Где вы, наши Биллы Гейтсы?

Когда мы говорим о проблеме российского IT-бизнеса как бизнеса на основе разработанных новых технологий, а не просто сервисов для соцсетей, то где лежит корень этой проблемы? В отсутствии надлежащей бизнес–среды? В людях-специалистах (а значит и в образовании)? Почему у нас нет своих Стив Джобсов, Microsoft, Dell или просто сотен маленьких, но конкурентоспособных компаний (как в США, Германии, Израиле), занимающихся разработкой новых операционок, телекоммуникационных сетей, гаджетов?

Executive.ru решил задать эти вопросы самым успешным представителям российского IT-бизнеса. Наш первый собеседник – Станислав Протасов, старший вице-президент Parallels.

Executive.ru: Где наши IT-лидеры?

Станислав Протасов: В России есть мы, есть Acronis, ABBYY, Касперский и еще несколько компаний с оборотом в сотни миллионов долларов, которые известны по всему миру.

Exeutive.ru: И все? Это очень мало для рынка.

С.П.: Но надо понимать, что у американских и вообще западных компаний была временная фора. Они появились намного раньше. Другая проблема – сложность ведения бизнеса в России. Если посмотреть специальные рейтинги простоты ведения бизнеса по разным странам, Россия не входит даже в первую сотню. Создание инновационного бизнеса само по себе – это очень рискованное предприятие. В США и Европе из 100 стартапов в среднем выживают только три. Если увеличить им сложность ведения бизнеса, выживших не останется вообще. В России простота ведения бизнеса является огромной проблемой: коррупция, несовершенство законодательства, карательная практика правоприменения и т.п. Это существенно усложняет ситуацию.

Executive.ru: Может быть, проблема в недостатке инвесторов для таких технологичных стартапов? Если да, то почему?

С.П.: Проблема с инвесторами и инвестициями существовала, но сейчас ситуация быстро меняется к лучшему. Появляются инвестфонды, нацеленные на технологические стартапы (RunaCapital, AlmazCapitalPartners). Но полностью решенной эту проблему назвать нельзя. Количество таких фондов недостаточно, и недостаточно денег, которые эти фонды инвестируют в технологические стартапы. Если в стране 100 фондов, и каждый фонд инвестирует в 100 проектов в год, получится 10 тыс. технологических стартапов. Если фондов пять, таких статрапов будет всего лишь 500. Вопрос – не в деньгах, а в количестве проектов, которые могут «окучить» инвестфонды.

В России венчурные инвесторы стали появляться в последние 5-7 лет. Сейчас их все равно недостаточно, чтобы человеку с хорошей идеей, ясным видением и светлой головой было бы просто получить финансирование под свой проект.

Executive.ru: Проблема есть и в образовании. Когда, на ваш взгляд, произошел, и из-за чего, сбой в подготовке программистов в России?

С.П.: Проблема с российскими программистами состоит в том, что их мало. Рынок IT-персонала в России не очень большой. У нас страна сама по себе не очень большая по количеству населения. Существенно хуже то, что полный цикл создания продукта обеспечивают не только программисты и инженеры. Это еще и маркетологи, продакт- и программ-менеджеры. Главная сложность в чем? Даже если увлечь программистов идеей какого-то продукта, платить адекватную зарплату и прочее, то они, скорее всего, сделают продукт для программистов. А нужны продукты для простых людей! Чтобы такой продукт получился, нужны программ- и продакт-менеджеры, которые знают, что нужно потребителям продукта. Таких людей в России практически нет. Компании вынуждены их выращивать сами, тратя время и учась на своих ошибках.

Что с этим можно сделать – не очень понятно. Чтобы таких людей учить, нужны преподаватели, которые имеют практический опыт. Таких преподавателей тоже нет. Наверное, лучше запастись терпением и ждать. Компании тренируют таких людей, такие люди постепенно появляются.

Executive.ru: Может быть, проблема и в отсутствии надлежащего менеджмента в практике фирм-разработчиков?

