Помните фильм «Приключения Электроника»? Когда-то песня «До чего дошел прогресс» казалась веселой фантазией о будущем: роботы должны были избавить человека от рутины и тяжелой работы. Спустя полвека оказалось, что авторы фильма были гораздо прозорливее, чем могли предположить. Люди начали передавать машинам не только работу, но и право думать, советовать, убеждать и даже становиться авторитетом. Любопытно, что финал фильма тоже оказался «прозорливым». Электроник так и не смог заменить человека – Сыроежкину все равно пришлось самому учиться, сдавать экзамены и принимать решения. Обсудим, как не потеряться на фоне искусственного интеллекта.
Когда ИИ стал авторитетом
После публикации моей статьи про когнитивный аутсорсинг один из читателей задал в комментариях закономерный вопрос: действительно ли эти процессы уже происходят в бизнесе или пока остаются скорее теоретическими рассуждениями? Да, они не просто происходят, а развиваются стремительно и неуправляемо. Несколько свежих примеров с полей.
На днях в Москве проходил крупный международный форум по превентивной медицине. В программе были выступления профессоров, психиатров, психологов, руководителей медицинских организаций и практикующих врачей. Искусственный интеллект не был центральной темой мероприятия. Однако именно он постоянно возникал в разговорах, комментариях и обсуждениях. Кратко перескажу три ситуации, которые произошли во время мероприятия, и одну ситуацию из своей практики.
1. Человек перестает различать инструмент и эксперта
Первый разговор у меня состоялся с известным врачом, доктором наук, который рассказывал о сложностях продвижения своих научных идей. В процессе беседы выяснилось, что он решает эту проблему сам: примерно раз в месяц просит ChatGPT разработать для него маркетинговые шаги, инструкции, планы.
Само по себе использование нейросетей не вызывает вопросов. Вопрос возник позже. Оказалось, что оценить качество предложенных стратегий и планов он не может. Не может понять, насколько предложенные ИИ решения действительно работоспособны, какие риски они несут, каковы возможные последствия для репутации и бизнеса. И главное, принесут ли технологии желаемый результат в виде клиентов. Хотя, написано очень убедительно.
В чем здесь проблема? Высокая экспертность в одной профессиональной области неожиданно начинает восприниматься как основание доверять ИИ в совершенно другой сфере, и полагать, что можно справиться с новой экспертизой. При этом отсутствует главный элемент любой профессиональной работы – способность аргументированно оценить качество результата. По сути, человек начинает доверять не специалисту по маркетингу или коммуникациям, а тексту, который выглядит убедительно.
2. Эксперт становится оператором рекомендаций нейросетей
Вопрос прозвучал от врача-гомеопата. Все чаще пациенты приходят на прием уже с готовыми рекомендациями, сформированными ИИ. От врача больной просит не диагностики и не назначения лечения, а лишь проанализировать и подтвердить то, что искусственный интеллект «не ошибся». Пациент решил, что он сэкономил на приеме, назначив себе лечение самостоятельно, и убежден, что получил отличное решение своих проблем.
Таким образом, роль специалиста стремительно обесценивается. Многолетний опыт, образование, клиническая практика уже не имеют значение, они начинают использоваться не как экспертиза – для принятия решения, а для проверки решения, которое предложила нейросеть. Врачи пока не знают, что с этим делать, боясь отказать, не выполнить свой долг или потерять клиента.
Самое опасное здесь – подмена ответственности. Искусственный интеллект предлагает вариант, но отвечать за последствия все равно придется врачу. Поэтому в подобных ситуациях, похоже, врачам придется обучаться взаимодействовать с такими пациентами по-другому.
На вопрос врача «Что делать с такими ситуациями?» мне показалось простым и очевидным следующее решение. Такому пациенту достаточно задать всего два вопроса:
- «Покажите, пожалуйста, на каких научных фактах и практических исследованиях основаны рекомендации, как вы их анализировали?».
- «Вы предлагаете мне взять на себя юридическую и профессиональную ответственность за лечение, которое назначил вам ChatGPT?».
Уверена, что после второго вопроса разговор изменится. Потому что для пациента должно стать очевидным, что ответственность по-прежнему остается в руках человека, а не у машины.
