Задача номер один: перестать вымирать

История бросает Россию из одной крайности в другую: от экстремумов свободы к эксцессам патернализма. Это – удел многих развивающихся стран. По мере того как происходит насыщение экономики финансами, диапазон колебаний сужается, считает научный руководитель Международной школы бизнеса Финансового университета, председатель совета директоров инвестиционной компании «Еврофинансы», доктор экономических наук, профессор Яков Миркин. Однако для того, чтобы страна устойчиво развивалась, ее жителям надо от негативизма перейти в психологию строителя. От практики деления – к практике приращения.

E-xecutive: На какой стадии развития находится российская экономика?

Яков Миркин: Принято делить мир на индустриальные и развивающиеся экономики, хотя на финансовых рынках деление сложнее. С краю, наименее развитые, неликвидные – «рынки фронтира» (Frontiеr в переводе с английского означает «граница», «рубеж»— Е-xecutive). К ним относятся большинство стран Африки, часть постсоветских стран, такие как Грузия, Армения, Киргизия, Туркмения... Это – минные поля. Развивающиеся экономики не однородны по своему составу:  хорошо виден кластер государств, которые находятся рядом с индустриальными странами и которые вот-вот войдут в число развитых. Как, например, Чехия, которая долгое время числилась в составе развивающихся, но только что причислена к разряду индустриальных, так же как Словакия, как еще ранее – Греция, Португалия. Еще одна группа имеет пороговые значения – «новые индустриальные экономики» Азии. С другой стороны в число развивающихся входят Украина, Белоруссия, Болгария, Молдавия, Казахстан, ряд латиноамериканских стран – это своего рода нижний кластер. И, наконец, средний кластер – группа экономик, которая находится на среднем уровне развития и которая включает такие страны как БРИК. Россия по всем параметрам – в средней группе.

E-xecutive: По каким признакам страны включаются в ту или иную группу?

Я.М.: Самый простой индикатор – объем ВВП на душу населения. Второй индикатор для меня является ключевым – продолжительность жизни. Третий – уровень человеческого развития (оценивается ООН). Далее – конкурентоспособность, экономическая свобода, инвестиционная привлекательность, информационная прозрачность, коррумпированность и так далее. По большинству индикаторов, которые не связаны с идеологией, с тем, каким должно быть «правильное» государство (индекс экономической свободы, например), а отражают экономическую, финансовую динамику, Россия прошла путь от нижних значений к средним. По параметрам, отражающим человеческое развитие, уровень коррупции, рыночность, степень свободы, РФ либо находится в середине списка из 150 стран, либо постепенно смещается от средних значений к нижним. Финансовые индикаторы показывают, что в России типичная развивающаяся экономика, очень волатильная, я бы сказал, даже эксцессивно. В итоге наша страна оказывается в среднем кластере. Уже не фронтир, не детство рынков, но и не «новая индустриальная экономика», и не Чехия. Трудный подростковый возраст. В 1990-е мы находились на более низких позициях.

Статистический анализ на примере любой страны мира показывает: чем менее экономика насыщена деньгами, финансовыми институтами, инструментами, тем выше ее риски, тем экстремальнее волатильность во всем – в финансах, в производстве, в политике. И, наоборот, больше денег – больше жизни. Забудьте о мыльных пузырях, фиктивном капитале (это отдельная тема). Россия с монетизацией (Деньги / ВВП) 16% в 1997 году и 49% в 2009 году – это схожие, но разные страны. Когда государство движется от нижнего к среднему кластеру, усиливаются индикаторы финансового развития, например, насыщенность экономики деньгами, кредитами, финансовыми активами, а риски «качания из стороны в сторону» начинают снижаться. Бедная страна с разбалансированной экономикой переходит в новое, чуть более стабильное состояние, при котором эксцессов, шоков, колебаний становится меньше. Подросток переходит в юношеское состояние, у которого свои, другие эксцессы. Вот такой путь развития.