С.П.: Менеджмент – тоже проблема, потому что чем больше становится организация, тем большую роль играет слаженность и отточенность процессов, в которых живут люди и создается продукт. Мысль о том, что можно взять тысячу талантливых людей, посадить в одном месте, в течение долгого времени посыпать деньгами и в результате получить прорывной продукт, обречена на провал. Менеджмент процессов связан с образованием – у нас нет такого рода подготовленных людей. Да, есть книжки, их можно прочитать. Но книжка воспринимается по-разному, в зависимости от уровня конкретного человека. Нужны люди, у которых есть опыт, которые понимают, что из процессов важно, а что нет. Такие люди только появляются. Даже крупнейшие технологические компании России по численности персонала редко превосходят пару тысяч. А в одном только Microsoft работает около 100 тыс. сотрудников. Поэтому отсутствие по-настоящему больших компаний, в которых менеджмент процессов играл бы определяющую роль, – это тоже сдерживающий фактор.

Executive.ru: Хотя мы знаем, что в России программы писались еще в НИИ и пишутся сейчас… Можно ли вообще говорить о российском рынке IT- технологий?

С.П.: Рынок IT-технологий существует, даже если страна называется Сомали и если в страну компьютер привозят на рыбацкой лодке. Рынок России, конечно же, существует. Он достаточно хорошо развит. Но он все равно значительно меньше, чем рынок США, и представляет собой примерно 1% мирового рынка.

Executive.ru: Как тогда должен работать продвинутый рынок IT-продуктов сегодня?

С.П.: Рынок должен работать так, как он работает – на то он и рынок. Другое дело, что в любой стране мира существует государственное вмешательство в этот рынок. Тут нужен баланс. Если присутствие государства слишком слабо, многие толковые вещи остаются нереализованными. Сильное вмешательство приводит к тому, что на свет производятся «потемкинские деревни». С моей точки зрения, государство должно сделать такую модель, в которой IT-компании будут больше ориентированы на то, чтобы находить клиентов самостоятельно и таким образом зарабатывать. Но для этого в стране должно быть достаточно много мелких и средних бизнесов.

Допустим, я стартап. Мне предстоит продать какому-то крупному государственному конгломерату свою недоделанную идею. У меня ничего не получится. А вот небольшая компания может купить мой продукт, попользоваться им, рассказать мне, что ей не понравилось, и таким образом позволить мне улучшить продукт. У нас малый и средний бизнес – это 25% от ВВП. В Европе и США – более 50%. Небольших компаний довольно много, рынок для продуктов старапов шире, поэтому стартапам проще пробивать себе путь.

Идеи создавать национальные поисковики, национальные мобильные телефоны, национальные операционные системы заставляют стартапы искать лазейки, чтобы вписаться в эти проекты. Проблема заключается в том, что вписаться могут только «знакомые» стартапы (не факт, что лучшие) – количество их очень ограничено. Поэтому на выходе получаются «потемкинские деревни», либо колоссальное расходование средств и получение очень слабого результата.

Чрезмерная централизация российской экономики мешает стартапам развиваться. Когда экономика слишкои централизована, технологические компании теряют смысл. Лучше просто закупать за рубежом хорошие решения.

Executive.ru: Примеры приведите…

С.П.: Один наш сотрудник перешел в компанию, которая делает ПО для наземного обеспечения работы аэропортов. В России всего две или три компании, которые такое ПО производят. Узнав, как там работают, он был шокирован. Для него было странно видеть, что в процессах компании отсутствуют какие-то базовые вещи. Например, sourcecode для разных аэродромов хранится в разных директориях. Кто-то из программистов потерял часть кода для конкретного аэродрома. Компания стояла на ушах. Невозможно было даже исправить ошибки в ПО (которые были известны), потому что не было кода, куда эти исправления нужно было вносить. Это напрямую влияет на безопасность гражданской авиации. А почему так происходит? Потому что этой компании эффективность процессов не важна. Она становится важна только тогда, когда ищут «стрелочника», виноватого в недостаточной безопасности полетов.

Executive.ru:Три шага, которые должны сделать российские IT-компании, чтобы стать конкурентоспособными?

С.П.: Во-первых, ориентироваться на глобальный рынок, потому что российский рынок – это всего 1% от глобального. Глобальный рынок хорош еще тем, что на нем приходится конкурировать с реальными людьми. Это же как в боксе. Можно приходить в спортшколу и лупить на ринге 15-летних подростков. А можно поехать к Майку Тайсону и стать его спарринг-партнером. Если хочешь стать лучшим, второй вариант более предпочтителен.

Во-вторых, тратить больше усилий на создание продакт- и программ-менеджмента организации. Одна из основных ошибок стартапов – они слишком поздно узнают о реальных нуждах и требованиях своих пользователей. Отслеживать потребности пользователей – задача программ- и продакт-менеджеров.