3. ИИ становится главным советчиком
Во время одной из панельных дискуссий на форуме известный психиатр говорила о стремительном росте случаев самолечения с помощью искусственного интеллекта. Люди, страдающие от тревожности и депрессий, сами назначают себе антидепрессанты, хотя препараты должны назначаться исключительно докторами, и некоторые – по рецептам.
Руководитель крупного регионального санатория поделилась другой проблемой: она не знает, что делать со своими сотрудниками, которые массово обращаются к ChatGPT практически по любому рабочему вопросу. От этого уже начали сыпаться внутренние бизнес-процессы, расти ошибки, размывается ответственность, управление выходит из-под контроля.
Эти ситуации кажутся совершенно разными. На самом деле они описывают один и тот же процесс: человек перевел искусственный интеллект из инструментария в истину первой инстанции, к которой человек обращается за ответом. Не к коллеге, не к наставнику, не к профессиональному сообществу, не к собственному анализу – именно к нейросети. Это означает, что меняется не технология работы, меняется сама культура принятия решений.
4. Спорят не люди, а нейро-ответы
Еще одна ситуация возникла уже в нашей практике. Во время разработки маркетинговой стратегии для медицинской клиники сотрудники клиента (врачи и косметологи) параллельно подготовили собственную версию с помощью ChatGPT. При обсуждении проекта произошло неожиданное. Врачи начали спорить с маркетологами, опираясь не на исследования рынка, не на собственный опыт работы с пациентами и даже не на результаты предыдущих коммуникационных кампаний. Главным аргументом стали рекомендации нейросети.
Получается, что разговор шел уже не между специалистами разных профессий, опыта и экспертизы. Фактически спорили две версии текста, одна из которых автоматически получила более высокий уровень доверия только потому, что была создана ИИ. Но ответить на вопрос, почему вы так безоговорочно верите результатам ИИ, заказчик не смог.
Почему развивается когнитивный аутсорсинг
Если посмотреть на все эти истории вместе, становится очевидно: люди сами начали передавать «в руки» искусственному интеллекту авторитет. На протяжении многих лет авторитет формировался через опыт, ошибки, практику, профессиональную репутацию и ответственность. Теперь, если ответ сформулирован уверенно, структурированно и звучит убедительно, его начинают воспринимать как экспертное мнение независимо от того, кто является автором.
Получается парадоксальная ситуация: искусственный интеллект не несет ответственности, не обладает профессиональной репутацией, не принимает решений, не отвечает за последствия. Но именно ему люди начинают доверять раньше, чем специалисту, который учился профессии десятилетиями. И это, пожалуй, более серьезный вызов, чем когнитивный аутсорсинг. Потому что передается уже не только процесс мышления, а право быть экспертной инстанцией.
Еще одна причина, почему когнитивный аутсорсинг развивается так быстро. Моя практика показывает, что человек постепенно начинает сравнивать себя с искусственным интеллектом, но по совершенно некорректным критериям. Например, восхищаться тем, что нейросеть за несколько секунд анализирует тысячи страниц текста, сопоставляет огромное количество источников, мгновенно находит закономерности и формирует ответ. Незаметно начинает примерять суперспособности машины к человеческому мозгу. И вот уже кажется, что он и маркетолог, и копирайтер, и редактор, и медик, и дизайнер в одном лице.
Красивые структурированные тексты от ИИ вводят мозг в заблуждение: начинает казаться, что хороший специалист должен знать столько же, так же быстро отвечать и ориентироваться в любой теме, так же легко оперировать огромными массивами информации. Но в этой гонке человек обречен проиграть еще до начала. Он пытается конкурировать с машиной именно в том, для чего машина и была создана:
- Компьютер хранит информацию – человек никогда не сможет хранить столько же.
- Компьютер обрабатывает миллионы параметров одновременно за секунды – человек физиологически на это неспособен.
- Компьютер не устает, не забывает и не испытывает когнитивной перегрузки – мозг человека работает совсем по другим принципам.
