Нина Старых: Технологии PR

Нина Старых

В теории менеджмента под термином «технология» понимается «совокупность приемов, методов и воздействий, применяемых для достижения поставленных целей в процессе планирования и развития организации». Проекция «технологической» точки зрения на исследуемый нами предмет означает, что PR как инструмент маркетинговых коммуникаций на своем уровне обеспечивает достижение стратегических целей организации, которые направлены на завоевание конкурентных преимуществ, обеспечивающих ее выживание и развитие.

Маркетологи эти цели формулируют предельно конкретно – в плановых показателях целевого поведения аудитории. Если речь идет о потребительских рынках – то это необходимое количество пробных или повторных покупок, обеспечивающих организации плановый доход. Если существует угроза со стороны законодателей, изменяющих, или, напротив, ничего не меняющих в правилах игры на жизненно важных рынках, то показателем эффективности PR будет распределение голосов за законопроект членов Государственной Думы. Для политической партии сфера жизненных интересов – не менее 7% голосов избирателей – порог прохождения в законодательный орган Федеральной власти. Ибо только таким образом – через участие в работе Государственной Думы, в продвижении законов, политическая партия способна оказывать воздействие на управление государством и, таким образом, оправдывать свое существование. В идеале – чем больше голосов отдадут избиратели партии, тем больше депутатских мандатов получит партия, тем больший политический вес будет иметь. Даже для некоммерческих организаций траты на коммуникационные бюджеты имеют прагматическое измерение. Для них источником выживания являются финансовые поступления от грантов, спонсорских пожертвований, бесплатные ресурсы в форме безвозмездной работы волонтеров. А эти цели достижимы только при условии безупречной репутации, которая формируется, в том числе, и средствами PR.

Надо отметить, что «технологическая» точка зрения на PR преобладает, но не доминирует. В качестве доказательства сошлемся на исследование, которое было проведено на портале Sovetnik.ru - 'Место PR в комплексе маркетинга'. Целью опроса было выяснить, как соотносятся между собой сферы PR и маркетинга. В ходе исследования было опрошено 124 человека, из них 72 российских специалиста и 52 - украинских. Более половины респондентов (60,6%) полагают, что PR является одним из элементов комплекса маркетинга, а 35,5% специалистов считают PR самостоятельной сферой деятельности. Аргументация меньшинства опирается на весьма распространенную точку зрения о том, что результаты PR – деятельности принципиально неизмеримы.

Тем не менее, подчеркнем, что современный подход к управлению организацией характеризуется установкой на то, что каждый используемый ей ресурс, имеет свою, вполне измеримую ценность, а стало быть, и свою цену. Именно в таком ключе поведем речь о технологиях PR – как специфическом способе реализации коммуникационных стратегий, обеспечивающих добавленную стоимость своей организации в виде дополнительных покупок, дополнительных голосов, дополнительных пожертвований. Разбираться с проблемой специфического вклада коммуникационных стратегий PR в бизнес – стратегию организации будем в два этапа:

1. Охарактеризуем особые функции коммуникационного воздействия в программировании поведения целевой аудитории.

2. Затем перейдем к анализу компетенций PR в семействе средств коммуникации.

Функции средств коммуникации в достижении маркетинговых целей.

Как известно, чтобы сформировать нужное целевое поведение аудитории, управленцы используют весь комплекс маркетинговых средств, все, так называемые «4П» – кроме коммуникационных средств, они манипулируют с характеристиками объекта продвижения, подбирают цену, соответствующую представлению покупателя о его ценности, разрабатывают такую систему распространения продукта, чтобы акт сделки, покупки не составил для покупателя дополнительных сложностей.

К компетенции коммуникационных средств относится формирование мнения (opinion) представителей целевой аудитории. Словарная трактовка понятия «мнение» следующая: «вербальное выражение поведенческой установки, представляющее собой суждение относительно некоторого объекта, включающего субъективную оценку».

Субъективность мнения связана с тем, что оно всегда интерпретирует сообщение с позиции личностных смыслов индивида и представляет собой убеждение в том, что какой – либо объект наилучшим способом способен решить его личную проблему / потребность. Таким образом, роль средств коммуникации можно сформулировать другим способом: помощь индивидууму в переводе предложения от «продавца» на язык его личностных смыслов.

Чтобы такой «перевод» состоялся, кодировка сообщения должна соответствовать этапам ментальной обработки информации в процессе принятия решения. Для того чтобы сформировать полноценное мнение о каком–либо объекте, человек, как минимум, должен:

1. Обратить на него внимание.

2. Быть достаточно вовлеченным, то есть осознавать существование соответствующей потребности, переживаемую как рассогласование своего существующего состояния и желаемого. Это переживание должно быть достаточной силы – чтобы стать побудительным фактором для дальнейших действий - поиска информации, покупки, похода на избирательный участок.

3. Знать о способах решения своей проблемы.

4. Иметь критерии оценки для отбора наилучших вариантов и быть уверенным в том, что предлагаемое решение – правильный способ решения его проблем.

5. Иметь твердое намерение к совершению действия, которое зависит от убеждения индивидуума, что поступившее предложение уместно для его текущей ситуации и соответствует его возможностям и намерениям.

Эти специфические ментальные состояния индивида – внимание, вовлеченность, осведомленность, отношение, называемые авторами «промежуточными коммуникационными переменными», «коммуникационными эффектами» имеют прямую корреляцию с поведением, а потому являются целями и критериями оценки коммуникационного воздействия.

Последовательность коммуникационного воздействия на результаты деятельности организации схематично можно представить следующим образом:

Коммуникационные стимулы

Коммуникационные

эффекты

Поведение

Результаты управления коммуникационными процессами

Реклама

Стимулирование сбыта

Связи с общественностью

Директ - маркетинг

Привлечение внимания

Формирование осведомленности

Формирование положительного отношения

Побуждение к действию – посетить выставку, позвонить по телефону горячей линии

В коммерческой сфере:

Пробные покупки

Повторные покупки

Увеличение объема разовой покупки

Увеличение частоты покупок

В политической сфере:

Принять участие в голосовании

Отдать голос за определенного кандидата.

Принять участие в акциях, инициированных политической партией, кандидатом

В социальной сфере

Отказ от девиантных форм поведения - отказ от сигарет, алкоголя и т.д.

Активизация форм положительного поведения: вступление в армию, благотворительные взносы и т.д.

В коммерческой сфере:

Увеличение дохода

Увеличение доли рынка

Увеличение прибыли

В политической сфере:

Получение депутатских мандатов на участие в работе законодательных органов власти.

Усиление политической власти.

В социальной сфере

Предупреждение наиболее опасных заболеваний;

предупреждение несчастных случаев;

санитарно-гигиеническое просвещение;

защита окружающей среды;

продвижение таких ценностей, как семья, дети, участливое отношение к старикам, инвалидам, неизлечимо больным людям;

развитие общественной активности граждан,

предупреждение общественных конфликтов и кризисов.

Численные коэффициенты корреляции между поведением и эффектами коммуникационного воздействия исследованы экспериментальным путем и приведены в следующей таблице.

