Когда сотрудники вредят информационной безопасности компании, камеры и DLP-системы фиксируют только очевидные следы: кражу файлов на флешку, подозрительные письма на личную почту, вход в систему под чужим логином. Но что, если инсайдер действует аккуратно, и его действия невозможно технически заблокировать? Если он копирует данные небольшими порциями, маскирует передачу под легитимные задачи, фотографирует экран компьютера личным телефоном или пользуется своим законным доступом к чужим компьютерам?
Когда у инсайдера обширные технические полномочия
Любая система корпоративной безопасности держится на трех китах:
- Физическая охрана. Пропуска, камеры, контрольные пункты.
- Технический контроль. Предотвращение утечек данных: DLP-системы, мониторинг инцидентов – SIEM, логи доступа.
- Процедурные меры. Регламенты, допуски, разделение полномочий.
Но все эти механизмы рассчитаны на внешнего нарушителя или на неосторожного сотрудника. Что делать, если угроза исходит от человека, который сам эти системы проектирует и обслуживает? Он знает, где лежат логи, умеет их чистить и имеет полный доступ к «сердцу» компании – серверам, базам, паролям.
Представьте: такой человек решает воспользоваться своей привилегией не в интересах компании. Это не гипотетический сценарий, а один из реальных рисков при работе с IT-специалистами. Чем выше квалификация такого профессионала, тем больше у него возможностей не только для защиты, но и для уничтожения или хищения данных. Это не обвинение в адрес IT-отдела, а объективная реальность цифровой эпохи. Сильные стороны персонала (глубокие знания систем, обширные полномочия, критическая зависимость от их компетенций) становятся слабыми местами бизнеса, когда у сотрудника появляется мотив.
Как поймать инсайдера на поведенческую ловушку
В 2025 году компания в сфере управления персоналом Rippling столкнулась с утечкой данных. Конкурент Deel получал информацию о клиентах Rippling, готовых перейти от одного сервиса к другому. Подозрение пало на инсайдера внутри компании, но доказательств не было. Система DLP не фиксировала ничего подозрительного.
Тогда команда Rippling пошла нестандартным путем. Они отправили письмо топ-менеджерам Deel, указав в нем внутренний канал в корпоративном мессенджере Slack – «#d-defectors». Этот канал не существовал в реальности. Через несколько часов сотрудник Rippling из дублинского офиса (предположительно тот самый инсайдер) начал искать этот канал в системе. Неопровержимая улика была в руках. Кейс Rippling наглядно доказывает: технический контроль бессилен, если нарушитель знает систему изнутри. Его ловит не программа, а поведенческая ловушка.
Почему человеческий фактор – важный элемент системы безопасности
Расскажу о случае из нашей практики. Когда инсайдеры действовали еще тоньше – они вообще ничего не искали в базах данных ради продажи конкурентам. Мотивом было банальное тщеславие. Вот как удалось их подловить.
Топ-менеджеру крупного предприятия поступило анонимное письмо. Автор в маске «доброжелателя» предупреждал руководство, что одна из сотрудниц может скомпрометировать компанию, и со всеми подробностями описал ее неформальные отношения с коллегами. Поскольку в послании упоминались факты из строго конфиденциальной переписки руководства, детально переплетенные с личными подробностями, автор невольно выдал истинный источник утечки. Единственным, кто в компании обладал легальным и неограниченным доступом к этой переписке, оказался руководитель IT-отдела.
Безопасность компании не может строиться только на технических регламентах. Анализ человеческого фактора – не дополнение, а необходимая часть системы. Но возникает вопрос к эффективности службы безопасности (СБ): как вообще у одного технического специалиста оказался полный и бесконтрольный доступ к чувствительным данным первого лица?
В данном случае СБ сработала постфактум. Но тот факт, что критическая информация была замкнута на одном человеке без перекрестного контроля, – это прямой системный просчет. Ключевой сотрудник не закрывал базовые потребности в признании и использовал чужие секреты для укрепления своего статуса, а служба безопасности вовремя этого не пресекла.
Как безопасно избавиться от инсайдера
Когда скрытая утечка данных замыкается на руководителе IT-отдела, дальнейшее сотрудничество с ним становится невозможным. Однако увольнение специалиста, который контролирует все серверы, базы данных, пароли и резервные копии предприятия, – это критический риск для бизнеса. Расставание «на эмоциях» или открытый конфликт могут спровоцировать технический саботаж, уничтожение данных или полную блокировку операционной деятельности компании. В подобных ситуациях выручает технология безопасного увольнения, которая реализуется в три этапа:
- Подготовка инфраструктуры. Процесс реализуется через привлечение внешних экспертов под легальным предлогом, например, плановый аудит. Это позволяет без изменения рабочего режима IT-директора развернуть дублирующий контур на уровне глобального владельца облака или дата-центра.