E-xecutive: Насколько велико участие российского государства в экономике?

Я.М.: Российская экономика – одна из наиболее огосударствленных. Но не стоит сразу каяться. Рыночные экономики со слабым участием государства являются скорее исключением, чем правилом. Такое исключение – англо-саксонская модель (пример – США) с минимальным участием государства в собственности, в производстве, в перераспределении доходов через бюджет при высокой регулятивной роли властей. В кризис 2008- 2009 годов эта модель отчасти деформировалась. С другой стороны, огромное большинство экономик, где роль государства варьируется от великой до значимой. Есть европейская «континентальная» (итальянская, французская, шведская), есть азиатские модели. «Социальная рыночная» в Германии и Австрии. Это все – рыночные экономики, где роль государства в собственности, в бюджете велика. Такими же являются все развивающиеся экономики. Преобладание крупной фамильной и государственной собственности, стейкхолдеров-нерезидентов и слабые островки акционерных обществ с распыленными капиталами. Поэтому Россия не является исключением. Наша страна находится в ряду с прочими. На всем постсоветском пространстве, во всех бывших странах «социалистического лагеря» повторяется одно и то же. Концентрированная собственность, значительная роль госвласти. Абсолютное большинство развивающихся стран живут в огосударствленном мире. Другое дело, что в России мы попадаем в мир экстремумов, в т.ч. излишеств, относящихся к роли государства. Я бы назвал это «латиноамериканизацией», провел аналогию с Южной Америкой с точки зрения того, как бизнес и люди зависят от госмашины. Не зря глобальные инвесторы нас все время путают с Бразилией. Графики движения российских и бразильских акций практически идентичны.

Каков объем госучастия в хозяйстве России? По списку «Fortune-500» берем три крупнейшие компании трех стран – США, Китая и России. В американских WalMart, ExxonMobile, и Chevron нет госсобственности, и при этом их доля в ВВП страны – 5,8%. В Китае все три компании Sinopec, State Grid, China National Petroleum или контролируются властями, или являются госкорпорациями, их доля в ВВП – 10%. В России три лидера – «Газпром», «Лукойл» и «Роснефть», из них «Лукойл» является частной, остальные две – государственные, их вклад в ВВП более 13%. Доля российского государства в банках, в банковских активах – более 50%. В реальной экономике – примерно 50%. Такова роль государства как собственника. Что же касается его роли в бюджете, то в Российской Федерации около 50% валового внутреннего продукта перераспределяется через бюджет, причем, этот показатель постоянно рос с конца 1990-х (статистика МВФ). В 1999 году он составил чуть больше 25%, а в 2009 году – 49,7%. Без малого 50% ВВП – это значительно больше, чем в индустриальных экономиках, чем в большинстве других развивающихся стран, чем в Китае, с его смешанной административно-рыночной системой. Следствие – исключительная роль государства как закупщика. В России по сути двухсекторная модель. Первый сегмент – частный. Независимый бизнес, не связанный с властью, работает с таким же частником и покрывает его спрос. Эта часть экономики очень мала. Здесь нет крупных компаний. Максимум – средняя капитализация. Плюс розница. Здесь государство – регулятор, получатель налогов, генератор регулятивных издержек, но не собственник, не экономический агент. Второй сегмент –это бизнес, который зависит от госструктур: либо через собственность, либо через закупки, зависит от связей с госинститутами, от спроса с их стороны. В России невозможно построить крупный бизнес, который не был бы покрыт спросом государства или без участия такового.

E-xecutive: А каков объем государственного участия в финансах?