В-третьих, надо стараться налаживать процессы разработки, используя самый лучший доступный опыт. Чтобы процессы работали, как автомат Калашникова. Да, и не забыть запастись огромным терпением и настойчивостью.


Расскажите коллегам:
Эта публикация была размещена на предыдущей версии сайта и перенесена на нынешнюю версию. После переноса некоторые элементы публикации могут отражаться некорректно. Если вы заметили погрешности верстки, сообщите, пожалуйста, по адресу correct@e-xecutive.ru
Комментарии
Николай Романов Николай Романов Нач. отдела, зам. руководителя, Люксембург
>Станислав Протасов, старший вице-президент Parallels, ищет причины в чрезмерной централизации, недостатке малых предприятий и в пренебрежении менеджерами исследованием потребительских интересов. Собственно, одного этого уже достаточно для того, чтобы дальше не читать. Поскольку уже этого хватает для того, чтобы сделать вывод о том, что интервьюент вопросом не владеет и как следствие этого – сообщить ничего путного не может. >Почему у нас нет своих Стив Джобсов, Microsoft, Dell или просто сотен маленьких, но конкурентоспособных компаний (как в США, Германии, Израиле), занимающихся разработкой новых операционок, телекоммуникационных сетей, гаджетов? Отвечаю. Потому что время уже упущено. Каждому периоду в развитии техники и различных прикладных областей науки характерно прохождение одного и того же периода с разной скоростью всеми примерно одинаково развитыми в научно-технических областях странами. Если какое-то из этих государств в этот период сильно отстанет в развитии, остановится или стагнирует, то оно уже никогда самостоятельно не разовьет у себя то, что развито за этот период в других странах. Это – данность вопроса. И чем сложнее техника, тем недосягаемее становится отставание. Кроме того, играет такую важную роль как исчезновение мотивирующих факторов, заставляющих ту или иную экономику развиваться в данном направлении. В СССР это была система директивного управления и мобилизации ресурсов. С ее распадом ни о каком дальнейшем развитии науки и ее прикладных аспектов говорить больше не приходится. И третий момент, заключающийся в отсутствии самостоятельной внутренней широкой потребности в тех или иных аспектах научно-технического развития на момент их развития и широкого внедрения, которые оказались в сфере области прохождения группой развитых стран примерно в одно и то же время. Т.е. там, где в одних странах произошел переход из области фундаментальной науки вначале в область военной промышленности и разведки, а затем и в область широкого потребления, в других странах этого не было, - и как следствие этого, создание конкурентоспособной продукции массового потребления аналогичного назначения не состоялось. Равно как и оформление областей ее применения в обществе, которые бы и стимулировали спрос на нее. Что особенно проявилось в СССР, где все разработки более-менее присутствовали, но широкого потребительского применения иметь не могли, как и само население было к ним просто не готово. Фактически, вот эти три фактора явились причиной того, что в СССР, а затем и в России все научные и научно-конструкторские разработки в итоге так и не пошли дальше военной сферы и области разведки. Как собственного «изготовления», так и чужие, украденные в виде секретов из-за рубежа. Да и в самих двух указанных областях так в итоге развитие и застопорилось из-за нехватки ресурсов. В результате чего, в итоге, - после распада СССР, - все, что представлялось собой хотя бы какую-то ценность, ушло на Запад в качестве своеобразной научно-технической контрибуции, создавшей в итоге задел тамошней фундаментальной и прикладной науки на будущее, который они вырабатывают вплоть до настоящего времени. В любом случае, возвращаясь к заданному вначале вопросу, - время, отводившееся в историко-экономическом массиве на широкую реализацию, разработку и развитие данных проектов, уже упущено, а развитыми странами так и уже пройдено. А применительно к России сегодня нужно задумываться на о разных хитрых «гаджетов» вроде «экранных досок», а хотя бы о том, чтобы самостоятельно начать производить своими силами и своими ресурсами хотя бы что-то в обслуживание основных отраслей экономики и уже не народного хозяйства. Пусть на самом примитивном уровне. Пусть качеством в виде устаревшей «топорной» техники. Но своей и работоспособной. Потому что это создаст возможность для дальнейшего совершенствования. А если этого не будет, то и совершенствоваться нечем. И никакие объявленные модернизации здесь не помогут. Как и разработку «российских сотовых телефонов» на уникальных китайских комплектующих и т.