Вовлеченность

(осознание степени важности существующей для себя проблемы)

Мнение об объекте коммуникации как способе решения существующей проблемы

Положительное отношение

Нейтральное отношение

Отсутствие мнения в силу слабой информированности

Высокая

0,9 – 1,1

0,7 – 0,8

0,4 – 0,5

Средняя

0,5 – 0,6

0,3 – 0,4

0,2 – 0,3

Низкая

0,1 – 0,2

0,05 – 0,1

> 0,05

Небольшой комментарий к приведенной таблице. Допустим, мы имеем дело с инновацией, которая еще не адаптирована к существующему образу жизни в данном социуме, а стало быть, не существует по отношению к ней насущной жизненной потребности, а также о самом продукте мало что известно: как видно из таблицы, уровень желаемого поведения можно ожидать не более, чем 5 % целевой аудитории, которым потенциально это предложение может быть полезно. Это 3 – 5% новаторов, которые всегда существуют в любой сфере деятельности. Но если мы вложим деньги в коммуникацию, и активизируем интерес к проблеме, то поведенческий отклик может достичь 40 – 50 % аудитории, с которой такая работа была проведена. Можно пойти другим путем – и «раскручивать» не проблему, а собственный бренд, имея в виду новаторов и ранних последователей. Таким способом можно «уговорить» до 20 % потенциальной аудитории. И это будет исключительный вклад коммуникационных бюджетов.

В конце 1990-х годов международные организации, занимающиеся исследованием глобальных проблем человечества, забили тревогу. Европейская часть населения стремительно стареет, на одного трудоспособного гражданина в некоторых странах приходится до двух пенсионеров. В условиях подобной демографической структуры населения традиционная распределительная схема пенсионного обеспечения не способна предоставить достойный образ жизни старикам. Всемирным Банком реконструкции и развития была разработана модель пенсионного реформирования, которую с небольшими вариациями стали внедрять страны Европы и США. Продукт, по сути, один, а результаты его реализации во всех странах – разные. В 2003 году, в первый год реализации пенсионной реформы в России, менее 1% россиян передали в управление частным компаниям накопительную часть своей пенсии. В последующие годы это число не превысило 3% будущих пенсионеров. Сегодня в СМИ раздаются голоса о возврате к понятной и традиционной схеме пенсионного обеспечения. Для сравнения статистика по Чили: в первый год внедрения реформы 7% чилийцев передали накопительную часть пенсии в управление частным компаниям, в течение пяти лет таким же образом поступили 97% населения. В чем причина столь разной статистики? Ответ очевиден: неудовлетворительная информационно – пропагандистская поддержка реформы. Какие последствия? Грядущая нищета и социальная незащищенность тех, кому сегодня 49 и менее лет. Приведен этот пример исключительно для наглядной демонстрации того, что любое коммуникационное воздействие или, напротив, бездействие, даже в такой, казалось бы, трудно измеримой сфере, как социальная, имеет четкое численное измерение.

Стратегии позиционирования строятся на формулировании того, каким образом будут достигнуты необходимые эффекты коммуникации целевой аудитории. Текст этого документа включает:

1. Характеристику целевой аудитории.

2. Особенности поведения и стереотипы восприятия продукта, представляющие проблему для заказчика коммуникации.

3. Цели коммуникации и способ достижения этих целей.

Например, владельцев бренда MasterCard тревожит 'дурная' привычка россиян: в нашей стране пользователи карт, как правило, для совершения покупок снимают наличные деньги в банкомате. 'Правильная' модель поведения по версии MasterCard: расплатиться картой непосредственно в магазине.

Какие негативные последствия для бизнеса MasterCard имеет «неправильное поведение» россиян? Во-первых, неравномерная нагрузка на терминалы требует дополнительных финансовых вложений в систему уличных банкоматов. Во-вторых, обучая пользователей – новаторов всем преимуществам пластиковых денег, инновационный для России рынок получит в их лице бесплатных пропагандистов, а значит, больше последователей, более высокой динамики развития рынка, больше покупок, в том числе, и для продуктов MasterCard.

Для решения этих задач компания привлекла молодых креаторов, в брифе изложив коммуникационную стратегию, которая требует реализации.

1. Целевая аудитория: владельцы пластиковых карт.

2. Целевое поведение: искоренить дурную привычку расплачиваться за покупки наличными.

3. Приоритетная коммуникационная цель – изменение отношения к товарной категории посредством формирование убеждений о выгодах пластиковых денег:

- не нужно таскать мелочь/сдачу;
- не нужно носить пачки 'налички';
- это быстрее, чем с 'наличкой';
- никто не видит, сколько ты тратишь.

4. Подчиненная цель коммуникации: сообщение должно идентифицироваться с брендом MasterCard.

В рамках указанной стратегии молодые креаторы предложили разнообразные творческие концепции – от рациональных способов убеждения до эмоционально – эпатажного «развенчания» дурной привычки. Например, «золото» получила творческая команда за разработку «Сразу в кассу», модифицирующей «упаковку» услуги от банкомата. Идея чрезвычайно проста, но, с точки зрения жюри конкурса, действенна. Вставляя пластиковую карту в банкомат, пользователь следует инструкциям, которые можно классифицировать как своеобразную упаковку услуги. В числе таких инструкций предложено использовать окно, на котором человек видит контрастный текст, описывающий сценарий его текущего поведения: «Чтобы что-то купить, нужно: 1. Снять деньги в банкомате. 2. Идти в кассу». Фраза «снять деньги в банкомате» перечеркнута жирной красной чертой.

Также золотыми призерами стали авторы работы «Отклейтесь!». Изображения людей в «натуральную величину», которые как бы приклеились к банкомату, по их замыслу, должны привлечь внимание публики. Приблизившись к изображенным фигурам, любопытствующие могут разгадать интригу. Подпись к стикерам от имени «MasterCard» призывает: «Женщина (Мужчина)! Отклейтесь от банкомата!»

Серебряные призеры использовали методы мерчендайзинга для решения поставленной задачи. На лотке для сдачи, выполненном в фирменной стилистике MasterCard, нанесена надпись: «Видимо, Вам нравиться носить всю эту мелочь. Иначе у Вас была бы MasterCard».

Бронзовой награды удостоились авторы эпатажной акции «Кэш в трэш!». Их подход коммуницирует следующую идею: «Форма денег постоянно меняется. Как только появляется новая форма, предыдущая становится «мусором»». Для воплощения этой идеи предложено использовать туалеты кинотеатров, ресторанов, кафе, ночных клубов и других мест, где теоретически есть возможность расплатиться пластиковой картой. Бумажные полотенца и туалетная бумага сделаны в виде наличных. На самих креплениях размещается слоган: «Кэш в трэш!» и изображение пластиковой карты MasterCard.

Таким образом, мы видим, что одна и та же коммуникационная цель может быть реализована различными средствами. В приведенном примере – это модификация упаковки, наружная реклама, мерчендайзинг, PR. Все эти решения используют те преимущества контактов с целевой аудиторией, которыми располагает каждый из приведенных форматов. Встроиться в «инструкцию по применению» чрезвычайно эффективно, поскольку таким способом мы «подкарауливаем» наших клиентов в момент их высочайшей степени вовлеченности. Уникальные возможности наружной рекламы – привлечение непроизвольного внимания; создаём своего рода «двуходовку» - сначала интрига, потом разъяснение – и целей коммуникации можно достичь для более широкого круга людей. Сильная сторона контактов с клиентами посредством мерчендайзинга – в использовании их ситуационных состояний во время совершения покупки. Отсутствие разменной монеты для сдачи, или гора медяков, которые не вмещаются в кошелек, вызывают состояния мимолетного раздражения; удачно пойманные, такие состояния могут стать отличным стимулом, чтобы взглянуть на проблему расчетов с продавцом по-другому.