Я.М.: В сравнении с большинством других экономик в России очень большая доля Центрального банка в перераспределении денежных ресурсов,. Около 50% активов банковской системы страны сосредоточено в ЦБ. Далее берем только коммерческие банки. Доля активов финансовых институтов, находящихся в собственности у госмашины, – более 50%. Такова степень огосударствления. У нас очень интересная экономика: крупнейшим экономическим агентом является государство. Поэтому всегда стоит вопрос: не перешагнули ли мы грань, которая разделяет административную экономику от рыночной? Не гипертрофирована ли роль госвласти? И, если вспомнить, что крупный частный бизнес в России – это олигополии, зависящие от спроса госинсититутов, то вырисовывается своеобразная модель корпоративного государства, которое само является приватизированным, потому что в такой среде возникает очень много личных, частных интересов. И этим Россия похожа на экономики Латинской Америки со всеми их плюсами и издержками.

E-xecutive: Латинская Америка… Лучшая ли это модель для подражания?

Я.М.: В России – нормальная развивающаяся экономика, не обладающая атрибутами развитой, такова жизнь. Экономика латиноамериканского типа, со всеми ее эксцессами. Их будет еще много, впереди множество приключений. К этому нужно привыкнуть, чтобы добиваться лучшего. Даже при другом составе действующих лиц в 1990-х, иных наборах событий и решений, мы все равно пришли бы к корпоративному государству, может быть, чуть в более мягкой или, наоборот, в более жесткой формах. Могла бы быть рецессия к тоталитаризму. История, экономика – объективны. Они строят свои конструкции из подручного материала, которым являемся мы сами, какие мы есть. А из нас Нью-Йорк нельзя было построить. Хочу еще раз повторить, что англо-саксонская модель с ее либеральностью – это скорее исключение, чем правило. К большому сожалению. Экономическая свобода, дисперсная частная собственность, народный капитализм являются пока таким же мифом, как всеобщее равенство и общественная собственность, как способы заставить человека разумного работать при полном соблюдении христианских принципов. Для всех развивающихся экономик характерна расширенная роль государства. В том числе для стран Центральной и Восточной Европы, недавно вошедших в Европейский Союз, таких как Чехия, Словакия, Словения, Венгрия. Там везде собственность концентрированная.

E-xecutive: Но мы не найдем там такого откровенного патернализма, как в России?

Я.М.: Патернализм, соединенный со свободой действовать для сильных – всеобщий принцип сосуществования современного общества и государства. Англо-саксонская модель (которая после любого кризиса сама клонится к патернализму) – исключение. Рыночная экономика настроена таким образом, что подавляющее большинство населения нуждается в защите. Вы – товар, вы располагаете собой на рынке труда. Вы вступаете в жизнь, не обладая активами, работаете, получая доходы, не позволяющие единовременно приобрести недвижимость и все то, что ей сопутствует, залезаете в долги, чтобы ее купить и жить по стандартам среднего класса. Затем обретаете новые долги, чтобы расшириться, чтобы дать образование детям. Рождение каждого ребенка – это экономическое решение. А к пенсионному возрасту вы все это распродаете под ноль, чтобы на эти деньги купить меньшее жилье и спокойно доживать свой век, не мешая детям делать свои собственные долги. Жизненный цикл, по сути – зарплатное рабство – очень шаткая конструкция. Даже для среднего класса здесь необходимы механизмы защиты. Следствие – возникновение социальной рыночной экономики Германии и других стран континентальной Европы. Другое следствие – блок азиатских экономик с очень странным поведением населения: оно желает патернализма, желает быть опекаемым, при этом ведет себя исключительно спекулятивно на финансовых рынках. Встроенность в иерархию, стремление прислониться к чему-то крупному, быть по-отцовски защищенными государством – это желание людей выражено не менее ярко, чем желание быть свободными, принимать на себя риски, быть в поиске, генерировать доходы, имущество, идеи. Модель поведения складывается исторически. Она родом из экономической закрепленности людей на нижних этажах социальной пирамиды, как бы она ни называлась в разные времена. Так сформировались и азиатская модель с ее иерархиями, и социальная структура континентальной Европы, и опекаемые сообщества Латинской Америки. Поэтому Россия – не исключение. Мы находимся в общем ряду. В порыве рыночного романтизма я надеялся в начале 1990-х, что Москва вот-вот станет Нью-Йорком, все немедленно устремятся в свободный поиск и в генерацию бизнеса, идей и т.д. Отчасти так оно и происходило, но тогда еще не было очевидно, как быстро все схлопнется. Что вместо общества тех, кто осваивает внутреннее пространство России, гордится им, устраивает его, плодится и размножается, мы быстро станем обществом внутренних и внешних эмигрантов. Золотую середину между экономической свободой и патернализмом в российском обществе еще только предстоит найти. Пока обстоятельства кидали нас (и продолжают кидать) от экстремумов свободы к эксцессам патернализма.