д. Но в любом случае, для страны тот период, когда имели место развитие «Майкрософт», «Эйпл», «Делл», «Интел» и т.д., пройденный развитыми странами уже полтора десятилетия назад, уже не досягаем. А раз так, то страна так и останется уже навсегда в прикладном и научном отношении зависимой от разного иностранного потребительского барахла. И догонять здесь уже нечего и некого. Не угонишься. А ориентироваться необходимо на свои внутренние потребности, насыщая их за счет собственного производства. Что ввиду предстоящего вступления России в ВТО также будет невозможным. Поскольку, как в свое время существовала поговорка о том, что «евреи продали Россию», так со вступлением в ВТО, вернее, с отдачей страны ее руководством в данную организацию, - эта поговорка приобретет вполне конкретное смысловое содержание. Уже без всяких двусмысленностей. Результаты выборов в стране это наглядно показали. Ресурсов поддержки у нынешней власти в конституционном поле больше нет. Но это уже и не требуется. Поскольку за те несколько лет, что она сохранит за собой право единоличного распоряжения страной за счет парламентского большинства и контроля высшего руководства, она доведет страну до окончательного невозврата и полной утраты самостоятельности. Как внутренней, так и внешней. Вот уже действительно, «евреи продали Россию». А люди обсуждают, почему в стране свой «Майкрософт» никак не развивается. Тут уже времени не то, что на «Майкрософт», а на саму страну не хватает. >Станислав Протасов: В России есть мы, есть Acronis, ABBYY, Касперский и еще несколько компаний с оборотом в сотни миллионов долларов, которые известны по всему миру. Как справедливо замечено, это не просто мало, а практически ничто. При том, что несмотря на свои обороты, данные компании вынужденно добирают лишь крохи с чужого общемирового стола, да и то, в тех областях, в которых это возможно. Например, в создании тех же антивирусных программ, где несмотря на конкуренцию на рынке во многом выигрывают те, кто заставляет людей покупать свои продукты путем внерыночной стимуляции, а зачастую путем непрямого мошенничества. >Вопрос – не в деньгах, а в количестве проектов, которые могут «окучить» инвестфонды. В данном случае вопрос в том, насколько те или иные предлагаемые разработки могут быть выгодно проданы на Запад. А не использоваться в России. Насколько они интересны западным компаниям и разработчикам с точки зрения их самостоятельного использования или интеграции в свои продукты. А будут они применяться в России или нет, - в данном случае эти инвестиционные фонды не интересует. Им важно получить валютную прибыль от внешней реализации разработки или идеи, которая не просто окупить профинансированные затраты, а принесет очень высокую прибыль, способную компенсировать расходы на другие «провальные» «старт-апы», а еще и принести хорошие дивиденды инвесторам и участникам этих фондов. Что просто в условиях России не реально. Это главная проблема для подобных российских фондов. При том - не просто найти заинтересованную компанию, а заказчика, - готового платить. При том, что стоимость таких проектов должна оказаться ниже китайской или индийской. Как и скорость их реализации. Что в нынешних условиях также уже просто не реально. >Чтобы такой продукт получился, нужны программ- и продакт-менеджеры, которые знают, что нужно потребителям продукта. Таких людей в России практически нет. Компании вынуждены их выращивать сами, тратя время и учась на своих ошибках. Основной тезис на этот счет приведен выше. В России эти специалисты просто не нужны. Поскольку продукты ориентированы на Запад и на интеграцию с западной продукции. Поэтому функции данных специалистов предельно сужены областью контактов с потенциальными западными заказчиками. Что и кому нужно в России их не интересует. Иначе как поступает такой заказ. Хотя обычно этого не бывает. Поскольку проще адаптировать готовую западную разработку под российского потребителя, - заставив его фактически адаптироваться самому под эту разработку, - чем пытаться узнать, что и зачем ему нужно. Безальтернативность вариантов использования в подобной ситуации исключает вообще какую-либо потребность в изучении рынка. Компании действуют по принципу: «Что мы вам предложили, то вы и потребляйте. Не хотите – тогда вообще потреблять ничего не будете, потому что другого ничего нет и не будет». Т.