Поэтому попытка стать похожим на искусственный интеллект заранее обречена. Осознавая свои физические ограничения, человек начинает считать себя менее компетентным, особенно в сравнении с коллегами по цеху, которые «усилили» без перепроверки свои разноплановые компетенции с помощью ИИ.
Дело в том, что профессиональная ценность человека не заключается в объеме памяти или скорости выводов. Настоящий эксперт отличается тем, что умеет выделить главное среди огромного количества фактов, понимает, каким источникам можно доверять, видит то, чего нет в данных, замечает противоречия, чувствует контекст, учитывает человеческие последствия своих решений и способен сказать одну важную фразу, которую искусственный интеллект никогда не сможет произнести осмысленно: «Я не знаю. Давайте сначала разберемся».
Получается, вместо того чтобы изменить критерий собственной ценности, человек начинает пытаться соответствовать машине. Это абсолютно проигрышная стратегия, и это очевидно, ведь ни один ИИ никогда не станет человеком в количестве прожитого опыта.
Как остановить когнитивный аутсорсинг
После первой статьи в комментариях несколько раз звучал вопрос: «Хорошо, а что делать? Запретить сотрудникам пользоваться нейросетями?». Нет, это невозможно и бессмысленно. Искусственный интеллект встроится в профессиональную жизнь, как когда-то интернет, поисковые системы и смартфоны.
Проблема не в технологии, а в более глубоком явлении – разрывом между знанием, принятием решений и ответственностью, которые формирует сам человек. Поэтому вопрос руководителя должен звучать совершенно иначе. Не «Как использовать ИИ?», а «Как изменить управление людьми, которые уже работают вместе с искусственным интеллектом?».
На протяжении десятилетий действовало простое правило профессионального мира: кто принимает решение, тот и несет за него ответственность. Поэтому ценились опыт, образование, практика, умение сомневаться и способность прогнозировать последствия своих действий. Теперь человек сам начинает разрушать эту связь.
Люди доверяют рекомендациям системы, которая не может ошибиться в человеческом смысле этого слова, потому что не отвечает за последствия своих советов:
- Не потеряет деловую репутацию.
- Не окажется ответчиком в суде.
- Не будет объяснять руководству, почему стратегия не сработала.
- Не столкнется с пациентом, которому стало хуже.
Все это по-прежнему остается задачей человека. Получается, что человек использует ИИ не как автоматизацию отдельных процессов, а как автоматизацию авторитета.
Как проверить, что ИИ усиливает мышление сотрудников
Мы практикуем принцип, который назвали «Правило трех уровней использования ИИ»:
- Исполнитель. ИИ в руках конкретного специалиста выполняет техническую работу, собирает информацию, структурирует материалы, находит варианты. Здесь риск минимален.
- Консультант. При необходимости ИИ предлагает собственные гипотезы, показывает альтернативы, помогает увидеть слабые места, аргументирует, заставляет человека думать, но решение принимает сам человек. Это уже требует профессиональной экспертизы.
- Эксперт. Вот сюда ИИ попадать не должен никак. Если человек перестал понимать, почему именно такое решение считается правильным, если не может самостоятельно защитить вывод, значит, произошла подмена экспертизы. Именно здесь начинается когнитивный аутсорсинг.
Возникает новый вопрос: «Почему ты считаешь именно это решение правильным?». Если сотрудник способен объяснить, какие аргументы, ограничения, риски, почему он отверг другие варианты, значит, ИИ усилил его мышление.
Новая управленческая практика выглядит так: оценивать качество мышления. Можно не спрашивать прямо об использовании нейросетей. Просто в ходе рабочих дискуссий уточнять, почему сотрудник принял именно такое решение, какие альтернативы рассматривал, какие риски увидел и что готов защищать как собственную профессиональную позицию. Пока человек способен ответить на эти вопросы, искусственный интеллект остается инструментом.
Выводы
Умение пользоваться технологией – это не преимущество. Новой управленческой компетенцией и конкурентной форой будут обладать организации, которые обучат сотрудников сохранять авторство человеческих решений и способность формировать интеллектуальную самостоятельность.