E-xecutive: А почему все, по вашему выражению, схлопнулось так быстро, по существу не развернувшись и не успев принести что-то иное?

М.Я.: Обычно в ответ на подобные вопросы начинаются рассуждения о том, как мы привыкли жить – в иерархиях, в империях, быть слабыми и незащищенными и т.д. Однако в том, что период начала 1990-х быстро закончился, есть не только наша вина, за этим есть еще и закономерность общего порядка, которая отчетливо просматривается на всем пространстве развивающихся экономик: за всплеском свободы, за дерегулированием неизбежно наступает желание все упорядочить, снизить риски, «накрыть зонтиком», уйти в иерархию и так далее. За революцией, как известно, всегда наступает «контрреволюция». Главное – в каких формах, терпимых или нетерпимых, выбрасывающих ребенка вместе с водой или же вычеркивающих все то, что состоялось в революцию? Кроме того, сама революция начала 1990-х годов не пошла по пути радикального улучшения условий для среднего класса, заботы о его активах, качестве жизни, доходах. Ее социальная направленность была скорее в первоначальном накоплении, в отделении огромной собственности, находящейся в общественных руках, от массового держания. Отсюда – концепция немногих «эффективных собственников», радикализация борьбы за имущество, всплеск самой темной энергии, массовый отказ населения рожать. Огромное значение имеют религиозные традиции: одобрение или неодобрение со стороны конфессии рисков, свободы, самостоятельного поиска и т.д. Здесь мы обращаемся к идеям Макса Вебера и к тому, как экономическая активность оценивается в других мировых религиях. Что касается православия, то экономическая доктрина у него появилась совсем недавно, в 2000 году, и доктрина эта не одобряет индивидуализм. Эта концепция явно не за финансовые рынки, не за вещизм, не за материальное. Она вытесняет все то, что заставляет людей действовать не коллективно, а индивидуально.

E-xecutive: Ричард Пайпс видит первопричину российского стремления к коллективной деятельности в суровом климате и в низкой плодородности почв Центральной России. Он прав?

Я.М.: Коллективность, община – не являются чем-то исключительно российским. Все общества прошли через них. Насколько российское общество коллективно, настолько оно разобщено. Известно, что за объяснением социальных феноменов нужно идти не только к природным условиям жизни, если речь идет не о примитивных обществах, но и в историю, в национальный характер, нужно обращаться к доминирующей религии и связанным с ней традиционным ценностям населения. Модели поведения складываются во времени, они исторически устойчивы. В российском характере, например, стремление к опеке и защищенности сочетается с желанием принимать самые высокие риски. Российская история, наряду с упаковыванием всех и вся в «железные ящики», одновременно дает примеры бунта, слома моделей. Мы постоянно ошибаемся, принимаем самые крайние решения. Безжалостно растрачиваем людей, ресурсы, потом с ужасом, с истерией выползаем из всего этого. Поэтому развитие российского государства – от экстремума к экстремуму, от максимальной несвободы к полной анархии, чтобы вновь вернуться к несвободе, а затем – к новым либеральным эксцессам. В мире, где есть примеры мягких рыночных трансформаций (Китай, Центральная и Восточная Европа), мы неизменно в 1990-х выступали как хирурги, резали по живому, занимались шоковой терапией и применяя к себе рецепты врачей – двоечников. Но мы не одиноки в своем желании несвободы и бунта одновременно. Пример – в Японии и в КНР безмерно активны розничные рынки акций и финансовых деривативов. То есть при всем известном желании местного населения быть защищенным, найти свое место в социальной иерархии, одновременно имеет место огромная страсть к спекуляции, к игре, к принятию рисков.