- Аудит доступов. В рамках проверки проводится полная ревизия IT-инфраструктуры: выявляются все явные и скрытые административные права, резервные учетные записи и потенциальные «закладки» для удаленного доступа.
- Единовременный перехват. Смена паролей, ключей и административных прав происходит одномоментно в нерабочее время. Только после перехода системы под полный контроль новой команды сотруднику объявляется о расторжении контракта на нейтральных условиях.
Такой подход позволяет полностью нейтрализовать риски и исключить любую деструктивную активность в цифровой среде предприятия в ответ на увольнение.
Выводы
Безопасность компании заканчивается там, где допускается монополия на информацию и отсутствует архитектурный контроль.
- Вся информация не должна замыкаться на одном человеке. Принцип разделения прав должен быть законом. Если технический директор имеет ключи ко всем закрытым контурам без внешнего надзора, бизнес сидит на пороховой бочке.
- Ответственность за доступы сотрудников лежит на собственнике. Если контроль отдан на откуп одному человеку, компания сама создает условия для злоупотреблений.
- Работа на опережение. Ожидание случайных анонимок или внешних сигналов означает, что служба безопасности реагирует на последствия, а не управляет рисками. Настоящая защита строится на жестких архитектурных регламентах и превентивном аудите.
Безопасность компании нельзя строить только на доверии и расследованиях по факту нарушений. Контроль доступа и человеческий фактор – это системная задача, которая требует встроенных механизмов, а не разовых проверок. И решать ее должны не только служба безопасности или IT-отдел, а вся управленческая структура.
Также читайте:
Хорошая статья-предупреждение. Соревнование СБ и сотрудников 5 бизнеса - это всегда битва брони и снаряда, итоговый результат часто не известен заранее.
Если речь идет о пром. шпионаже или диверсии конкурентов, обычная СБ здесь окажется бессильна: она защищает внешний периметр, а угрозы реализуются внутри. Обязательная проверка перед наймом, трекинг прошлых мест работы и беседы с руководством сотрудника часто дают больше, чем просто IT-периметр, хотя и он должен быть в наличии.
Наиболее эффективный способ защиты - распределенное хранение ключевой информации и доступ при авторизации "двух пар глаз". Конечно, полностью это не решит проблему, но снизить ее актуальность может. В регламентах найма можно прописать знакомство персонала с видеофиксацией действий и записью скриншотов экрана.
на этом и строится логика получение инсайдерской информации.
Антон! Спасибо за отклик. Принцип «двух пар глаз» — это действительно надежный инструмент защиты. И здесь я бы добавила важный момент: к сожалению, далеко не во всех службах безопасности сейчас это есть, но в компании обязательно должна быть выстроена система контроля над самими IT-системами и теми, кто ими управляет.
Однако с видеофиксацией и скриншотами все не так однозначно. Опыт работы с инсайдерами раз за разом доказывает: чем больше компания пытается контролировать каждый шаг сотрудника, тем виртуознее он находит способы их обойти, создавая при этом видимость работы. Парадокс современного управления в том, что чем заметнее наш контроль, тем менее эффективным он становится. Мы ужесточаем правила — они находят новые лазейки. Мы вводим системы отчетности — документы сдаются вовремя, но прибыль падает. Именно поэтому я делаю ставку на невидимые поведенческие ловушки, а не на демонстративный контроль, который только раззадоривает грамотного нарушителя.
Когда СБ занята исключительно охраной «забора», внутри компании можно сливать данные годами.
Да-да, а еще сама СБ может сливать информацию...
"Безопасность компании нельзя строить только на доверии и расследованиях по факту нарушений." Доверие это миф,а расследование это запоздалая реакция на дыру в системе безопасности, профилактика-основа спокойствия.
Не исключено
В корпоративной среде «доверие» — это действительно не юридическая и не техническая категория.
Расследование, как бы блестяще оно ни было проведено, — это всегда «вскрытие», работа с уже состоявшимися убытками (репутационными, финансовыми, информационными). Поэтому настоящая профилактика — это единственный способ не тушить пожары, а не допускать их. Расследование — это реакция на свершившийся факт, когда ущерб уже нанесен. Как говорится, поздно ставить сигнализацию, когда машину уже угнали.
Спасибо за интересную статью. Познавательно.
Маленькая ремарка касательно категории "доверие".
Если имеется ввиду принцип концепции "zero trust", исходя из контекста самой статьи, то понятно.
Но если брать корпоративное право, то институт "доверие" является основой для фидуциарных отношений.
Совершенно верно. С точки зрения российского права под это имеется ряд норм.
1. Ст. 10 ГК РФ в п. 5 явно предполагает добросовествность:
2. Постановление Пленума ВС РФ уточняет:
Таким образом, для упрощения взаимоотношений между сторонами намеренно предполагаеся, что обе они исходят из учета интересов друг друга. Это вполне может быть основой для доверия.
В рамках зарубежных обычаев делового оборота существенную роль в установлении доверия играет и деловая репутация.