В чем же особенности контактов, запускаемых PR? В отличие от других средств, которые апеллируют к индивидуальным убеждениям представителей аудитории, PR достигает целей коммуникации используя ресурсы группового влияния, формирует сценарии поведения, одобряемые и принимаемые в данной социальной группе. Посетители ночных клубов, ресторанов представляют собой субкультуры, культивирующие особые нормы поведения, особый этикет, включая особый dress - код. Если MasterCard становится составляющей dress – кода, различающего «своих» от «чужих», возникает весьма действенный инструмент групповой тирании. Итак, мы подошли ко второй части обзора, заявленной в начале главы: анализу коммуникационных компетенций PR.

PR и общественное мнение

Часто случается, что индивидуальное мнение человека никак не соотносится с его поступком. Ребенок предпочел бы весь день питаться исключительно тем, что вкусно для него – чипсами, шоколадками, мороженым, но его родители настаивают на здоровом питании, и он ест каши, супы, котлеты… Его родители, в свою очередь, предпочитают свободную, спортивную одежду, но, собираясь на работу в офис, надевают строгие деловые костюмы. Их начальнику, творческому человеку, по душе разноцветье компьютеров и возможности программного обеспечения от компании Apple, но считается, что для офисной работы больше подходит продукция от компании Microsoft. Президент компании, в которой работают родители ребенка и их начальник – человек прагматичный; эффективность и целесообразность для него главная мера всех вещей. В политике ему наиболее близки по духу высказывания лидеров партии СПС, но голосует он за партию власти.

Если графически изобразить процесс ментальной обработки информации для приведенных выше ситуаций, то получим следующую модель:

ris1.jpg

Человек – существо социальное, и очень часто, когда его поведение затрагивает интересы социальных общностей, он должен свои поступки соотносить не только с эгоцентрическим «нравится – не нравиться», но и с критерием социальной «приемлемости – неприемлемости». Носителем этих критериев является общественное мнение. Таким образом, если работа с индивидуальным мнением не приводит к желаемому результату, необходимо обратиться к PR - технологиям, которые специализируются на управлении общественным мнением.

Обратимся к словарной трактовке этого понятия: «Общественное мнение - совокупность суждений и оценок, характеризующих консолидированное отношение массового сознания к наиболее значимым и актуализированным проблемам, событиям и фактам экономики, политики, культуры, общественной жизни».

Именно способы консолидации общественного мнения и составляют «now how» технологий PR. Для непосвященного общественное мнение выглядят как простое сложение индивидуальных, обычно считается само собой разумеющимся, что если все в группе индивидуумов имеют общие интересы, то группа будет стремиться содействовать этим общим интересам. Однако зависимость здесь отнюдь не линейная.

Одним из наиболее цитируемых авторов, исследующих феномены группового поведения, является Мансур Олсон. Парадокс, по Олсону, состоит в том, что “большие группы не будут действовать в своих групповых интересах, по крайней мере, в том случае, когда они состоят из рациональных индивидуумов”. Он рассматривает индивидуальные интересы и групповые как противоположности: “Сам факт, что цель или интерес – общие для всей группы или разделяются всеми ее членами, означает, что выгоду от любой жертвы, которую приносит отдельный индивидуум для достижения этой общей цели, он разделяет с любым другим членом группы. Следовательно, любой член группы лиц, имеющих общий интерес, получит лишь маленькую толику от любой жертвы, которую он принес для достижения общей цели. Так как выгода достается любому члену группы, те, кто не внес никакого вклада в ее обеспечение, получат ровно столько же, сколько и те, кто такой вклад сделал”.

Ключ к разрешению этого парадокса – в особой – социальной – мотивации группового поведения, которая базируется на убеждениях индивида о значимости коллективных благ и избирательном – справедливом - доступе к этим благам, в зависимости от того, какой вклад в обеспечение этих благ был внесен. В истории культуры феномен социальной мотивации оформился как особый код восприятия социального мира, делящего его на «своих» и «чужих». Таким образом, чтобы выполнить свою задачу – продвинуть коммерческий, политический, социальный продукт, PR должен активизировать «Я – социальное» индивидуума, вовлекая в социальную проблематику, обучая правильным «регламентам поведения». То есть создать социальный контекст. Ибо только на фоне этого контекста и возникает критерий справедливости - специфическая оценка, которой оперирует общественное мнение.

По наблюдениям социальных психологов, люди склонны поступать в соответствии со своими индивидуальными интересами, а не коллективными. Развивая идеи Олсона с его рациональным подходом к трактовке общественного мнения, можно было бы сказать, что парадоксом является альтруистический поступок человека, действующего не в соответствии со своими эгоцентрическими интересами, а вопреки им, в соответствии с интересами своего сообщества. Естественно, что эти альтруистические мотивы весьма неустойчивы. Собственно, вся история культуры, понимаемая как возделывание и культивирование природы Homo Socium, направлена на создание стимулов, укрепляющих эту неустойчивую мотивацию. Это лишь доказывает, что человеку постоянно необходимо напоминать о его социальной природе. Социальной психологией этот феномен обозначен как «эффект поведения в отсутствие свидетелей». Суть его формулируется следующим образом: если человек не убежден, что его поступок контролируется общественным мнением, он будет поступать в соответствии со своими индивидуальными интересами.

Еще на одну особенность общественного мнения хотелось бы обратить внимание. По сути, оно представляет собой фиксацию нормы коллективного поведения для конкретной ситуации. Чтобы эта норма обрела конституированный статус для отдельного человека, он должен ее воспринимать в контексте всей ситуации. То есть ответить для себя на вопросы: в чем суть проблемы, каковы диспозиции различных групп по отношению к этой проблеме, в чем причина конфронтации, чья позиция мне ближе и т.д. Но трудность в том, что ситуация очень подвижна, отсюда очень неустойчиво мнение общественности. Это свойство общественного мнения стало основанием для категоричного заявления французского социолога Пьера Бурдье: «Общественного мнения не существует».

Впрочем, он не единственный. Социальные психологи уже с 30-х годов прошедшего столетия исследуют эффекты влияния ситуации на общественное мнение и формы коллективного поведения.

Одно из первых таких открытий – так называемый «аутокинетический эффект» - было сделано американским социологом Шерифом. Суть эффекта формулируется следующим образом: «В ситуации неопределенности, люди придают вес суждениям окружающих».

Это мнение не обязательно должно быть логичным, последовательным. На фоне неуверенности остальных, оно должно звучать уверенно. Это позволяет членам группы достроить образ лидера, способного брать риски на себя и провести группу через все испытания и вызовы внешнего мира. Именно на этом механизме основаны так называемые «формирующие опросы». Действительно, если на повестку дня политиками, заказавшими опрос, выносится проблема, которая еще не «цепляла» человека и он не размышлял над ней как общественно значимой, он склонен присоединиться к авторитетному мнению, которое предложено как вариант ответа. Причем, по наблюдениям Шерифа, будучи однажды сформированными, нормы с готовностью принимаются; испытуемые придерживаются этих норм даже в отсутствие свидетелей.