E-xecutive: Какие вызовы брошены российской экономие, и как она будет отвечать на них?

Я.М.: Экономика не существует ради самой себя, было бы смешно рассуждать о том, чтобы догнать и перегнать, о модернизации, об инновациях вне контекста того, как мы живем. Вне контекста качества жизни, ее продолжительности, демографии. Главные вызовы – это перестать умирать так рано – по последним данным продолжительность жизни российского мужчины – чуть выше 60 лет. Сравните Россию и Бразилию. В Бразилии, к которой мы всегда относились снисходительно – фавелы, генералы песчаных карьеров – средняя продолжительность жизни существенно выше, чем в Российской Федерации. Еще недавно разница в показателях была не так велика, но она постоянно увеличивается. В Палестинской автономии, о нуждах которой мы так печемся, мужчины живут на десяток лет дольше, чем в России. Стыдно жить так мало, когда многие нации перешагнули порог средней продолжительности жизни на отметке 80 лет. Второе – это демография. Я сегодня смотрел демографический прогноз ООН на 2050 год: в Российской Федерации остается 100 млн, Россия входит в десятку наций, которые наиболее быстро сокращаются. Вызов, брошенный России, – перестать так существовать, вместо этого – увеличиваться, расширяться, умножать, сохранять то пространство, которое подарено существующим поколениям теми, кто жил до нас. Третий вызов – это качество жизни, включающее множество составляющих, таких как чистый воздух, вода, еда, образование, медицина, жилье, активы семей. С ним связаны уровень мышления, который пока деградирует, уровень знаний, которые несет в себе нация, ее инновационность – способность быть на высоте, способность конкурировать. Все это значит, что один из главных вызовов – это создать средний класс. Каждое поколение в России, в течение XX века теряло свои активы. Каждое следующее вступало в жизнь с нулевым балансом, пыталось создать активы и передать их следующему, но неизбежно теряло имущество либо в кризисах, либо в революциях, либо в войнах, либо в реформах. Нужен средний класс, который:

  • обладал бы собственным достоинством, идеям;
  • был бы основой социальной и политической системы;
  • располагал бы имуществом, которое мог бы быть способен передать своим детям;
  • который бы всего этого не растерял в следующем рыночном шоке, мыльном пузыре или спекулятивной атаке, в следующих социальных или политических деформациях, которые могут быть в России.

Вот эти вызовы. Они подобны тем целям, которые каждый человек ставит перед самим собой. Иными словами, речь не идет о вызовах собственно экономике, потому что экономика – это прежде всего люди, их поведение. Эти вызовы – многонациональному российскому народу. Чтобы ответить на них, необходимо от психологии временщиков, от жизни в эксцессах, от негативизма перейти в психологию строителя, принимающего риски, в психологию свободы на самом деле. От практики деления перейти к практике приращения. Вот это изменит все. Ну, а дальше можно рассуждать о вызовах собственно перед экономикой в России, которая сейчас находится в среднем кластере. Наш следующий шаг – это движение в сторону новых индустриальных экономик, уход от монопродуктовой модели, прекращение постыдной зависимости от конъюнктуры цен на мировое сырье, от потоков спекулятивного капитала. Дальше начинаются правильные рассуждения, которые лет 10 назад начали делать ученые – об отставании, о модернизации, об инновациях. Сейчас это начинает произноситься властями, но пока только произноситься.

Вторая часть интервью Якова Миркина будет опубликована на портале E-xecutive 3 декабря 2010 года.