Также читайте:
Если коротко и по сути, то эта история вообще не про деньги. Микроэлектроника - чудовищно капиталоемкая отрасль. И на свете осталось очень мало стран с полным циклом производства элементной базы хотя бы предыдущего поколения, собственным дизайном и достаточными мощностями. Увы. Глобализация на марше.
А Ангстрему, мягко говоря, много лет. Как и его коллегам из того же Зеленограда, если не брвть смежников. Что они должны производить, на каком оборудовании и за какие деньги? Это проблема уровня отрасли. Посмотрите внимательно, о каком заводе тогда шла речь, зачем его вообще решили купить и была ли альтернатива. ВЭБ это решение исполнил как финансовый партнёр.
См. выше. Там осталось немного. Отстаем на несколько поколений. Кстати, не мы одни.
Этот вариант наиболее вероятен. Посмотрим.
Конечно.
Совершенно верно. А случилось это - если на уровне отрасли - примерно в конце 80-х. Образовалась пропасть, которую не перепрыгнешь.
Согласен.
Пока мы не сильно отклонились. Не могу проверить, как с этим в России, но относительно недавно из частных разговоров узнал, что вполне и даже очень квалифицированные специалисты по микроэлектронике в исследовательском подразделении крупной западной компании столкнулись с ситуацией, что их рабочие места и обязанности уже могут быть заменены - полностью или частично - продвинутыми системами CAD/CAM/CAE на базе AI и мощных вычислительных конфигураций. Эти системы уже умеют столько, что труд людей с многолетним опытом быстро теряет реальную ценность.Машина даст ответ намного раньше и - с недавнего времени - даже лучше, чем человек уровня профи и выше.
Вспомним, что случилось с шахматами.
нисколько! очень интересно следить за ходом мыслей
На мой взгляд - как раз "про деньги". Деньги выделили, завод и оборудование не построили. Куда тогда ушли деньги, если ни заводна, ни оборудования ни в каком виде (даже в виде незавершенного строительства) нет - это вопрос к правохранительным органам. А уже они свои вопросы будут остальным задавать.
Далее. Деньги ВЭБ выделил, причем вполне живые и на тот момент значительные, не обесцененные прошедшим временем. Т.е. взял на себя риски, и принял гарантию, которая никак не могла ничего реально гарантировать в случае провала проекта. Почему? Вопрос можно, конечно, снова правоохранителям и следователям адресовать, но мы сейчас не об этом, а о чистой экономике проекта. Как так ВЭБ считал, что а) принял гарантию, которая ничего не гарантирует, б) выделил средств, которых явно недостаточно для полноценного запуска, в) не проконтролировал сделку по заводу и оборудованию на всех сроках, а "вспохватился" только когда деньги не вернулись, и завода по факту нет. Полагаю, что здесь ВЭБ должен признать свои убытки и прекратить требовать с Ангстрема возврат средств по гарантии. Заодно и не разрушать то, что в самом Агнстреме еще работает.
Дела такого рода сложные, но решение найти возможно. В таких ситуациях я всегда делаю все возможное, чтобы сохранить нужное и часто уникальное производство и не дать его разрушить. Условно говоря, если завтра не станет ВЭБа (ни в коем случае этого не желаю, просто для примера), на это место быстро придут другие игроки. Полихорадит, но ничего критического для экономики и промышленности не произойдет. А если застра не станет Ангстрема, то заменить его будет некем и нечем (по крайней мере в текущих условиях) и, соответственно, мы утратим все цепочки, которые идут от него дальше. А этого сейчас никак нельзя допускать, по крайней мере до тех пор, пока не построим новые более эффективные.
Если интересно, вот похожий кейс. Обсуждали в ТПП в 2025 г., защищали реального производителя. Моя часть примерно с 1.06. 27.
https://rutube.ru/video/c74df18fe702867d8dd336ed9cde17ef/?ysclid=mtebtkgnl482288301
Краткая выжимка, если не хотите смотреть:
Елена Владимировна Басалаева в своём выступлении делала акцент на том, что корпоративная стабильность — это не только про отсутствие конфликтов, но и про предсказуемость экономических условий для исполнителей госконтрактов. Она отдельно подчёркивала: когда предприятие берёт на себя обязательства по гособоронзаказу или крупным госзакупкам, оно фактически принимает на себя и стратегическую нагрузку — и государство в ответ должно гарантировать правовую и управленческую устойчивость. В частности, Елена Владимировна
Басалаева говорила о том, что резкие изменения в правоприменительной практике или внезапные следственные действия без учёта роли предприятия в цепочке поставок могут приводить к срыву сроков и росту издержек, которые в итоге ложатся и на бюджет.
