы не пострадаем совсем, что однажды и случилось в 2003 году при крупном пожаре в офисе. Мы восстановили нашу работоспособность на телефонах через несколько часов. Все, что нам нужно для работы в оперативном режиме — это компьютер. От остановки инфраструктуры на несколько дней финансовые потери для нашего бизнеса будут минимальны.

Каждый из этих трех типов компаний особенный в своем отношении к технологиям и реализуемым IT-проектам. К примеру, первые серьезно вкладывается в создание привлекательной рабочей атмосферы для своих сотрудников: для них инженеры, разработчики — основной ресурс. Если взять тот же Amazon — уровень инвестиций в быт сотрудников, в их комфорт, просто потрясающий, даже Google не может с ними сравниться. Недавно они достроили в центре Сиэтла стеклянные сферы для отдыха своих работников с лаунж-зонами, водопадами и 40 тысячами разнообразных растений, собранных со всех уголков мира.

Над этим проектом трудилось порядка 1000 человек, а в одну из сфер даже поместили привезенное из Южной Калифорнии старинное дерево высотой под 20 метров по прозвищу «Руби» (Ficus rubiginosa). Чтобы его поместить в сферу, использовали большой подъемный кран, а на крыше при установке пробили специальное отверстие. Для того, чтобы этот «фикус» рос в неестественной для себя среде, компания задействовала умопомрачительные технологии: и электронику, и Smart Building и другие «тепличные» инновации.

Для меня опыт Amazon — толчок к тому, чтобы делать технологичным и комфортным наш офис.

Чем я восхищаюсь — так это когда компании второго типа с уже годами наработанными процессами переходят в IT. Даже когда они мигрируют на более современную технологию — это столько рисков! Но люди решаются на этот шаг в погоне за эффективностью. Мы на одном крупном немецком автомобильном концерне внедрили, к примеру, виртуализацию на конвейере. В итоге там повысилась и отказоустойчивость, и многие другие качества производства, и в то же время стерлась четкая граница между технологическим и «айтишным» контуром.

На производстве сейчас, на самом деле, пробуют много чего интересного, а мы всячески стараемся поддерживать предприятия, участвовать в их смелых проектах. Например, для повышение безопасности на технологических объектах во время стройки, очень важно сделать проверку качества. Представьте: раньше геодезист обмерял построенный объект в течение длительного времени — в итоге у него «замыливался» глаз, возникали ошибки.

Потом шла многостадийная проверка данных и сравнение их с проектом. Теперь же вместо него работают промышленные лазеры, позволяющие быстро составить рабочую документацию по построенному проекту. И сравнение, скажем, облака точек измерения лазера с 3D-моделью проекта — это пока еще эксперименты, однако, чем больше их становится, тем больше люди начинают доверять подобным технологиям.

Еще восхищают предприятия, которые уже начинают задумываться о применении технологии машинного обучения для улучшения каких-либо процессов. Например, в строительстве с помощью AI можно обнаружить, была ли использована предусмотренная сметой деталь или нет. Это интересное будущее, которое нас ожидает, и оно уже не за горами.

То, о чем вы говорите — это все ваши проекты?

Ю.К.: Да, именно так.

В плане именно цифровизации промышленной сферы — мы сильно отстаем от всего остального мира, ну или хотя бы передовых стран?

Ю.К.: Отвечу так: по аналогии с медициной.

Немецкая медицина. Вроде бы туда принято ездить лечиться среди состоятельных сограждан. А есть Израиль. И есть Россия. Давайте сравним эти три страны с точки зрения технологий, применяемых в медицине. Куда бы вы поехали лечиться? Честно говоря, Германия с позиции медицинских технологий уступает Израилю и некоторым институтам в России.

Однако если говорить про организационную составляющую, то количество протоколов, разработанных для медицинских нужд, позволяют держать медицину Германии на уровень выше остальных стран. Потому что эти протоколы в любом случае приводят специалистов к корректной методике диагностирования, постановке анализа и лечения.