Другой феномен воздействия ситуации на общественное мнение – конформизм – был исследован другим американским социальным психологом Соломоном Эшем. Человек может иметь определенные убеждения относительно ситуации, однако в 70 – 80% случаев он будет действовать вопреки себе, по правилам, навязанным большинством. Причина такого поведения – страх наказания за нарушения «табуированных» норм поведения в виде осуждения, насмешки вплоть до физической расправы, либо, наоборот, желание получить вознаграждение в форме похвалы, признания, славы. Открытие было сделано Эшем в конце 50-х – начале 60-х годов, в период маккартизма в США и разгар холодной войны. Открыв страшную тайну о себе, общественность была шокирована. Это означало, что тоталитарные общества – закономерная неизбежность, поскольку их причина заложена в самой социальной природе человека. Тем не менее, последующие эксперименты доказали, что общество – не стадо овец. Уровень конформизма можно значительно снизить, если устроить социальное пространство по многополярному принципу. Людям проще выразить несогласие с группой, когда у них имеются союзники, поступающие так же. В таких ситуациях общественности особенно симпатичны герои – бунтари, суровые индивидуалисты, способные эпатировать официозную точку зрения, мягкость и корректность «человека в сером фланелевом костюме».

Парадоксальные эффекты социального поведения могут рождать предшествующие установки, определяющие восприятие определенного типа социальной ситуации. Политтехнолог О.А. Матвейчев приводит вопиющий пример, когда в одном из главных городов России по одномандатному округу в Государственную Думу был избран человек, который:

«1) практически ни разу не появился в думе на протяжении прошлого срока (и это в камеру ТВ говорили коллеги-депутаты);

2) женился в прошлом на бомжихе, чтобы получить квартиру и прописку, и до сих пор с ней не развелся. Эта бомжиха сама пришла на телевидение, и ее показали все каналы; устроил пьяный дебош в бизнес-классе самолета. По ТВ выступали стюардессы, экипаж, пассажиры этого самолета;

3) во время одного из походов с проститутками в баню напал с топором на сторожа. Этот сторож дал интервью во всевозможных СМИ;

4) связан с одной из самых серьезных криминальных группировок города. Это не секрет для тех, кто знает «крыши фирм», с которыми сотрудничает кандидат и другие факты.

Все это озвучивалось, и неоднократно. Этот кандидат не подал ни одного иска в суд, потому что все обвинения были правдой. Он просто развернул кампанию на тему: «меня хотят убрать, так как я неудобный человек, я слишком хорошо защищал интересы народа». И он был избран. В огромном городе, не в деревне. В городе, где много интеллигенции, где серьезные политические традиции».

Причина состоявшегося парадокса - в предшествующих установках горожан. Дело в том, что описанный автором случай по времени относится ко второй половине 90-х годов. Российский избиратель был запуган консультантами и пиарщиками, заезжими гастролерами, зомбирующими методами, черным пиаром и грязной рекламой. Жесткие обвинения в адрес кандидата были восприняты населением как очередная попытка манипуляции их мнением. Таким образом, поддержка бандита стала, своего рода, «протестным голосованием».

И еще одна типичная ситуация, когда, на самом деле, можно усомниться в существовании феномена общественного мнения. На одном из своих публичных выступлений ее, как фокусник, разыгрывал автор известных книг по PR А.Н. Чумиков. Аудитории был задан вопрос: «Являются ли отечественные производители мороженого - «Айс-Фили», «Рамзай», «Русский холод» - конкурентами?». Ответ аудитории был предсказуемым: «Конечно, являются». Добившись однозначного и единодушного ответа, докладчик задал тот же самый вопрос, но внес некоторые уточнения в описание ситуации: «Представьте себе, что на российский рынок выходит крупнейший иностранный производитель мороженого. Компания Nestle. В этом случае являются ли отечественные производители конкурентами?» Ответ был столь же единодушным, как и в первом случае – не являются. Действительно, крупнейший международный бренд, получающий колоссальные доходы от торговли на многих национальных рынках, имеет такие финансовые активы, что вполне способен «задавить» всех наших национальных производителей вместе взятых. В такой ситуации «демаркационная линия» конкуренции иная: отечественные производители и глобальный бизнес. Но фокусник и на этом не остановился. «Свободный рынок и высокая конкуренция привели к тому, что потребительские предпочтения россиян стремительно меняются. Сегодня, желая купить что-нибудь на десерт, люди, кроме мороженого, выбирают между разнообразными вариантами других типов снэков: орешки, шоколадки, глазированные сырки и йогурты… Потребление мороженого падает. В решении этой проблемы производители мороженого – отечественные и зарубежные – являются союзниками или конкурентами?» Зал озадаченно молчал. Не оттого, что не знал ответа на поставленный вопрос, а оттого, что в течение пяти минут три раза коренным образом менял свое мнение.

Эффект, который использовал А.Н.Чумиков, описывается в учебниках по социальной психологии как феномен межгрупповой конкуренции и межгруппового конфликта. Суть этого феномена сформулирована Шерифом, уже цитированного нами исследователя, звучит следующим образом. Межгрупповая враждебность и негативные оценки не являются неизбежным следствием самого факта существования различных социальных группировок. Напротив, враждебные чувства и действия возникают из межгрупповой конкуренции за ограниченные ресурсы, а также из других реальных или кажущихся конфликтов интересов. Когда действия одной группы начинают в большей степени способствовать, а не препятствовать достижению целей, преследуемых другой группой, то групповые аттитюды могут перестать быть враждебными.

Особенности PR – стратегий: режиссура общественного мнения

Таким образом, обращаясь к PR – стратегиям, специалист должен одновременно учитывать, как минимум, три задачи: иметь в виду цели продвижения продукта (коммерческого, политического, социального), запустить в работу социальные установки индивида и прогнозировать ситуационные эффекты, определяющие групповые реакции. Такое многообразие факторов, определяющих успех PR – воздействия, является его отличительной чертой среди прочих средств маркетинговых коммуникаций. Поэтому часто применительно к PR – технологиям применяют термин, заимствованный из теории стратегического управления - сценарное прогнозирование, понимая под этим работу с многофакторными моделями. Действительно, соотносясь с существующим социальным контекстом, специалист как бы надстраивает, а лучше сказать, «режиссирует» ситуацию таким образом, чтобы продвигаемый им объект оказался в фокусе нужного восприятия.

Сценарий строится из комбинации базовых, или эталонных, стратегических предположений. Понятием эталонных стратегий широко оперируют в менеджменте, понимая под ними проверенные опытом многих организаций технологии достижения бизнес – целей. Попробуем представить матрицу эталонных стратегий в PR – менеджменте.

Цели коммуникации

Уровни восприятия ситуации общественностью

Неопределенность

Вынужденное следование доминирующим групповым нормам.

Предшествующие установки общественного мнения

Межгрупповая конкуренция

1. Привлечение внимания и вовлечение в общественную проблему.

Привлечь внимание, поставить социальную проблему на «повестку дня».

Убедить в том, что в коллективном благе заинтересован каждый.

Продемонстрировать, убедить общественность в том, что существуют силы, способные отстаивать альтернативные позиции.

Инициация дискуссий.

Предъявление другого социального опыта в качестве эталона для сравнения.

Отстройка от конкурента. Сценарии на тему «Враг».

Поиск союзников в логике «Враг моего врага».

2.Обучение нормам группового поведения.

Обучить нормам коллективного поведения.

Выработка альтернативных норм поведения в закрытых сообществах инакомыслящих.

Манипуляция целями, прием так называемого «вложенного действия». Совершая поступок, согласовывающийся с его личными интересами, человек сталкивается с необходимостью совершить иное действие, согласующееся с интересами манипулятора.

Создание мифов о героях, повествующих о правильных нормах поведения.

3. Формирование имиджа продвигаемого объекта (знание, отношение).

Присоединение к темам, событиям, архетипам, обладающим высоким рейтингом общественной актуальности, доверия, положительного отношения.