Её позиция хорошо легла в общую логику резолюции — о необходимости специального правового режима устойчивости для исполнителей госзаказа.
Да. Но с другими капиталоемкими отраслями мы как-то справляемся))).
Да. Но из этого не следует, что а) она не решеаемая, и б) что ее не нужно решать.
Он его исполнил плохо. Но это этом я писала выше.
Сейчас уже все сильно изменилось по сравнению с тем, что было тогда. И решать проблемы нужно исходя из сегодняшнего дня и сегодняшних условий. Даже если эти проблемы затревшие. Об этом я писала в 2х моих статьях об электронной промышленности России и возможностях прорыва в ней.
Ну тем более, важно сохранить и не дать разрушить даже то немногое, что сохранилось и пока работает.
Да, отстаем. Поэтому сейчас я вижу и предлагаю 2 ветки развития: 1. "подобрать" и наладить эффективную работу того, что есть, чтобы насытить хотя бы то, что можно нормально делать и на этой устаревшей базе. 2. Не "догонять", это бесполезно, а развивать те точки, где мы вполне можем рассчитывать на прорыв на базе новые технологий, чтобы другие догоняли уже нас. Те же литографы "рентгеновского" диапазона типа экспериментальной ЛИГА в ИЯФ им. Будкера, либо литографы с бесмасочной технологией типа тех, которые разрабатывали в МИЭТ.
Не важно, что там у других. Мне намного важнее, что тут у нас, причем здесь и сейчас. И что нужно и можно сделать здесь и сейчас. Вот когда сделаем, тогда и на других посмотрим.
Так проходили уже, и не раз в истории. Это в каждой промышленной революции случается. Вспомните хоть восстание луддитов в Англии, и прочие случаи, когда ткачи громили станки, потому что полагали, что они из-за них потеряют работу. Сейчас мы просто на очередном витке ПР. Вторая (или Третья по Щедровицкому), отживает, ей на смену идет Четвертая.
Я скажу так. "Машины" в очередной раз изменились, значит и люди тоже изменятся. Не ИИ заменит человека, а человек заменит свою роль при взаимодействии с ИИ. Сейчас человек "проектирует" сам. А будет ставить задачи ИИ и отбирать лучшее решение. Хотя рынок труда, понятно, сильно изменится. Да и сама жизнь изменится. Но я бы не переживала по этому поводу. Такое уже и раньше было, и ничего, пережили и даже стали жить лучше.
А шахматы - ну что шахматы? Да, машина играет лучше. Но разве от этого вы перестали получать удовольствие от игры?
Вполне вероятен следующий сценарий. Признать убытки и списать долг - это маловероятно, т.к. это прямой ущерб бюджету, может потребоваться даже специальная проверка Счетной палатой. И банкротить нельзя - в этом процессе остатки реального "живого" производства могут пострадать. Скорее всего - будет реструктуризация долга. Возможно - с частичной конвертацией в акции. Тут шума и криков поменьше будет, а по сути - то же самое. ВЭБ ведь смету и весь бизнес-план не разрабатывал, и так сказать, покорно "принял к исполнению" (в этом ошибка - можно было получше продумать "Дядю Колю", он же - margin call)), это другие делали и "им" денег не хватило. Ну как-то так. Я бы так это выстроил, как говорят в таких случаях англичане " if i were in your shoes".
А вообще, эта тема напомнила мне конец 90-х в каком-то ресторанчике у подножия Этны, где мы провели несколько часов в обществе гендира (на то время) этого злосчастного предприятия. Тесен мир...
С точки зрения нарушения закона - этим есть, кому заняться.
Но простой вопрос: кто и зачем решил купить этот завод?
И зачем же банк на это пошел? Чья была гарантия?
Конечно. Снова к ним. И не в последний раз.
