Перспективная профессия, или Нужны ли России инженеры?

В августе 2013 года в исследовании портала Superjob.ru было зафиксировано удивительное явление: спрос на представителей рабочих специальностей вырос на 21,2%, а на инженеров – на 19,6%. Мы пока не знаем, временный это всплеск, или начало новой тенденции – продолжим изучение темы и расскажем о результатах на страницах портала. Сейчас речь о другом: по сведениям того же портала, на одну рабочую вакансию приходится 2 резюме, а на инженерную и того меньше: 0,4 резюме. Иными словами, возросший спрос рискует остаться без удовлетворения. По крайней мере, на данном портале опубликованные инженерные вакансии могут так и остаться вакансиями.

В советское время было принято утверждать: «Инженер – это звучит гордо!». Лозунг этот отражал приоритеты времен индустриализации. Потом ситуация, как известно, изменилась. Напомним, как происходила деиндустриализация:

Хроника пикирующей профессии

Krysov_Vadim.jpgВадим Крысов, директор по развитию «Уником ВФК»: «Нужно вспомнить ломку 1990-х… Не то, что молодых специалистов, сокращали и опытные кадры, предприятия закрывались. Зато в торговлю и «бизнес» брали всех, да и бизнес был простой, купить дешевле, а продать дороже. Все более менее технологические малые предприятия либо быстро разорялись, либо меняли профиль на купи-продай… Мы вошли в рынок, и он не мог не отразиться на системе образования.

Государственные вузы перестроились, конечно, основные инженерные специальности они не закрыли, это финансировал бюджет. А вот, новомодные специальности открыли. Открылось множество новых учебных заведений. Причем, все очень быстро поняли, что знания – это не самая востребованная часть процесса обучения. Гораздо важнее бронь от армии и сам диплом. Покупать, а такая видимость образования обучением не называется, диплом инженера – глупо. Там нужны реальные знания и навыки, пусть и на начальном этапе. Без них выгонят через месяц. Поэтому, открывались специальности по которым было достаточно хотя бы простой «нахватанности». Это как раз юристы, менеджеры и прочее. Конечно, в серьезную организацию такого юриста вряд ли возьмут, разве что претензии и иски разносить. Но ведь с юридическим образованием можно устроиться тем же продавцом или менеджером. Там какой-нибудь коуч научит элементарным вещам. Я не знаю статистику по учебным местам, но, полагаю, таких мест в разы больше, чем инженерных…

Сегодня ситуация меняется, инженеры становятся востребованы. Нужно увеличивать количество учебных мест. Кто и как это будет делать? Еще лет десять назад Уральский политехнический институт заключил договор на обучения китайцев. Те заплатили, и УПИ организовали обучение. Так же будет и сейчас. Вам нужны инженеры, нет проблем, оплатите обучение, и вам все организуют. Просто так вузы увеличивать количество инженерных мест не будут. Вот перестанут к ним поступать на новомодные специальности, тогда возможно, они сами произведут перераспределение ресурсов. А так, если государство денег выделит или компания заплатит. Так сейчас и происходит. Но крупные корпорации пошли дальше, они строят свою собственную систему обучения, причем, всех уровней от ПТУ до институтов. Считают, что так выгоднее и надежнее. А вот, частным учебным заведением перестроиться сложнее. Для инженерных специальностей нужна недешевая база, она есть в государственных резервах, ее способны организовать корпорации. А частникам такие расходы будут неподъемными.

К тому же, открытие новой специальности или расширение старой, это бизнес – в том случае, если основная деятельность является обучением. Так, я когда-то спросил у ректора одного из лучших у нас частных вузов, почему они не открывают курсы, которые вроде бы востребованы. Он объяснил, что открыть-то не проблема, только риски они оценивают как высокие. Курсы открываются на несколько лет, а они не уверены, что смогут на такой период заполнить все учебные места. А если требуются еще вложение на лаборатории, оборудование и прочее, то на специальность должна стоять очередь на десятки лет вперед».

Вузы не хотят рисковать

Вузы не могут переформатировать подготовку инженеров, привести ее в соответствие с требованиями современной экономики, потому что не уверены в том, что эти усилия будут востребованы, институты ждут подтверждения заказа от компаний. И не просто подтверждения на словах: для реформы нужны деньги.