Расскажите коллегам:
Эта публикация была размещена на предыдущей версии сайта и перенесена на нынешнюю версию. После переноса некоторые элементы публикации могут отражаться некорректно. Если вы заметили погрешности верстки, сообщите, пожалуйста, по адресу correct@e-xecutive.ru
Комментарии
Генеральный директор, Москва

Интересная схема... обычно ее используют в НЛП или тоталитарных сектах.
Идет-идет правильное и логичное рассуждение ... градус правды растет... и вдруг из него в рамках одного предложения следует вывод, никак не связанный с предыдущими тремя страницами. И вдобавок - просто им противоречащий в развитии тенденции.
Как наличие ''среднего класса'' связано с рождаемостью? Везде, где ''средний класс'' развился, фертильность ниже порога воспроизводства, и покрывается дефицит либо ... либо ... либо ..., но уж только не либидо :)

Редактор, Москва
Дело не только в низкой рождаемости, но и в сверхвысокой смертности. Применительно к России демографы говорят о ''суперсмертности'': ''В период с 1984 года до конца XX века наблюдаются резкие колебания смертности (рис. 1). Разные авторы связывали это с кризисом медицины и социального сектора в целом , с характеристиками предыдущих воздействий (когортный эффект), с ригидностью системы здравоохранения, которая оказалась неспособной к адаптации к новым проблемам здоровья населения , с экономическими неурядицами и временными улучшениями переходного периода , психологическим и духовным настроем населения и, наконец, с изменениями в потреблении алкоголя, о чем речь будет идти ниже. Однако в целом этот вопрос остается не до конца проясненным. Важно отметить, что с середины 1960-х годов разрыв по уровню смертности между Россией и западными странами стал быстро нарастать. Не существует также единого мнения о том, что послужило причиной скачка смертности в 1994-м и начавшегося роста этого показателя после 1998 года''. Источник График
Нач. отдела, зам. руководителя, Люксембург

Я не исключаю, что скажу в чьем-либо понимании гадость, но тем не менее. Доктор экономики, руководитель и директор различных организаций, профессор Я.Миркин гарантированно закончит свою жизнь обеспеченным человеком и встретит счастливую старость в окружении детей и внуков где-нибудь в Израиле или США. И он будет не первым и не последним, кто так поступит или уже поступил. Почему-то о том, что и как следует делать в России, рассуждают лица, которые по тем или иным причинам гарантированно не связывают с ней ни свое собственное будущее, ни будущее своих потомков. Причем от года к году таких людей становится все больше, а часть из них продолжает заниматься подобным привычным делом, уже находясь за рубежом и имея там налаженный и обеспеченный быт.

Уверенно сужу об этом в числе прочего на примерах многочисленных деловых встреч с подобными людьми как по эту сторону Атлантического океана в самых разных странах Западной Европы и Израиле, так и по другую его сторону, - в США и Канаде.

Поэтому всегда в подобных случаях крайне странной выглядит мотивация такой публики в их прогнозах. Они уже уехали из страны или в перспективе ее покинут. Какое им дело до того, что с ней станет, равно как и то, что станет с населяющими ее людьми, которые никуда не уедут, не могут, да и не собираются этого делать ? Это дело сугубо этих людей, которые остаются в стране до конца несмотря ни на что. А все тезисы относительно того, что со стороны, мол, лучше видно, - заведомо малоавторитетны. В военных условиях хорошо советовать из относительно безопасного места, имея обеспеченный тыл.

Но сытый голодному не товарищ. Так и бывшие или потенциально бывшие соотечественники и съехавшие за рубеж на ПМЖ уроженцы России не товарищи тем, кто в стране продолжает оставаться несмотря даже на самые тревожные и уже начинающие сбываться прогнозы относительно ее будущего. Поэтому все их рассуждения на темы ''должны'', ''обязаны'', ''важно'', ''необходимо'' и т.д. в сущности являются пустым перебором сетевого траффика, не имея под собой ни реальной практической мысли, необходимой к воплощению, ни программы по ее воплощению в конкретных условиях, в которых находится страна, ее народонаселение и органы государственного управления со всем их наполнителем в виде коррумпированной бюрократии. Т.е. полностью оторванные от реальности ничего не значащие рассуждения и построения.