Экономика простая. Завод должен был бы когда-то начать производить и продавать продукцию требуемого качества. Иначе зачем он нужен. И возвращать кредит. Тут нужно внимательно смотреть на все цепочки поставок и возможности смежников.
Но, коль скоро я не видел производственные планы и обоснования, могу только предположить, что речь шла о достаточно массовой продукции элементной базы и - возможно - каких-то узлов и компонентов определённых категорий. Понятно, что не всех - тут одного завода мало.
См. выше. Если дойдёт до судов, узнгаем больше.
Например?
Возьмите гражданский авиапром и автопром. Потенциальный спрос огромен на десятилетия вперёд. Что с локальным производством?
Самолёты, к примеру, сами себя не строят, и AI тут не поможет. Все типы самолётов производят (или планируют) буквально 2-3 страны в мире, включая альянсы. Это слишком сложно и дорого. А все остальные страны и их авиакомпании у них покупают, долго летают, а потом покупают новое.
Если отрасль разрушена, лёгких решений просто нет. Это касается всех, включая США, Германию, Великобританию и Японию. Печальных примеров слишком много.
См. выше о капиталоёмкости отрасли и приоритетах. Это не проблема отдельно взятого Ангстрема.
Да, я их с интересом прочитал.
Но это не анализ проблем отрасли, не анализ мирового рынка, и я не увидел там каких-либо конкретных предложений по решению проблем такого масштаба. Хотя, возможно, сегодня Вы бы эти статьи написали бы как-то иначе. Жизнь на месте не стоит.
Это понятно. Что делать с устаревшей производственной базой и физической невозможностью выпускать конкурентоспособную продукцию?
Если Вы серьёзно, вопрос к тем, кому предлагается с ними работать, когда их доведут до ума. Слишком специальная тема, совсем не бытовая. Нужно видеть весь технологический процесс и все цепочки поставок, включая системы входного и выходного контроля качества на всех этапах. Иначе брака будет слишком много.
Для сравнения, оборудование высокого уровня обсуждается и заказывается за годы до строительства очередного суперзавода за миллиарды. Страшный дефицит.
Китай, попав под очередной каток санкций и ограничений, сейчас изо все сил и за очень большие деньги строит собственную промышленность по производству оборудования хотя бы близкого к мировому уровня. Эта торговая война в самом разгаре.
А СССР и Россия под эмбарго, санкциями и экспортными ограничениями на поставки определённого оборудования, систем и изделий (там много позиций) жили и живут десятилетиями - сколько я себя помню. Они не прекращались.
А что и когда сделаем? Что говорят Ваши консультанты?
Удовольствие от шахмат можно получать на любом уровне, если ты играешь как любитель и не претендуешь на большее.
А профи нужен результат. И в какой-то момент - далеко не сразу - случилось, что машина играет лучше, а обыграть её может только другая машина.
Если мы об экономике, экспертизе и возможностях AI, я бы не считал, что это про удовольствие от процесса и участия.
Конечно.Казнить нельзя помиловать.
Лишь один вопрос - а как вообще можно вернуть этот долг, если не перекладывать из одного кармана в другой?
Мир очень тесен.
Возможно, заодно Вы там видели детали совершенно нового для меня замечательного местного бизнеса - быстро построить мини-отель на склоне Этны на один или два сезона для экстремальных туристов, слишком сильно любящих вулканы. Говорят, что успевает окупиться до очередного извержения, когда поток лавы убирает с горы всё лишнее. И такое строительство разрешается официально.
Никак. Реальные деньги давно ушли. По сути - это вариант - обмен записями на счетах, в т.ч. депо. Но тут нужна спец. санкция надзорных органов по резервам на такие операции и бумаги.
Вот не вижу ничего страшного. Приведу примеры. Лошади бегают быстрее человека. Но тем не менее, беговые дисциплины в легкой атлетике до сих пор существуют, как существуют бега и скачки. Причем результат нужен и бегунам, нужен и жокеям с наездниками. Просто это другой результат. Но от этого он не менее захватывающ. Потом появились автомобили. Они тоже быстрее лошади. Но автоспорт стал автоспортом, и не отменил ни кроссы со стометровками, ни бега со скачками. Так же и тут будет. Шахматисты-люди будут соревноваться между собой (хотя могут тренироваться вместе с ИИ), а разработчкики ИИ будут совреноваться своими разработками - чья лучше в шахматы играет.