Демонстрация силы:

Демонстрация административного ресурса, широкой поддержки со стороны общественности, силовых структур и т.д.

Лоббирование и навязывание «правил игры» в интересующей сфере деятельности.

Поощрение, «одаривание» сторонников.

Манипуляция каналами восприятия аудитории. Формирование имиджа с учетом ожиданий аудитории.

Для закоренелых скептиков - смена каналов восприятия с помощью игротехник.

В случае конфронтации – «навешивание ярлыков».

В случае поиска союзника – организация совместных действий.

Сценарий может оказаться или простым или сложным – все зависит от особенностей ситуации и умений специалиста. Если ситуация считывается общественным мнением однозначно, возможны простые сценарии, созданные на основе одного приема. В качестве иллюстрации – вернемся к описанному выше случаю из практики избирательных кампаний, когда жители города, убежденные в нечистоплотности приемов политической борьбы, отдали голоса депутату с криминальной биографией. Естественно, что политтехнологи сразу же приспособились к подобной ситуации. Широкое хождение получил сценарий «Прививка». Когда кандидат имеет за собой достаточно много грехов, он выпускает сам против себя черную газету или листовку. В ней излагаются совершенно неправдоподобные факты: что кандидат - это сделавший пластическую операцию Шамиль Басаев, или он член всемирной масонской ложи, или что кандидат - инопланетянин и т. д. Все написано в самых оскорбительных тонах и выглядит максимально неприлично. Параллельно в белых СМИ и через агитаторов раскручивается тема «черной, грязной кампании», развернутой против этого кандидата. Народ, естественно, не хочет идти на поводу у грязных пиарщиков, и голосует за этого кандидата. Попытки других кандидатов пролить свет на прошлое соперника будут, во-первых, жалким лепетом по сравнению с той чепухой, которая на него уже вылилась, а во-вторых, только подольет масла в огонь народного негодования против «черной критики».

Комбинацию приемов в сценарии на тему «Прививка от компромата» можно представить следующим образом на матрице эталонных стратегий.

Цели коммуникации

Уровни восприятия ситуации общественностью

Неопределенность

Вынужденное следование доминирующим групповым нормам.

Предшествующие установки общественного мнения

Межгрупповая конкуренция

1. Привлечение внимания и вовлечение в общественную проблему.

Этап 2.

Актуализация темы «черной, грязной кампании» в белых СМИ и через агитаторов.

Этап 1. «Выстраивание диспозиций вражды с соперником»

Выпуск «черной» газеты или листовки против самого себя.

2.Обучение нормам группового поведения.

3. Формирование имиджа продвигаемого объекта (знание, отношение).

Этап 3.

«Жертва»

Имидж жертвы, пострадавшей в борьбе за справедливость.

Победа на выборах весьма недорогой ценой.

Для сравнения – усложненный сценарий под заголовком «Александр Матросов» - тоже из практики политконсалтинга, но для иной ситуации, когда общественное мнение не видело альтернативы действующему мэру на предстоящих выборах. Мэра поддерживала большая часть бизнеса (за исключением одной финансово – промышленной группы, хозяин которой и стал заказчиком кампании), силовые структуры, общественные организации. Ему были подконтрольны практически все СМИ города, соответственно рейтинг мэра у населения составлял 40%, а у ближайшего соперника – не более 5%. Антирейтинг мэра – на уровне 20%.

Но любая безальтернативность для общественности, как мы уже знаем, имеет свою ахиллесову пяту. Народ кроме мэра нико­го не знает, но неизвестно, как он поведет себя, если появится реальная фигу­ра. Журналисты недовольны мэром, так как он заставляет их «отрабатывать­ся» за копейки, но они страшно запуганы, так как нет силы, которая могла бы защитить. Элиты в таком же положении. Как мы анализировали выше, взорвать такую ситуацию может любая альтернатива, любой вызов. Из числа рабочих инструментов сами собой напрашиваются прямая конфронтация, компромат и снижение рейтинга мэра. Однако от такого сценария авторы отказались, поскольку посчитали шансы в борьбе за общественное мнение не в свою пользу: 60% - за мэра, 40% - против. 20% - это голоса «протестного» электората, прогноз голосования «неопределившихся» (40% от всего электората) – в лучшем случае «пятьдесят на пятьдесят». Этот исход мог определяться, по мнению авторов, двумя факторами. Во-первых, хо­зяйство в городе работало не хуже, чем в других городах, имелись успехи. В связи с этим мог сработать нормальный конформистский стереотип: «С чего вдруг менять нормального мэра на совершенно неизвестного нового?». Второе соображение было следующим. Если начнется кампания по дискредитации мэра, то автоматически ставится вопрос доверия ему в повестку дня, тогда выборы бу­дут проходить под знаком вопроса: «Верите ли Вы в то, что пишут про мэра на­кануне выборов?». Учитывая, что общественное мнение негативно относится к войне компроматов, вполне отчетливо вырисовывается сценарий поведения мэра: «Есть я - один, и есть шайка конкурентов, ведущих грязную кампанию».

Поэтому бороться за «неопределившихся» было решено широким фронтом и в несколько этапов. Во–первых, раздробить электорат, объединив их вокруг злободневных, но не вполне благополучных городских проблем. Катализаторами этих процессов стали девять «подставных» кандидатов, символизирующих эти проблемы. Были выдвинуты кандидаты от ЖКХ, от учителей, от национальных меньшинств, кандидат-милиционер, кандидат - жириновец. Во-вторых, следовало укрепить «мы – сознание» этих групп, втягивая их в ситуацию конфликта и личностно задевая их несправедливой расправой мэра с подставными кандидатами. Иногда эта несправедливость инсценировалась.

Когда общественное мнение было расшатано и подготовлено к восприятию альтернатив, возникала необходимость «канализировать» назревшее недовольство общественности - наступало время очередного этапа. Здесь сюжетная линия раздваивается, и интрига завязывается вокруг двух «оставшихся в живых» кандидатов. Такими кандидатами стали «подставной» Александр Матросов и реальный претендент на мэрское кресло Милиционер. У Александра Матросова две функциональных задачи. Во – первых, собрать голоса тех, кто «голосует сердцем», во – вторых, отвлечь внимание от главной фигуры в этой игровой комбинации Милиционера и погибнуть в неравном бою с грозным административным ресурсом мэра. В это время Милиционер тихо работает над тем, что готовит ядро своих лояльных сторонников, боевую гвардию для своей избирательной кампании. После гибели Матросова он получает в наследство его 15% голосов, и шокирует все элиты и экспертов своим неожиданным появлением в первом туре голосования с 35% - рейтингом. Во – втором туре ему осталось только добить соперника.

На матрице стратегий это сценарий будет выглядеть следующим образом:

Цели коммуникации

Уровни восприятия ситуации общественностью

Неопределенность

Вынужденное следование доминирующим групповым нормам.

Предшествующие установки общественного мнения

Межгрупповая конкуренция

1. Привлечение внимания и вовлечение в общественную проблему.

1. Этап: «Выдвижение» подставных кандидатов

2. Этап:

«Задвижение» подставных кандидатов. Возникновение конфликтных ситуаций и обид на мэра.

Антирейтинг мэра вырос с 20 до 25%.

1.1. Дробление электората путем постановки на повестку дня разнообразных социальных проблем.

1. 2. Сам факт появления альтернативных кандидатов наглядно демонстрируют возможность иного решения проблем.

1.3. В своей агитационной деятельности подставные кандидаты сравнивают текущую ситуацию в городе с тем, что можно действительно назвать социальным благополучием.