Поскольку в итоге получаются чистой воды утопические концепции на предмет того, к чему все равно касания уже никто из этих людей иметь непосредственно не будет. Иначе как скажет вскользь в каком-нибудь кабачке, завсегдатаем которого этот человек будет к тому времени являться, что, мол: ''Была такая страна Россия/СССР, откуда мы приехали. Так там всё всегда было плохо. Потому мы и приехали сюда, где все хорошо. И вот теперь этой страны нет. Потому что там все всгда было плохо.''

CIO, Украина
Николай Романов пишет: Почему-то о том, что и как следует делать в России, рассуждают лица, которые по тем или иным причинам гарантированно не связывают с ней ни свое собственное будущее, ни будущее своих потомков.
Но Вы же консультируетесь у врача, который никак не связывает своего будущего с Вами. Ему пофиг, что с Вами будет. Это снижает ценность его диагноза и рекомендаций?
Николай Романов пишет: Поэтому всегда в подобных случаях крайне странной выглядит мотивация такой публики в их прогнозах.
Ну вот я недавно сказал молодой маме с ребёнком, ждущей в неудачном месте маршрутку, что ей здесь никто не остановит, нужно пройти ок. 50 м вверх. Хотя мне абсолютно всё равно, что с ними станет. Всё-таки приятно делать добрые дела. Особенно когда это многого не отнимает.
Николай Романов пишет: Так и бывшие или потенциально бывшие соотечественники и съехавшие за рубеж на ПМЖ уроженцы России не товарищи тем, кто в стране продолжает оставаться несмотря даже на самые тревожные и уже начинающие сбываться прогнозы относительно ее будущего.
Сколько из тех, кто остался, остались потому, что не могут уехать? По данным социологов, что-то около 60%. А есть такие ''перебежчики'', которые покинули Россию, не вставая с дивана... * * * Да и вообще, Николай -- лучше умный враг, чем умственно неполноценный друг.
Knowledge manager, Украина

''Все болезни - от нервов'' (с)
На здоровье людей огромное влияние имеет их психологический настрой.
Банальное сравнение количества аптечных киосков сегодня и в СССР должно бы показать большую доступность сегодня как лечебных, так и профилактических препаратов. Однако, ничего подобного на самом деле не происходит. Оборот медпрепаратов в гораздо большей степени зависит от количества и качества рекламы, ВНУШАЮЩЕЙ человеку, что он болен.
С другой стороны, самое образованное население мира оказалось брошенным в пучину неопределенности. Невозможно спрогнозировать свою жизнь даже на сколь-нибудь отдаленную перспективу. Какие ресурсы целесообразно накапливать к старости? К чему готовить детей и внуков? Произошел ''сбой'' в механизмах экстраполяции общественного состояния. Образованность, давшая советскому человеку возможность осмысленно воспринимать свое место в обществе, после развала СССР сыграла жестокую шутку, поставив ''аквалангиста в ластах на снег''. Всё дальнейшее - попытки индивидуума ПРИСПОСОБИТЬСЯ. Вот здесь бы и пригодилась помощь специалиста. Какой прок увещевать человека ''Не пей'', не давая ему источника жизнедеятельности? Очень современно рассуждать о миссиях, оптимизации и прочих ''кормящих нивах''. Неплохо бы оказаться в положении человека, который современному обществу НЕ НУЖЕН. Психология общества меняется не так быстро, как развивается технический прогресс, а, есди учесть, что прогресс развивался ''где-то там'', а у нас всё казалось устоявшимся на века, то эта ломка для очень многих оказалась просто непереносимой.
В этой связи несколько неоднозначно звучит связка ''...В 1999 году он составил чуть больше 25%, а в 2009 году – 49,7%. Без малого 50% ВВП – это значительно больше, чем в индустриальных экономиках, чем в большинстве других развивающихся стран, чем в Китае, с его смешанной административно-рыночной системой. Следствие – исключительная роль государства как закупщика....'' и состояние ''опекаемого'' населения. Намек на ''заказчика''? И, после этого, призыв к возрождению (т.е. против заказа). И ''возрождаться'' в ситуации, когда, по признанию знающих людей, вся страна - ''кущевская''. В каждом городе или деревне реально действует ''неофициальная'' власть. Спасибо за совет (если в такой валюте принимается оплата консультаций), но толку от такого совета - никакого.