е. в данных специалистах просто нет потребности. >Даже крупнейшие технологические компании России по численности персонала редко превосходят пару тысяч. А в одном только Microsoft работает около 100 тыс. сотрудников. Т.н. «технологическая сфера» компании «Майкрософт» не превышает 5.000 человек по всему миру. А собственно «технологическое ядро» – это не более 1.000 специалистов. Все остальные – в обеспечение по всему миру. Так что здесь вопрос только и сугубо в упущенном времени и уже сделанных за него разработках, а также в позициях на рынке, позволяющих западным компаниям формировать этот рынок и диктовать условия деятельности на нем. А также этапы его развития. В нынешней ситуации входить на такой рынок с аналогичными продуктами не имеет никаких перспектив. Как бы кто ни рекламировал успехи «Гугл» и различного рода разработчиков сетевого ПО, за успехами которых практически всегда стоят интересы спецслужб заинтересованных государств. >Но он все равно значительно меньше, чем рынок США, и представляет собой примерно 1% мирового рынка. Более конкретно – 0,4%. >Если присутствие государства слишком слабо, многие толковые вещи остаются нереализованными. В условиях развитого рынка прямое вмешательство или присутствие государства носит крайне незначительный характер. Оно предпочитает реализовывать свои интересы через различные скрытые схемы реализации IT-продуктов. >Сильное вмешательство приводит к тому, что на свет производятся «потемкинские деревни». С сильного государственного вмешательства как раз все и должно начаться. Только такое вмешательство в совокупности с ресурсами, финансированием, кадрами, научной базой и денежными средствами способно обеспечить формирование той самой базы, на которой в дальнейшем сформируется тот самый казанный выше развитый рынок. Плюс, защиту национальных разработчиков до того времени, пока они «не встанут на ноги». Без этого любая идея развития чего-либо чисто на рыночных условиях, - будь то IT-технологии или производство тракторов, - обречено на неудачу. И главное – на утрату национального производителя перед лицом иностранных конкурентов. Чем в ближайшем уже будущем, после вступления России в ВТО, всем присутствующим предстоит стать свидетелями, вынужденными участниками и … жертвами. >Но для этого в стране должно быть достаточно много мелких и средних бизнесов. Это ничего не даст. Красивый и многообещающий супермаркет неминуемо заберет всех покупателей у расположенного рядом т.н. «народного рынка». Исключение составят лишь отдельные бабушки, которые так и будут торговать зеленью, стоя на улице, потому что им просто не на что жить. Собственно, этот супермаркет западного образца уже водворился в России, и сдвинуть его из страны какими-то псевдорыночными телодвижениями уже просто невозможно. >У меня ничего не получится. А вот небольшая компания может купить мой продукт, попользоваться им, рассказать мне, что ей не понравилось, и таким образом позволить мне улучшить продукт. «Сырой» продукт никто покупать не будет. И даже на «бета-тестинг» не возьмет. Потому что это никому не нужно. Даже при наличии неких привилегий. Пользователям нужна готовая разработка. А то, что предлагает интервьюент, - это пустая надежда. >Лучше просто закупать за рубежом хорошие решения. Вот-вот. И адаптировать их под российский рынок. Чем и занимается сегодня в основном тот самый российский IT-сегмент в рамках своих 0,4% от мирового объема. >А почему так происходит? Потому что этой компании эффективность процессов не важна. Она становится важна только тогда, когда ищут «стрелочника», виноватого в недостаточной безопасности полетов. Потому что есть установленные инструкциями требования по соблюдению режима информационной безопасности для данных продуктов. Еще со времен СССР. И это – правильно. В противном случае любой программист влезет туда, куда надо и не надо, и займется кибер-терроризмом на авиатранспорте. Как … в «Крепком орешке 2». И вот чтобы этого не произошло, программы создаются и эксплуатируются вот таким образом. Будучи причудливо раскиданными по самым разным директориям. Это касается не только аэропортов, но и любых служб со специальным и закрытым режимом эксплуатации. >С.