Если говорить о промышленности, то тут картина схожая. Если выделить какую-нибудь страну с подходом Германии — наверное, у последней уровень будет выше. Но если говорить про количество пилотных проектов, про скорость внедрения инновационных технологий во всех сферах экономики, то я считаю, что мы здесь на мировом уровне.

Партнерский материал

Комментарии
Участники дискуссии: Анатолий Курочкин, Борис Яровой
Аналитик, Москва

Очень интересно! Очень перекликается с моими мыслями. Любое серьёзное производство, предприятие должно сначала научится работать вовсе без ИТ и потом наслаивать вычислительную составляющую.
Иначе у нас, как в МФЦ. Раньше получали правf в ГАИ - один день. Теперь в МФЦ - 10 дней. Раньше у меня было свидетельство на землю, теперь - выписка из ЕГРН. Ждёшь неделю, через неделю при тебе же её и печатают.

Профессор, Владивосток
Но если говорить про количество пилотных проектов, про скорость внедрения инновационных технологий во всех сферах экономики, то я считаю, что мы здесь на мировом уровне.

Ну да, Россия по IT уступает Израилю, Китаю, Америке, Новой Зеландии, Южной Кореи, Эстонии и Австралии, но превосходит Верхнюю Вольту и Северную Нигерию. В результате - мировой уровень однако.
PS Лопаты свои сделать не можем, завозим из Китая. А вот IT, это да, это в легкую.
PSS Болезнь невозможно вылечить, не поставив честный диагноз.


Профессор, Владивосток
Анатолий Курочкин пишет:

Любое серьёзное производство, предприятие должно сначала научится работать вовсе без ИТ и потом наслаивать вычислительную составляющую.

Предприятие по производству чего может стать серьезным в наше время без IT? Зарплату на счетах считать? Аналитику на логорафмической линейке рассчитывать? Вместо сотовых телефонов - рында? И потенциальным клиентам все на пальцах рассказывать и показывать? Госпожа Кошкина несколько лукавит, когда говорит Все, что нам нужно для работы в оперативном режиме — это компьютер. От остановки инфраструктуры на несколько дней финансовые потери для нашего бизнеса будут минимальны. Давайте оставим ей одни компьютеры без подключения к сети Интернет и сотовой связи - да они через день взвоют. Если в компании есть компьютеры, Интернет и сотовая связь - то это уже IT компания.

Аналитик, Москва
Борис Яровой пишет:
Анатолий Курочкин пишет:

Любое серьёзное производство, предприятие должно сначала научится работать вовсе без ИТ и потом наслаивать вычислительную составляющую.

Предприятие по производству чего может стать серьезным в наше время без IT? Зарплату на счетах считать? Аналитику на логорафмической линейке рассчитывать? Вместо сотовых телефонов - рында? И потенциальным клиентам все на пальцах рассказывать и показывать?

Или Вы не поняли мою мысль, или я не до конца её разъяснил. На мой взгляд, это давно является азбукой: сначала наладь процессы, оптимизируй ресурсы, создай обеспечение процессов, а потом внедряй ИТ-составляющую. Но никак не наоборот. Это я и хотел сказать.

Очень грубо: если бухгалтер в принципе не знает, как рассчитать зарплату, заплатить с неё налоги, спрогнозировать ФОТ, то никакой суперкомпьютер ей не поможет.

Если на выдачу простенькой справки в МФЦ уходит 10 дней значит дело не в наличии компьютеров.

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Статью прочитали
Обсуждение статей
Все комментарии
Дискуссии
Все дискуссии
Цифры и факты
Счетная палата проверила госорганы

Счетная палата выявила более 9,2 тыс. нарушений, совершенных российскими госорганами.

Белоруссия остановила экспорт нефти

Белоруссия вынужденно приостановила экспорт светлых нефтепродуктов.

Леваев продает «Аквамарин»

AFI Development продает за 4,45 млрд руб. офисное здание для погашения долга.

Медведев разрешил стройку без эскроу

Дмитрий Медведев разрешил достраивать жилые дома без эскроу-счетов.