Эту проблему обсуждал съезд Ассоциации технических университетов России, который проходил в ноябре 2012 года. Президент ассоциации Игорь Федоров отметил, что в 1990-е годы предлагалось серьезно сократить масштабы подготовки инженеров, закрыть большинство технических университетов, «оставив только «точки роста» на случай возникновения потребности в технических кадрах». Сокращение было вызвано исчезновением главного заказчика – большинство технических вузов в СССР было создано «под конкретные задачи государственной экономики». Новый формат технические вузы освоить не смогли, потому что эта задача требует инвестиций: «Если для гуманитарных университетов основная научная продукция – публикации, то для технических вузов продукцией являются инженерные разработки, требующие значительного приложения сил и времени». Деньги могли бы прийти вслед за иностранными студентами, но здесь тоже проблема: на некоторые технические специальности их не принимают, — заявил Федоров. Выводы печальны: аншлага на инженерные специальности в российских вузах нет. Абитуриентов смущают невысокие зарплаты инженеров, неясная карьерная перспектива.

Первый вице-президент Международного союза ученых и инженерных объединений Владимир Ситцев на том же съезде отметил, что дипломированные специалисты технических факультетов чаще уезжают работать за границу: «За дипломниками Физтеха и МИФИ очередь стоит, чтобы отправить их в Германию, Австрию. А нам инженер не нужен?».

Нужен, но не всякий, считает министр образования и науки Дмитрий Ливанов. На очередном заседании правительства в конце августа 2013 года он заявил о явном дисбалансе на рынке труда: «Возможности вузов зачастую не соответствуют потребностям экономики и социальной сферы. Нужны одни специалисты, а вузы выпускают других». Иными словами, прежде чем искать деньги, нужно определить цели: кого готовить-то будем? Какие отрасли будут локомотивами роста российской экономики? Кто будет нужен в условиях реиндустриализации, если таковая наступит? Какова роль России в системе международного разделения труда? Если поиски ответов на эти вопросы затянутся, российские технические вузы в большинстве своем рискуют остаться на обочине истории: обладая «вчерашними знаниями», заточенными на нужды «вчерашней экономики», они попросту перестанут выполнять образовательную функцию.

Сейчас в российском техническом образовании сложилась «двухэтажная ситуация»: есть лучшие вузы, о которых говорит Владимир Ситцев, и есть «все остальные». На российском рынке инженерного труда – те же два этажа: есть рабочие места от Siemens, Boeing, «Сухого», Группы Е4 и есть «все остальные». Разница в заработной плате между первым и вторым этажами составляет от 60 до 80%. Такова ситуация в деиндустриализированной российской экономике. Оптимизм внушает только одно обстоятельство: между первым и вторым этажом нет непроницаемого барьера. Благодаря таланту, энергии, воли к знаниям выпускник «обычного» вуза может перейти с первого этажа на второй. Вот пример:

Под лежачий камень вода не течет

Heilyk2.jpgИван Хейлык, инженер Galen Medical Group: «В восьмом классе я попал в лицей с техническим профилем, и вскоре начал посещать спецкурсы по математике, физике и программированию от преподавателей Саратовского государственного университета. Это был своего рода «питомник» для студентов физического, механико-математического и прочих факультетов прикладной направленности. Еще с 9 класса все ученики этой школы прикреплялись к лабораториям университета и некоторых НИИ, что определяло дальнейший профиль обучения. По окончании школы мне выбрали факультет нано- и биомедицинских технологий Саратовского университета по специальности «биомедицинская инженерия». Выпускники нашего направления должны были заниматься высокоточной медицинской техникой. В тот год произошел некий «бум» на этот факультет и его специальности, конкурс достигал фантастических 12-14 человек на место, что было сравнимо с юридическими и экономическими специальностями.

Учась в университете, со второго курса я начал работать в компании, которая занимается разработкой аппаратами контроля сердечнососудистой системы человека. Я попал туда на летнюю практику после первого курса, и по окончании практики мне предложили там остаться в должности техника. Во время обучения я так же проходил практику в конструкторском бюро завода, который занимался разработкой узлов для отечественных приборов магнитно-резонансной томографии, и в НИИ Радиоэлектроники, на базе которого проводятся исследования в области сложной динамики в человеческом организме.

Но, после получения диплома, пройдя по всем работодателям в Саратове в этой области, я смог найти только несколько вакансий с совершенно смешным размером оплаты труда. Я подумал, что инженеры не нужны, и что меня выручит второе образование экономиста. Я нашел работу в местном отделении крупного банка в инвестиционном подразделении. Отработав полгода, я получил приглашение в головной московский офис. Переехав в Москву, я понял, что работа в банке для меня, как для инженера в сфере биомедицины, была скучной и однообразной. К тому же, в связи с тем, что специальность экономиста очень популярна (если не сказать, что она самая популярная), на рынке труда организовался переизбыток работников с подобной квалификацией, и появилась необходимость «держаться зубами» за свое место, из-за чего коллеги в буквальном смысле грызли друг другу глотки.