П.: Во-первых, ориентироваться на глобальный рынок, потому что российский рынок – это всего 1% от глобального. Они и так добирают на нем крошки и радуются этому. И изменения ситуации не предвидится, с учетом характера организации данного рынка и разработок на нем >А можно поехать к Майку Тайсону и стать его спарринг-партнером. Если хочешь стать лучшим, второй вариант более предпочтителен. В этом случае не только лучшим не станешь, но и на инвалидную коляску не скопишь. Так что лучше доходить до всего постепенно, - начиная с теми самыми 15-летними подростками, постепенно эволюционируя. А если подростков нет, как на современном IT-рынке, т.е. все уже давно выросли и стали «крупными дядями», то в контактах с ними начинающему подростку ничего «не светит» однозначно. Даже в боях с ветеранами. Т.е. всему должно быть свое время, которое важно не упустить. И которое в случае IT-проектов Россия давно упустила. Вот теперь только и остается, что носить полотенце чужим выросшим боксерами, да вытирать пол на ринге после их тренировок. >Во-вторых, тратить больше усилий на создание продакт- и программ-менеджмента организации. Тоже неверно. Российские программисты сегодня в принципе не в состоянии предложить даже на внутреннем рынке России чего-то такого, что уже не было бы создано западными разработчиками и не применялось бы в мире. И что самое главное – не адаптировалось бы под российские нужды. Тем более, в условиях политики, когда нужды адаптируются сегодня под продукты, а не продукты под нужды. >В-третьих, надо стараться налаживать процессы разработки, используя самый лучший доступный опыт. Чтобы процессы работали, как автомат Калашникова. Да, и не забыть запастись огромным терпением и настойчивостью. На это нет времени в современных рыночных условиях. Так, будучи школьником, я честно верил, что тов. Калашников создал свой автомат, будучи полным самоучкой, придумав абсолютно все самостоятельно. Включая и детали. А в итоге, прочитав года два назад вышедшую книгу по истории советского-российского автоматического оружия, понял, что его заслугой является лишь уникальная разработка схемы доворота деталей затвора, до которой не могли додуматься никакие другие конструкторы. Поскольку сам такой автомат создавался в то время (как до, так и в процессе и даже после него) самыми разными советскими конструкторами, и всего существовало только в России около полутора десятков таких идентичных по внешнему облику прототипов. Не говоря уже о знаменитой немецкой штурмовой винтовке конца войны, легшей в основу самой идеи данной разработки, определившей сам принцип построения автоматического оружия вплоть до наших дней. Также и здесь. Время для разработок уже упущено. Догонять уже поздно. Нужно идти со всеми в общем ключе и в единой волне. А если есть возможность, то опережать. Только тогда есть вероятность создания чего-то, что может составить кому-то конкуренцию. А если такой возможности нет, то и говорить о данной конкуренции нечего. Потому что то, что уже создано, - уже существует и освоено рынком. И выходить на такой поделенный рынок со своей новой разработкой того же типа – это не серьезно. По аналогии с тем, например, как в Москве сегодня активно пытаются протолкнуть проект «РусБургер», который якобы вобрал в себя все лучшее, что есть у западных заведений фаст-фуда такого рода из уже действующих в России. И который в итоге стоит при пустых залах. Потому что не просто не в состоянии предложить ничего из того, что не было бы у привычных глазу потребителя фаст-фуд конкурентов, да еще и по ценам им проигрывает, а также скорости обслуживания, не говоря уже об отсутствии чего-то своего. Также и с российским IT-сегментом и разработками в данной области. Николай Ю.Романов ----
Партнер, Украина