2.Обучение нормам группового поведения.

Этап 3: Формированием ядра сторонников оппозиционеров. (Сюжетная линия Милиционера).

Формы «обучения» смешанные. Камерное общение через директ – мэйл создает объединяющее чувство причастности к заговорщикам. Одновременно используются приемы вложенного действия – пошли 10 рублей в фонд борца за справедливость.

Милиционер набрал рейтинг в 10%.

Этап 4:

«Наследник» (Сюжетная линия Александра Морозова)

Широкое паблисити Александру Морозову. Мифологизация «Героя».

3. Формирование имиджа продвигаемого объекта (знание, отношение).

Этап 5:

«Основной соперник». (Сюжетная линия Александра Морозова).

Своей популярностью Морозов провоцирует открытый конфликт с мэром. Взаимное навешивание ярлыков. Узнаваемость героя – 90%; рейтинг – 15%.

Этап 6:

«Закрытие грудью амбразуры и передача наследства». (Сюжетная линия Александра Морозова).

Морозов падает геройской смертью, буквально закрыв своей грудью амбразуру административного давления. После смерти свои накопленные рейтинги завещает Милиционеру (совместное действие).

Итоги голосования в первом туре: 35% - милиционер, 45% - мэр

Этап 7: II тур голосования: «Добивание мэра».

7.1. Присоединение к имиджу «Героя»:

Выпускает ролики под песню из сериала «Менты», ролики с песней Высоцкого: «Досадно мне, что слово «честь» забыто...».

7.2. Демонстрация силы.

Шокировал всех своим неожиданным появлением в I туре голосования с высоким рейтингами.

Лояльные 10% электората играют роль шлейфа на статусной мантии короля.

«Одаривание сторонников»: Выпускает благодарность за голосование в I туре.

7.3. Вербовка тех, кто еще сохраняет скептические позиции, осуществляется с применением игротехники. Проводится формирующий опрос на тему: «С каким отрывом победит милиционер?».

7.4. Инсценируются нападки со стороны мэра. Это вызывает шквал общественного негодования.

Итог кампании: на должность мэра был избран Милиционер.

Методы PR

Мы наблюдали, что PR – стратегии реализовывались с помощью различных приемов. В кейсе «Александр Матросов» стратегия присоединения была реализована с помощью рекламных приемов – видеороликов с песнями из сериала «Менты» и В.Высоцкого. Та же самая задача могла быть достигнута с помощью спонсорства близких по имиджу социальных проектов, например, направленных на поддержание гражданских свобод, правопорядка, воинов – ветеранов и т.д. А если бы время не было критичным ресурсом для избирательной кампании, великолепно сработал бы product placement. Кажется, вариативность может быть бесконечной. С одной стороны это хорошо, PR – ходы не должны превратиться в штамп и считываться с ходу. С другой стороны, в первую очередь, со стороны задач обучения и передачи профессионального опыта, эта бесконечность может оборачиваться дурной стороной. Совершенствование любой деятельности идет в направлении стандартизации технологических процессов. Поэтому попробуем приблизиться к этой стандартизации и постараемся выделить параметры, влияющие на содержательный отбор PR – методов, ограничивая, таким образом, кажущийся хаос возможностей.

Сначала уделим внимание терминологии. В теории познания прием, сработавший дважды, обозначают термином «метод». Совокупность методов, связанных между собой в устойчивый алгоритм - стратегию извлечения знания, обозначается термином «технология». В теории художественного познания в таких случаях предпочитают пользоваться термином «жанр». В теории управления за основу берут философскую терминологию, с одной лишь разницей: не способы извлечения знания подразумеваются под методом, а «способы и средства воздействия управляющего субъекта на объект управления для достижения определенных целей». В теории PR по этой терминологической проблеме еще не договорились, так что использование разных вариантов остается пока делом вкуса. Поскольку весь пафос этой главы направлен на то, чтобы рассматривать PR как инструмент менеджмента, в данном вопросе остается примкнуть к школе теоретиков управления.

Первое, на что следует обратить внимание, так это то, что дело имеем с нижним уровнем технологий, а потому менее устойчивым, склонным к диффузии и заимствованиям из смежных коммуникационных технологий, например, из рекламы, журналистики. Часто этот момент как раз и заводит в тупик исследователей, пытающихся выделить специфику PR – технологий. Например, И.Л.Викентьев, создатель известной фирмы ТРИЗ – ШАНС, специализирующейся на тренингах и консалтинге в области коммуникационных технологий, считает, что «некой Китайской стены между уже ставшей привычной нам прямой рекламой и мероприятиями Public Relations не существует», поскольку, с его точки зрения, нет разницы в стратегиях. В заблуждение глубоко уважаемого нами исследователя вводит путаница в уровнях анализа PR – технологий. На стратегическом уровне, как мы видели, разница, как раз, принципиальная. А на уровне приемов и методов реализации стратегии, действительно, имеются обширные заимствования и взаимодополнения.

Первым параметром, который управляет отбором PR – методов, является их стратегическая целесообразность. В зависимости от того, насколько детализировано нам необходимо представить PR - деятельность, настолько детализированным будет описание PR – методов.

Если рассматривать PR - задачи предельно широко, как позиционирование PR – объекта на фоне общественных проблем, то основанием классификации приемов может послужить тактические этапы для решения этих задач – от актуализации общественной проблемы, научения правильным формам поведения и закрепления этих форм поведения как культурной нормы сообщества и только после этого – варианты использование этих норм для формирования имиджа. Для первой группы задач опробированными методами являются формирование «повестки дня» посредством слухов или средствами журналистики; шествия, демонстрации и прочие формы акций протеста или поддержки; диспуты, общественные дискуссии. Для второй группы задач универсальными методами являются пресс – конференции, презентации, организация закрытых, «клубных» сообществ, лоббирование, как инструмент навязывания правил игры сообществу, творение мифов и легенд о героях. Третья группа задач – борьба за социальный статус – имеет свой архаический прототип под названием «потлач», или игра в одаривание. Этот феномен детально исследован в работах историков культуры. Акт дарения имеет своей целью установление отношений с членами сообщества, или сообществом в целом. Поэтому, за внешней, знаковой стороной этой формы коммуникации – материального предмета – лежит глубинная смысловая трактовка характера взаимоотношений между дарителем и одариваемым. В культурах индейских племен до сих пор живы предания об «отравленном даре», ибо, приняв дар, человек попадает в невольную зависимость от дарителя – до тех пор, пока не наступит момент «отдаривания». Собственно, современному человеку эти тонкие нюансы зависимости долго объяснять нет необходимости. Мы их хорошо понимаем на интуитивном, подсознательном уровне. Ведь в данном случае речь идет не о странностях аборигенов Южной Америки, а о коллективном подсознательном, сформированным взаимозависимостью людей в их коллективном общежитии. Дарение представляет собой сложный ритуализированный порядок организации этого события. Здесь значимо все: выбор повода для одаривания, наличие свидетелей, размер дара, ожидания по поводу «возвратных» действий, и. наконец, клеймение общественным презрением не выдержавших этого испытания. Собственно, такие инструменты, как маркетинг событий, спонсорство, product placement, наградные отличия, благодарности и поздравления, пиршества, карикатуры, анекдоты – лишь исторически сложившиеся формы воплощения элементов этого ритуала.