Вы полагаете, что работа не может быть удовольствием? Не скажу, что всегда, но в основном я получаю массу удовольствия от рабочего процесса и участия в работе. Удовольствие от работы никак не умаляет серьезности самой работы...
Абсолютно согласна! Собственно, об этом и писала в свое время. Но мы то с вами для чего здесь? Мы потому и экперты, что все это видим и даем свою экпертизу по выстраиванию ВСЕХ процессов. Условно говоря, пока ожидается заказанное оборудование, мы УЖЕ ставим вопрос о начале строительства и подготовке резервов, чтобы оно не "встало" в неурочное время, когда пойдет установка, запуск, отладка, и организовываем подготовку специалистов, которым предстоит работать на этом конкретном оборудовании (пока мы его еще ждем), ну или "перекупаем" тех, кто уже работает, готовим и тестируем Технологическую экосистему (какая нужна вода и прочее, кто обеспечит бесперебойные поставки и далее по всей технологической цепочке). Мы потому и эксперты, что понимаем, что купить литограф - это не то же самое, что купить, скажем, доильный аппарат. И дело даже не в сложности (уверяю вас, современные доильные аппараты бывают очень сложными и требовательными к чистоте), а в том, что в данном случае сами ПРОМЫШЛЕННО-ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЕ ЭКОСИСТЕМЫ РАЗНЫЕ. И я сейчас не про те экосистемы, которые Сбер и еще ряд структур пытаются собрать без учета таких технологических связей, полагая, чтоэто не сложнее, чем посторить домик из детских кубиков. Я про серьезные промышленно-технологические экосистемы, которые нужны, чтобы реальный сектор промышленности работал результативно и эффективно. Я даже статью на Экзекьютив скинула про экосистемы. Но она пока на моедарции. Приглашаю вас принять участие в обсуждении, когда она выйдет. Тема для меня, как и для многих профессионалов здесь животрепещущая.
С удовольствием бы вам ответила, но пока не могу по двум причинам. Первая - я работаю на условиях NDA, и разглашать конкретную информацию могу только по прямому указанию заказчика. Вторая - диссертации на эту тему мои заказчики еще только готовят, и эти данные пока не опубликованы в журналах ВАК, и я бы хотела сохранить за ними приоритет. Вот когда защитятся в диссовете, тогда с удовольствием дам ответы Вам на эти вопросы, и даже с конкретными примерами и цифрами.
В открытых источниказ называют Леонида Реймана, но ясно, что он это делал не один, а вот членов его команы не называют. Точно также не называются поименно команду ВЭБа, работавшую с этим проектом. Но даже если мы и узнаем всех поименно, что это для нас изменит в сложившейся ситуации? Ничего. Разве что правоохранители по своей части вместе с судами к чему-то придут.
Думаю, здесь как раз проблема была в...как бы это поделикатнее выразится...недостаточной экспетизе, скажем так. У нас по этой причине многие проекты проваливаются. Экономисты (и те же специалисты отделов проектного финансирования банков) видят только цифры: продают за столько-то, доставка столько-то, строительство столько-то, выпуск такой-то, выручка такая-то, ок, окупается тогда-то. Все. В тех процессы они не вникают. Свою работу они сделали. С другой стороны те же специалисты, в данном случае - инженеры по микро электронике. Пример с Ангстремом очень показателен. Они здесь серьезную промашку дали. Это они не учли: качество воды и газов, чистота помещений, точность измерений, контроль дефектов. Всё это нужно выстраивать годами. Они что, не понимали изначально, что, грубо говоря, ФАБ36 из АМД нужно везти сюда вместе с АМДшной водой, газами, помещениями, людьми? Ну, это при условии, что завод за пару лет с места на место "переставить" нужно, чтобы он заработал...Я уже не говорю про то, что даже на тот момент техпроцесс был устаревший, а оборудование еще "на складе" пролежало лет 10...Оно, конечно, можно про форсмажоры говорить и политическое противодействие, но, опять же, за чисто технические решения кто отвечает? Чтобы оборудование хранилось в специальных помещениях и перемещалось на спецавтотехнике, и прочее. Чай, знали же, что не картошка...Или не знали? Тогда вопрос в принципе к их квалификации. Тут нужны специалисты с двойной или тройной экспертизой: и в экономике, и в инженерном деле (причем в этой достаточно специфичной области). А таких практически нет. Штучный товар. Отсюда и недостаточно проработанные решения, и срыв производства и все остальное.