Я решил вновь попробовать найти работу по основной специальности. Увидев более сотни вакансий для совершенно разной квалификации инженерных специалистов в области медицинского оборудования, я принял решение вернуться в техническую области после двух с половиной лет перерыва. Сейчас оплата труда рядового инженера не уступает оплате труда менеджера среднего звена.

Найти работу оказалось крайне несложно. За неделю я посетил 12 собеседований и по итогам получил 8 предложений о работе. Я мог сам выбирать ту компанию, в которой я хочу работать. Выбрав компанию и приступив к работе, я сделал для себя много интересных открытий. Во-первых, это длительные международные командировки. Так как, в наследие от этапа «перестройки» наша страна получила полностью нефункционирующее высокотехнологическое производство, 95% всего оборудования сейчас закупается за рубежом. Для работы с этим оборудованием необходимы квалифицированные специалисты, поэтому все обучение проходит на заводах производителей в Европе, Соединенных Штатах и Японии. Во-вторых, это намного более свободный график, по сравнению с офисной работой. В-третьих, ко мне, как к специалисту, в этой сфере совершенно иное отношение. Инженеров в стране нет. Сейчас каждый месяц со мной связываются специалисты по персоналу из других компаний с новыми и новыми предложениями. К примеру, когда я перешел в нынешнюю компанию, необходимы были минимум два инженера. Второго нашли только через полгода».

Источник изображения: pixabay.com

Эта публикация была размещена на предыдущей версии сайта и перенесена на нынешнюю версию. После переноса некоторые элементы публикации могут отражаться некорректно. Если вы заметили погрешности верстки, сообщите, пожалуйста, по адресу correct@e-xecutive.ru
Комментарии
Финансовый контролер, Кемерово

На самом деле все начинается с детства, со школы. Нужна предрасположенность к будущей профессии. Причем к любой профессии: инженер, экономист, юрист, стилист. Меня, откровенно говоря, ''коробит'' мнение о том, что, мол экономистом или юристом может стать кто угодно...Ничего подобного...Грамотных юристов и экономистов ''хантят'' не меньше, чем инженеров. Я, например, работаю в экономическом блоке иностранной компании. Меня нашли через кадровое агентство после нескольких месяцев поисков.

Директор по развитию, Москва
пишет: Меня нашли через кадровое агентство после нескольких месяцев поисков.
... в тайге, совсем еще маленьким...
Исполнительный директор, США

В своё время в МАДИ профессор Жабин учил нас, что есть c одной стороны И''нженеры с Портфе''лями, а с другой- Инженера'' с По''ртфелями.

Вторые не нужны нигде.

Финансовый контролер, Кемерово
Валерия Мироненко пишет: Константин, осознать в детстве свою профессию ребенку не так то просто. Хотя, по Вашему критерию ''детство'' продолжается до какого возраста?
Над вопросом ''Кем быть?'' человек серьезно задумывается со средних классов (5-7 классы) средней школы. Но выявлять способности к той или иной профессии нужно еще раньше ( с первого класса). В этом хорошо могут помочь разнообразные тесты профориентации. Школа и родители должны использовать результаты данных тестов, чтобы направлять ребенка в те профессии, к которым у ребенка есть склонность, интерес. Я имею в виду специальные профильные классы, специальные учебные методики и дисциплины (вплоть до индивидуального подхода к каждому ребенку), а также платные кружки и секции, помогающие развить имеющиеся способности, знания и навыки. У нас же зачастую школа работает как в клипе ''The Wall'' группы Pink Floyd: транслируя шаблонные учебные программы и подходы она делает из человека ''очередной кирпич в стене''. И достойным человеком в такой школе зачастую становятся не ''благодаря'', а ''вопреки''. На этом фоне мне было интересно прочитать статью о 10 миллиардерах, которые не закончили школу...Покинув школу они самостоятельно стали развивать в себе имеющийся навык ''предприимчивость'' и преуспели в этом. А если бы они остались в школе, то мы бы, скорее всего, ничего не узнали о них, потому что ''кирпичи'' никому не интересны. Большую роль в выборе профессии играют родители...И тут они зачастую тоже ''дают маху'', игнорируя потенциал ребенка и проецируя на нем свои мечты, которые не смогли реализовать сами. Например, заставляют ребенка заниматься игре на пианино, хотя ребенок хочет заниматься хоккеем (и наоборот). Бывает, конечно, что подход ''из-под палки'' срабатывает, но это, скорее, исключение. Таким образом, не стоит удивляться обилию молодых людей с ''корочками'' менеджеров, юристов, экономистов и др., которые не работают по специальности. Их профессиональным выбором занимался кто-то другой, а не они сами. А сами они ничего не хотят, ''плывут по течению'', так сказать, потому что все их ''хотелки'' нивелировались с детства.
Директор по развитию, Екатеринбург