Романов, как всегда, фундаментален и точен. Браво!
Могу добавить только несколько положений.

1) Нет смысла пытаться повторять уже сделанное другими. Чтобы создать что-то свое, нужно пытаться играть на опережение. Нужно решать те проблемы, которые сегодня еще не решены.
Именно поэтому нецелесообразно инвестировать в создание потребительских продуктов.
Но можно создавать продукты для новых проблем. Например, продукты в области образования?

2) Программисты - это исполнители. Новые продукты придумывают и создают не они, а предприниматели. Программисты только выполняют оплаченные заказы предпринимателей.
Стив Джобст не был программистом. Бил Гейтс - был, но Микрософт славна не своими программистами, а своей лучшей в мире системой продаж.
Поэтому, если мы говорим о развитии ИТ рынка, нужно говорить о национальных ИТ предпринимателях: где берутся, чем занимаются, как стимулировать, чтобы их было больше. Как поддержать их проекты? Ну и так далее.
А программистов для реализации своих проектов они могут нанять где угодно. Хоть в той же Индии, или на Украине)))

Финансовый директор, Тула

Очень хороший пример насчет Калашникова. Воистину так. Однако, Калашников – успешный и процветающий человек. А вот Стечкин умер не так давно в нищете, в малометражной двухкомнатной квартире, в которой жил вместе с сыном и мастерил на кухне. При этом предприятие, где он работал, жировало на эспортных заказах. Про конструкторов, создававших прототипы того же Калашникова, вообще не говорим.
Меня поражает аннотация статьи. С чего это кто-то взял, что наши программисты – лучшие в мире? Это какие такие программы они сочинили? Я не помню ни одного языка, начиная с машинных кодов (копии не считать). Может Кнут («Искусство программирования») из России?
Однако, будем оптимистами. Разработчики есть. Программы появляются. Я, кстати, за малые фирмы. Но среда совершенно дикая. Например, отчетность по пенсионному вся страна делает на программе, которую клепают один или два программиста, кажется из Чувашии. Каждый может сам прикинуть варианты.
Дальше, как с авторынком. Программы делают, условно, «в гараже», а деньги за них хотят, как за иномарку. Нет понятия, что программа нужна, чтобы с ее помощью зарабатывать. Заработал – отдай процент программисту. А у нас, с другой стороны, ценить и платить за интеллектуальный труд не принято.
Я бы сравнил наше общество с человеком, которому отрезали правое полушарие мозга. У нас нет рынка искусства, дизайна, нет рынка архитектуры, нет рынка образования, нет рынка знаний, научных знаний, патентов, технологий. Откуда взяться рынку программного продукта? И, соответственно, великим программистам? Ну, если нет у нас скульптуры, то откуда Микельанжело то появится?

Николай Романов Николай Романов Нач. отдела, зам. руководителя, Люксембург

Странно другое. А именно, - традиционные иллюзии о том, что мелкие и средние компании и фирмежки сумеют разработать нечто гениальное, а потом вырасти до размеров ''Майкрософт'' на этих гениальных прорывных идеях. А ведь поводов для этого нет никаких. Т.е. чистой воды иллюзия.

В России, - если действительно кому-то придет в голову идея задуматься над этим вопросом, - необходима государственная программа по разработке, в первую очередь, собственной российской операционной системы (не базирующейся на каких-то существующих западных разработках), а также языка (-ов) программирования с использованием русского, а не английского языка. С обязательством использования данной системы на территории РФ. С сознательным ограничением конкуренции в первое время, чтобы население и бизнес на них перешли хотя бы частично (что проблематично в условиях будущего вступления в ВТО). В том случае, если государство действительно хочет иметь что-то свое и обеспечивать за счет этого свою безопасность и интересы хотя бы на своей территории, где население уже давно заражено иностранными программными проудктами.

Какая ''фишка'' должна быть в этой системе, чтобы составлять конкуренцию западным аналогам ? Также очевидно. Из-под нее должны запускаться любые приложения, игры и программы, когда-либо разрабатывавшиеся для персонального/корпоративного пользования в истории человечества, вне зависимости от операционных систем и года выпуска того или иного приложения. При том, что такая операционная система должны обеспечивать качественную картинку для старых программ на современном мониторе. Т.е. из-под данной ''оси'' не просто должны запускаться любые DOS/Os\\2/Linux/BeOS/Unix и т.д. приложения, но еще и интегрироваться между собой, т.е. в процессе работы с программой под BeOS данные из нее можно переносить в программу, созданную под Windows ХХ и т.д. Т.е. речь идет о своеобразном всемирном программном интеграторе, из-под которого запускаются не только любые программы с возможностью параллельного переноса данных, но и даже любые старые игры.

Да, знаю, что это - невозможно и технически представляет головную боль высшего порядка. Также как здесь множество ''но'', ''невозможно'', ''нереально'' и т.д. Но замахиваться нужно всегда именно на невозможное. Как говорил товарищ Сталин: ''Мы вас не ограничиваем - делайте и невозможное''. Также и здесь. Хотите, чтобы с вами считались, - сделайте невозможное. Не обязательно то, что я написал выше, но что-нибудь подобное по соразмерности. Докажите свою гениальность, талант и профпригодность. Чтобы ваша разработка была не просто уникальной, а сразу с восторгом применимой во всем мире на долгий период. И тогда с вами будут считаться. А заодно и затянете на подобную разработку весь мир. В пока этого нет - так и довольствуйтесь крохами с чужого стола. А все идеи насчет малого и среднего бизнеса, который якобы прорывным образом до чего-то эволюционирует, - это пустое дело.