Если рассматривать специализированные сферы применения PR – деятельности – коммерцию, политику, социальную и т.д., то и набор PR – методов получаем более детализированный. Например, в политической сфере доминантой в стратегиях является конкурентная борьба за голоса электората. Отсюда специфический набор методов, без знания которых просто нечего делать в политконсалтинге: дробление электората, формирующие опросы, подставные кандидаты, компромат и «прививка от компромата», карикатура, «наклеивание ярлыков». В социальной коммуникации, напротив, главный акцент на единении, отсюда наиболее специфичными являются методы, оформляющие совместную деятельность: благотворительные акции, конкурсы грантов, спонсорство. В сфере потребительских рынков роль PR весьма ограничена; этот инструмент работает только там, где имеются мотивы статусного потребления, то есть потребления, ориентированного на одобрение социальной группы. В этих случаях акцент PR – стратегий смещается в сторону формирования моды и воспитании ее поклонников. Универсальными инструментами под эти задачи стали «институт звезд», светские хроники, эпатажные акции с последующим освещением в глянцевой прессе, закрытые показы мод, мероприятия ночных клубов и т.д.

Списки эти можно продолжить для PR в сфере «b2b», в сфере конфессиональной и т.д

Представление о системе PR – методов было бы неполным, если мы хотя бы не назовем другую группу факторов, определяющих их отбор. Это, так называемые, факторы ситуационной уместности: ограничения по стоимости, охвату, временному циклу воздействия, доверию к используемым методам. Именно эти параметры добавляют динамики в развитие этой PR – подсистемы, стимулируя заимствования, порождая причудливые симбиозы, типа вирусного или партизанского маркетинга. 

Расскажите коллегам:
Эта публикация была размещена на предыдущей версии сайта и перенесена на нынешнюю версию. После переноса некоторые элементы публикации могут отражаться некорректно. Если вы заметили погрешности верстки, сообщите, пожалуйста, по адресу correct@e-xecutive.ru
Комментарии
Владимир Токарев +15105 Владимир Токарев Генеральный директор, Нижний Новгород
Евгений Корнев пишет: если озвучите тематику и контингент ваших проектов тогда могу прокомментировать.
Спасибо за готовность, Евгений, но у меня нет потребности в Вашей экспертизе. Как выяснилось, просто у нас разные точки зрения (желающие могут сравнить наши предыдущие комменты и дать свою оценку ''оценке''). Я всего лишь заступился (не за себя) за тех, кто занимается на любом уровне ''высшим пилотажем'', извините, я повторяю свой коммент.
Евгений Корнев пишет: консалтинговый фастфуд это мешанина ЦА в объявленном топ-консалтинге , как пример
Ответа я не получил, Вашу оценку пусть комментируют разработчики (по указанной ссылке). Но то, что мешанина встречается даже у западных авторов (в книгах), это факт.
Руководитель проекта, Москва
Евгений Корнев пишет: консалтинговый фастфуд это мешанина ЦА в объявленном топ-консалтинге , как пример http://www.tpu.ru/html/top-trening1.htm
спрос рождает предложение... а предлагатели просто этим пользуются :)
Председатель совета директоров, Москва
Сергей Матюхин пишет: спрос рождает предложение...
Так и я про то, возражений нет, только все надо называть своими именами :D Р.S.Но этим КФ не ограничивается, я подумаю и дам более четкое его определение и расклад :D
Генеральный директор, Нижний Новгород
Евгений Корнев пишет: дам более четкое его определение
Можно мне? Консалтинговый фастфуд - кнопка с надписью(!) ''бабло''.
Председатель совета директоров, Москва
Елена Рыжкова пишет: кнопка с надписью(!) ''бабло''...
Это может быть одной из составляющих, если понимать КФ как чес… :D
Профессор, Москва