зачем ставить телегу впереди лошади? Пора признать, что в стране прошла деиндустриализация. Это означает, что резко сократился объём видов деятельности в экономике. А именно болшой объём различных направлений развития, многовекторность - определяют потребность в квалифицированных узких специалистах-практиках. Наша экономика за последние 20 лет утратила полностью несколько десятков тысяч уникальных компетенций. Мы импортируем до 60-80% продукции. Импортируем - значит не производим. Не умеем. Разучились. Ну и всё. Уникальные технологии и компетенции в промышленности и производстве не возникают по щелчку. Это долгий и сложный процесс. Он требует воли, денег, времени и защиты своих производителей от внешних конкурентов - пока свои слабы и неконкурентоспособны. Импотенция наших ВУЗов - не причина, а следствие.
Вообще, вся наша жизнь сейчас - это имитация.
Правительство имитирует заботу о развитит страны.
Предприятия имитируют бизнес-процессы.
Работники имитриуют квалификацию и компетентность.
Почему так много юристов и экономистов? Менеджеров? Потому что в этих сферах имитировать компетентность проще, чем в инженерном деле. Я так могу говорить, потому что работал в обоих сферах.

Преподаватель, Архангельск

А я закончил физтех в 1989-м году, но для меня работы по специальности нет ни ''у нас'', ни ''за бугром''. Даже несмотря на то, что я самостоятельно изучил то, что на физтехе не изучают: сопромат, теплотехнику, гидравлику, материаловедение, теорию машин и механизмов, теорию электросвязи, эл. машины, MathCAD и т.д. и т.п.

Директор по развитию, Екатеринбург
Константин Комшуков пишет: На этом фоне мне было интересно прочитать статью о 10 миллиардерах, которые не закончили школу...Покинув школу они самостоятельно стали развивать в себе имеющийся навык ''предприимчивость'' и преуспели в этом. А если бы они остались в школе, то мы бы, скорее всего, ничего не узнали о них, потому что ''кирпичи'' никому не интересны.
Кто Вас учил обрабатывать данные? Из 6 миллиардов человек можно набрать любую выборку. Вы знаете, сколько человек НЕ закончивших школу НЕ заработали миллиардные состояния. А Вы уверены, что единственная причина успеха - именно предпринимательская жилка? Может как в том анекдоте: ''купил яблоко за 1 цент, помыл - продал за 2. и так много-много раз. А потом умер богатый дядюшка и оставил наследство''
Профессор, Хабаровск

Вузы здесь вторичны. Количество специалистов определяется устойчивостью хорошо оплачиваемого спроса на кадры. Пока люди не будут видеть что какая-то специальность обеспечивает долговременный широкий рынок хорошо оплачиваемой работы эта специальность будет невостребованной. И вопли работодателей ''нет кадров'' это всё разговоры в пользу бедных, т.к. на самом деле в инженерных направлениях вопрос стоит так: на те деньги, которые работодатель готов предложить, никто не сможет достойно жить. И те 3 из 100500 вакансий, на которых платят нормально не в состоянии создать рынок для массового появления квалифицированного персонала. Людям просто неразумно вкладывать силы и годы в то, что не обеспечит нормальную жизнь. Адекватный массовый спрос на квалификацию всегда приводит к его удовлетворению тем или иным способом. Адекватного массового спроса в инженерных направлениях нет.

Нач. отдела, зам. руководителя, Москва
Андрей Медведев пишет: Почему так много юристов и экономистов? Менеджеров? Потому что в этих сферах имитировать компетентность проще, чем в инженерном деле. Я так могу говорить, потому что работал в обоих сферах.
Интересная точка зрения... Я думал, что идут в экономисты, юристы и менеджеры ибо считают, что учиться на эти специальности проще. Это и подтверждается, когда сравнивают свои предметы с предметами на технических специальностях. Отсюда делается вывод, что раз и так не сложно учиться, то можно вообще не учиться....
Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Статью прочитали
Обсуждение статей
Все комментарии
Дискуссии
Все дискуссии
HR-новости
280 тысяч человек зарегистрировались как самозанятые в 2019 году

Подключиться к новому налоговому режиму можно в мобильном приложении «Мой налог».

Эксперты: 4-дневная рабочая неделя приведет к снижению зарплат

Закон не препятствует пропорциональному снижению ФОТ при переходе на четырехдневную рабочую неделю.

75% россиян не верят в пенсии

Три четверти россиян не верят в пенсии, показал опрос Райффайзенбанка. А те кто верят, полагают, что она составит всего 10-20 тыс. руб.

Японцы доказали, что при четырехдневной рабочей неделе производительность растет. В Microsoft сообщили о росте на 40%

Японское подразделение Microsoft подвело положительные итоги месячного эксперимента по переходу на четырехдневную рабочую неделю.