Но принимая во внимание, что гос.политика в данной области отсутствует, то и строить надежды не следует. Потому что без больших денег подобные серьезные проекты не сдвинуть.

Николай Ю.Романов
----

Руководитель управления, Ростов-на-Дону

Коррупция к IT-стартапам никакого отношения не имеет.
Проблем по большому счету нет,просто отсутствует этот дух стартаперства,да и теплой комфортной среды особо не наблюдается,все приходится искать.Не совсем IT,но если японцу или американцу надо изготовить прототип,то он найдет десяток создателей а-ля custom в своей округе или в ''своем'' интернете.У нас с этой задачей приходится либо искать слесаря на танковом заводе,либо обращаться в одну из,условно говоря,двух московских контор,которые могут его сделать,но стоимость будет как у космического аппарата.

Но в целом,очень заметно оживление в стартаперской среде.Хотя больше половины народа какой-то полной фигней занимается:)

Менеджер по планиров. производства, Украина

Не совсем в тему, но близко: всегда интересовало - почему Google и Facebook потеряли счет своим миллиардам а к примеру Wikipedia вечно денег просит?

Системный аналитик, Москва
Евгений Вайнер пишет: Коррупция к IT-стартапам никакого отношения не имеет.
К сфере IT коррупция имеет самое прямое отношение. Это может подтвердить Вам любой занимающийся в этой сфере. Посмотрите, хотя бы, на машины директоров IT служб до внедрения ERP и после и т.п. :) Наибольший вред коррупция наносит стартапам в сфере IT. Обычно «заказчику» требуется продукт подороже, чтобы и кусок от него был пожирнее. Так как новые продукты не могут конкурировать количеством внедрений, то и снижение цены вообще не оставляет шансов в пользу выбора нового продукта. Только не говорите мне, что количество внедрений и величина бренда связаны с результатом – эти вещи находятся в разных плоскостях. Второй момент, косвенно связанный с коррупцией, это снижение ответственности «заказчика» за то, что проект будет завален. Если он вовремя поделился с руководством, то списать огрехи на известную фирму, бренд ему будет проще, чем на стартап.
Менеджер по планиров. производства, Украина
Федор Нестеров пишет: Поэтому, если мы говорим о развитии ИТ рынка, нужно говорить о национальных ИТ предпринимателях: где берутся, чем занимаются, как стимулировать, чтобы их было больше. Как поддержать их проекты? Ну и так далее. А программистов для реализации своих проектов они могут нанять где угодно. Хоть в той же Индии, или на Украине)))
А почему именно национальных?
Генеральный директор, Санкт-Петербург
Николай Романов пишет: Исключение составят лишь отдельные бабушки, которые так и будут торговать зеленью, стоя на улице, потому что им просто не на что жить.
Или не с кем поговорить :)
Евгений Вайнер пишет: Коррупция к IT-стартапам никакого отношения не имеет.
Смеялась до колик в животе! Марина Куличевская
Системный аналитик, Москва

Вторым после коррупции, сдерживающим фактором развития IT в Росси является само государство.
Причем, это сделано достаточно иезуитским способом - в виде поддержки фирм занимающихся инновационными разработками. Для фирм, имеющих в своем составе не менее 50 человек.
Это ж как надо было поиздеваться над здравым смыслом, отдавая привилегии монополиям!? Давно известно, что большинство инноваций в сфере IT рождались в небольших фирмах, а то и одиночками. Коллектив программистов более 10 человек, занимающийся одной проблемой, это уже ремесленная артель.

Государственные программы поддержки, тендеры, сколковы и пр. Все это пока что распилы и никакого отношения к развитию IT тоже не имеют.

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Статью прочитали
Обсуждение статей
Все комментарии
Дискуссии
Все дискуссии
HR-новости
Бывшая сеть Starbucks в России открылась под брендом Stars Coffee

На логотипе сети вместо русалки — девушка в кокошнике с пятиконечной звездой.

Собрать школьника к учебному году стало дороже в среднем на 11,4%

Основа «продуктовой корзины» школьника на маркетплейсах подорожала за год.

Как профессии влияют на состояние здоровья россиян

Чаще всего влияние профессии на здоровье отмечают HR-ы, юристы и IT-специалисты.

Половина родителей школьников берут отпуск в августе, чтобы собрать ребенка в школу

Затраты на расходы для подготовки к школе в этом году начинаются от 15 тыс. руб.