Мне думается, наш диалог будет более продуктивным, если мы дискуссионную проблему рассмотрим в ином контексте - ценностном.
Ибо, если объективно фиксировать реалии рынка интеллектуальных услуг - они, действительно, наверное, неприглядны. Речь идет именно о трендах, а не об участниках дискуссии.
1. Университеты. Евгений Корнев дает ссылку на сайт Национального исследовательского Томского политехнического университета. Действительно, название университета напоминает мне вывеску парикмахерской из российской глубинки середины 19 века: ''Парижский парикмахер Пьер Мусатов из Лондона. Стрижка, брижка, завивка'' (это исторический факт, который приводит Е.Иванов в книге ''Меткое московское слово''). А вот программа заявленного семинара, с моей точки зрения, изъянов не имеет. Фундаментальный академический подход, без рекламных ''манков''. С точки зрения ''правильных'' организационных схем топ-менеджмент занимается разработкой бизнес-стратегий, а HR должны их понимать, чтобы правильно организовывать кадровую политику. Другое дело, что здесь, возможно, не учтен фактор культуры отечественного бизнеса, когда топы настолько заражены идеей превосходства и снобизма, что не сядут в одну аудиторию со своими кадровиками. А откуда автору семинара об этом знать? Если бы он получил хоть один шанс прорешать реальную бизнес-ситуацию, уверена, сделал бы это превосходно. Но шансов таких у вузов очень мало. Смотрите, сколько уже навешано ярлыков на ученых. В агрессивном противостоянии наука 100% проиграет - на других ценностях замешана. Я, как человек из академической среды, живо представляю весь сценарий, последний кадр которого привлек внимание Евгения. Администрация вуза, чувствуя ответственность перед коллективом, во что бы то ни стало хочет соответствовать рынку и действует по своему разумению. Но мало кому известно, что в профессиональных бюрократиях руководство (за редким исключением) не определяет культуры организации. А эффект получается комичным, количество негативных ярлыков наращивается. Что дальше? Науке говорят: ''Уйдите с бизнес-площадки тихо, не хлопая дверью''. Большинство нормальных людей так и поступают. Что - то принцип айкидо, которым, как я обнаружила, очарованы многие участники, никак не срабатывает. Потому что посеянный негатив министр Фурсенко усилил, доведя до абсурда, но это, как оказалось, мало волнует общественность: ''Пусть наука и вся образовательная система уйдут с социального поля''. Ну, мы уйдем. А что дальше? Подумали о социальной среде, в которой всем нам придется доживать?
2. Консалтинговые, тренинговые организации. Думаю, никто не сомневается в их необходимости. Ритм жизни бизнеса не совпадает с размеренным ритмом науки. В обоих случаях - это вопрос жизни и смерти. Однако в бизнесе нередко возникают проблемы, которые поддаются осмыслению исключительно на базе фундаментальной методологической культуры. Вот здесь приходит на помощь оперативная помощь в лице консультантов. Для консалтинга ключевыми являются три типа компетенций: 1) знание + культура мышления, равноценные академическим; 2) навыки продающей коммуникации в общении с заказчиком; 3) организация бизнес - процесса, поскольку этот тип деятельности из хобби превращается в средство заработка. Разумеется, имеются представители на рынке краткосрочного бизнес-образования, которым присущи все три перечисленные качества. Например, Владимир Тарасов или ... не буду называть присутствующих, дабы не разжигать страстей. Но это особый талант, который в природе, как известно, часто не встречается. Как правило, те кто думают над ''долгими'' проектами, должны этим заниматься непрерывно, не зная отпусков и выходных, не говоря уже о переговорах с заказчиком и прочей суеты. Консалтинг такого себе позволить не может. Думаю, консалтинговому бизнесу, как правило, требуется ''донорская'' помощь со стороны науки. Точно так же наука нуждается в общении с консультантами - чтобы не терять нити практической применимости. Это идеальная ситуация. Но в реальности так не получается.
По своей природе рынок консалтинговых услуг должен представлять тип ''монополистической конкуренции''. А в России он, похоже, существует по примитивным законам рынка ''чистой конкуренции''. И такое положение может сохраниться надолго - пока не появится настоящего лидера. Для этого рынка уже и ярлыки наготове... Давайте представим перспективу. Нет в России собственного консалтингового бизнеса... и ведь не потому, что она интеллектом и талантами слабовата. Будет российский бизнес приглашать экспатов, разумеется, если сумеет оплатить их аппетиты. Платежеспособны далеко не все, так что с инновационным развитием российской экономике придется попрощаться. А вся отечественная инфраструктура, производящая интеллектуальный продукт, отомрет за ненужностью. Так лучше?
И ведь такое происходит во всех сферах жизни сегодняшней России. В этом году к нам на кафедру обратилась НТВ-шники - нужен был эксперт для программы ''Развод по-русски''. Речь должна была пойти о молоке. Направили меня. Пришлось погрузиться в молочную отрасль, чтобы обнаружить, что нет там схем для ''развода'' конечного потребителя. Можно говорить об ответственности монополистов - переработчиков молочного сырья перед фермерам, но это уже иная тема. Звонит накануне съемок представитель дирекции программы, я ей растолковываю, что концепция передачи ущербная. В конечном итоге получается, что разводом российского потребителя занимается НТВ. Дама меня внимательно выслушала, а потом ехидненько резюмировала: ''Спасибо за лекцию. Но нам так глубоко не надо. Мы подыщем эксперта попроще''.
Знаете, это диагноз. Он прекрасно сформулирован французским писателем Бернардом Вербером: ''Язык, которым мы пользуемся, влияет на наше мышление… Количество в том или ином языке синонимов слов “любить”, “ты”, “счастье”, “война”, “враг”, “долг”, “природа” свидетельствует о ценностях, преобладающих у народа – носителя языка''.
Возникает другой вопрос: является ли агрессия чертой характера русского народа? Мой ответ: нет.
1. Состояние дезориентации - временное, связанное с ситуацией неопределенности при переходе в иную культурную парадигму. В моей статье этот вариант описан. Неопределенность стимулирует либо мотивы безопасности и агрессивные эмоции, либо мотивы достижения, расположенные в ином эмоциональном диапазоне: смущение, стыд.
2. Как видим, эти реакции очень сильно зависят от такого показателя ментальности, как ''индивидуализм / коллективизм''. При коллективном типе культуры самоидентификация происходит в терминах ''Мы'', что означает высокую степень зависимости от коллективного мнения. В пространство социальных отношений включена исключительно ''фасадная'' сторона личности - персона, что объясняет неуравновешенность и прочие деструктивные ее проявления.
Как правило, с индивидуализмом связывают прагматические ценности рыночной экономики, конкуренцию, агрессию (правда, уже не по причине ''потери лица'', а из-за борьбы за кусок пирога). На самом деле понятие индивидуализма шире, и этот более широкий взгляд дается в трудах социальных антропологов. Самоидентификация в терминах ''Я'' означает индивидуальную ответственность человека за свои поступки, колоссальную духовную работу при встречах со своей ''тенью'', сопровождающуюся нравственными переживаниями вины, в деловой практике индивидуалист ориентируется на интересы дела, а не на отношения; уровень индивидуализма связан с таким ресурсом личности, как знание, образование (См., например: Нойманн Эрих. Происхождение и развитие сознания. http://jungland.indeep.ru/; Hofstede, Geert. Culture''s Consequences, Comparing Values, Behaviors, Institutions, and Organizations Across Nations Thousand Oaks CA: Sage Publications, 2001 // http://www.geert-hofstede.com/). Таким образом, существует два типа культур, замешанных на индивидуализме, и здесь нельзя не согласиться с классификацией этических систем, предложенных К.Крыловым (Поведение. http://readr.ru/konstantin-krilov-povedenie.html). Несмотря на то, что западные культуры считаются индивидуалистическими, они еще очень далеки от культуры нового типа, замешанной на архетипе самости. Футурологи грядущую этическую систему связывают с Россией.
Наверное, у некоторых уже ''вскипают'' мозги. Как это возможно: коллективизм и индивидуализм в одном флаконе. На это отвечу так: противоположности провоцируют неустойчивость системы. Думаю, для общества агрессия деструктивна всегда, какое бы происхождение она не имела. Россия сегодня должна интегрировать технократическую культуру запада и альтруизм, который заложен в нас коллективисткой культурой. Вот и получим вариант духовного индивидуализма, для которого характерно этическое правило: ''Какого бы мнения не придерживались окружающие, я все равно буду делать так, как считаю правильным''. Западные культуры также видят способ лечения конкурентной агрессии в культивировании генов коллективизма; вкладываются большие деньги в пропаганду терпимости, социальной ответственности и т.д. Полагаю, что мы в таких масштабных инвестициях не нуждаемся, поскольку коллективизм у нас в крови. Просто нужно прислушаться к себе и сформулировать это.
3. Предположим, что с диагностикой я попала верно. Какая методика лечения будет подходящей для России?
Если искать аналогии, то подобные процессы западная культура переживала в 1970 - 1980 -е годы, вошедшие в историю под именем ''творческая революция''. Началось все с США - кризиса доверия к власти в связи с войной во Вьетнаме, уотергейтским скандалом, кризисом в экономике. Общество взорвалось, социальная структура превратилась в разнообразную мозаику групп и движений: черных, феминисток, меньшинств, зеленых...множество харизматичных лидеров - Тимоти Лири, Мартин Лютер Кинг, Ральф Надер, Рэйчел Карсон, Билл Бернбах, Петр Келли, Анита Родик, Джуди Блэйм... В общем, это интересный фрагмент истории. Для наших целей вынесем один урок: эти социальные трансформации опирались на отношение общественности к неравенству, т.е. такую черту национального характера, как ''дистанция власти''. Считается, что в России, в отличие от западных культур, этот показатель высокий. Но не в такой степени, как в восточных культурах. У нас Бог высоко, царь слишком далеко, вся надежда на помощь коллектива. Собственно, логическую цепочку своих рассуждений хочу существенно сократить, сославшись на публикацию Игоря Маркичева: Государство как обсессия (http://www.e-xecutive.ru/forum/forum10/topic12035/messages/). Видимо, общество уже рассталось с иллюзией справедливого правителя. А раз так, то пришло время ''творческой революции'' в России. В этой революции нет места ни государству, ни политическим партиям. Здесь власть строится на духовном авторитете и методом партизанского социального маркетинга - интернет коммуникации большие возможности для таких целей открывают.
Какая среда выдвинет первых духовных лидеров российской партизанщины? Конечно, большие надежды имеются на сообщество E-xecutive.

1 3 5
Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Статью прочитали
Обсуждение статей
Все комментарии
Дискуссии
Все дискуссии
HR-новости
Названы победители премии HR IMPACT 2023

В этом году в конкурсе приняли участие 63 проекта.

Две трети россиян недовольны своим уровнем зарплаты

Часть компаний готова удерживать сотрудников, решивших уволиться, повышением зарплаты.

«Яндекс» откроет офис в Стамбуле

Офис будет заниматься развитием логистических и других сервисов на местном рынке.

Количество вакансий, требующих знания китайского языка, удвоилось за год

Компаний, подбирающих персонал со знанием китайского, больше всего в транспортно-логистической отрасли, а также в сферах ритейла и производства.