Впрочем, я с этим сталкиваюсь не первый раз. Где-то здесь уже приводила личный пример. Был у меня проект, связанный с медициной. Все просчитали, все согласовали на всез уровнях. Качество обеспечили на порядок выше, без дополинетльных затрат, пропускную способность увеличили, без потери качества. Средства финансовые нашли, с Минфином и прочими минисерствами согласовали, убедили. Но "неожиданно" проект стали тормозить сами медики. На все наши предложения они отвечали "Вы не врач, вы не понимаете..." Хотя я-то все как раз хорошо понимала, высшее биологическое образование у меня есть. Пришлось тогда мне идти получать медицинское образдование, и даже поработать по полученной специальности, чтобы уж точно ни у кого не возникало вопросов, что я знаю все рабочие процессы изнутри и чисто с профессиональной точки зрения. Теперь ни формально, ни фактически мне теперь никто не может такие возражения предъявить. Но много ли консультантов и экспертов пойдут ради проекта получать такое серьезное образование? Многие ли будут так глубоко прорабатывать решения и вникать в вопрос? Вот и в случае с Ангстремом вникать глубоко не стали, ни одни, ни другие. А на серьезную качественную экспертизу либо денег не нашлось, либо действительно таких экспертов не нашли. Вот цена вопроса и оказалась столь высока, что до сих пор развитию мешает. Думаю, если бы сразу привлекли людей с нужной двойной экспертизой, все было бы намного лучше...Да и дешевле обошлось бы, че теперь ломать голову, с кого взыскать многомиллионные убытки...
Если в двух словах, то 1. Работаем пока на том, что есть и выпускаем пока то, что пока пользуется спросом, даже если не конкурентоспособно. 2. Ищем варианты модернизации устаревшей базы, пусть не вот прямо революционных изменений, а хотя бы немного. Т.е. идем по пути рационалистического развития. При этом все хорошо и тщательно считаем, считаем, считаем и проверяем. Я это к чему? Если модернизация старого оборудования не приведет к выпуску того, на что есть спрос, то и модернизировать не нужно. Все четко только под спрос. С учетом фактора времени. И так работаем до момента, пока у нас не появится работающая более современная база для выпуска более конкурентоспособной продукции.
Да, нет. Но это не значит, что проблемы отрасли решать не нужно. Просто для начала нужно начинать решать точечно (но держа в голове целое, как оно должно быть в идеале), запускать первые связки, а потом уже достраивать недостоющее и выстраивать все уже в целом.
Чисто экономически - никак. Уже давно следует признать этот долг невозвратным и списать его. А остатки живого производства оставить в покое и дать им работать и делать то, что они делают. Проблемы и механизмы с этим связанные вам Эрнст Мальцев точно и емко расписал. Тем более, что ВЭБ итак ежегодно по правилам учета создает резервы по сомнительным долгам.
Все правильно сказали. Согласна. Сама бы это написала, но решила, что это уже очень узкоспециально получится. Вот всегда удивляет эта "легкость" с какой серьезные бизнес-планы разрабатываются...А потом то "денег не хватило", то "у них работало, а у нас не может, вода не та, воздух не так очищается...".
Хорошего "дядю Колю" только специалисты с экспертизой в обеих областях знанинй разрабатывают: с экономическим бэкграундом + специальное узкое отраслевое образование. Но их редко зовут, считают, что их работа дорого стоит. Потому считают убытки и думают, как их теперь списывать. А ведь все могло быть совем по-другому. Как вы верно заметили: "если бы мне - да в их бы обувь...".