Аналитик, Новосибирск
Юрий Максименко пишет: Да и вообще, Николай -- лучше умный враг, чем умственно неполноценный друг.
Что и требовалось доказать. Сам признался. 8)
Консультант, Украина

Россияне вымирают потому что привыкли так жить
Посмотрите на Украину - стоило ужесточить кодекс, как люди сразу вышли на майдан
А тем временем в России вводят полицейских, которым дают огромные права - и все молчат

Нач. отдела, зам. руководителя, Люксембург
>Сколько из тех, кто остался, остались потому, что не могут уехать? По данным социологов, что-то около 60%. Вот те самые 40% остающихся, - если социологи не ошибаются, - и представляют основную ценность для будущего страны. А не те, кто съедет. >лучше умный враг, чем умственно неполноценный друг. У неполноценных и враги тоже неполноценные. Т.К. кому какое дело из полноценных до неполноценных ? Что в качестве друга, что в качестве врага ?
Консультант, Москва
ООН не ''прогнозирует'' а планирует сделать все, чтобы не ''исчезло'', а осталось 40млн. человек и гораздо ранее 2050 года. Статья носит характер программирования негативного развития событий для России, через актуализацию ''вымирания''. Но в отношении России всегда железобетонно действовало одно правило - Что посеешь, то и пожнешь. Русские дошли до Берлина, дойдут и до Тель-Авива если потребуется, а США к тому времени по прогнозам всех великих провидцев и само себя уничтожит. Вот вам прогноз Кейси-Ванги-Авеля, получше любого ООН. К 2050 году население России утроится, а территория прирастет Европой, Турцией и другими. Мы это знаем, а ''Вы'' готовьтесь, а не фантазируйте. Сообщение отредактировано модератором. Нарушение п.8 Декларации Сообщества. 8. Участники Сообщества должны воздерживаться от открытых недоброжелательных онлайновых высказываний и оскорблений по отношению как персонально к участникам Сообщества, так и к организациям. Недоброжелательные и оскорбительные высказывания в адрес организаторов и участников Сообщества могут служить поводом к исключению из Сообщества.
Нач. отдела, зам. руководителя, Москва

1.Какое отношение имеет профессор экономики к демографии?! Не лучше бы по этой теме и спросить кого-нибудь из РАН кто занимается демографией профессионально?!
2. Для чего эта статья? Ведь проблема численности населения для РФ важнейшая, а её оглупляют (сознательно?) сводя к разговорам на произвольную тему.

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Статью прочитали
Обсуждение статей
Все комментарии
Дискуссии
Все дискуссии
HR-новости
Россияне рассказали, что хотели бы получить в качестве корпоративного подарка

Какие подарки получают россияне от своих работодателей на Новый год и что они хотели бы на самом деле?

Большинство россиян готовы доверить найм и увольнение искусственному интеллекту

Россия попала в топ-5 стран, которые россияне считают продвинутыми в разработке искусственного интеллекта.

Подведены итоги премии IT HR AWARDS 2021

Сообщество IT HR AWARDS объединяет профессионалов, для которых важна созидательная среда, креатив, обмен идеями и желание развивать индустрию.

Каждый пятый россиянин надеется получить 13-ю зарплату в 2021 году

Более 40% опрошенных получают стимулирующую выплату ежегодно независимо от успехов по работе.