Геенна огненная. Рукотворная

Пылают леса от Воронежа до Югры. 50 жертв. Выгорели целые деревни. Без крова осталось свыше трех тысяч человек. В столице нечем дышать. Небо закрыто канцерогенным смогом. Таковы масштабы экологической катастрофы. Блогеры кроют власти матом. Причины бедствия не только в аномальной жаре, но и в чудовищных стратегических просчетах государственного менеджмента: российская бюрократическая машина нацелена на обслуживание интересов крупного лесного бизнеса, но не интересов общества. В свою очередь общество, не умеющее жить не по лжи, собирает «урожай»: деревенские погорельцы винят в трагедии горожан, не считающих нужным соблюдать противопожарные меры в лесах, и высказывают разочарование беспомощностью местных властей и огнеборцев. Пожары – плата за нашу подлость по отношение к родной земле. За привычку жить по принципу «человек человеку – волк». За то, что лес для нас – лишь «месторождение бревен». На вопросы Executive отвечают эксперты Всемирного фонда дикой природы (WWF).

Выкачали и ушли

Координатор проектов по лесной политике WWF, главный редактор журнала «Устойчивое лесопользование» Николай Шматков.

Еxecutive: Лесные пожары в России летом 2010 года: в чем проявляется фатальная неизбежность, а в чем – социальный фактор?

Николай Шматков: Фатальный фактор проявляется в том, что такой продолжительной жары за всю историю метеорологических наблюдений в России не было. Социальный выражается в недопустимо безалаберном отношении государства к лесу. Органы государственной власти не прислушались к голосу неправительственных организаций, таких как WWF и Greenpeace, предупреждавших, что отношение к лесным ресурсам должно быть иным. К сожалению, в российских властных кругах относятся к лесу как к месторождению нефти или газа: выкачали (собрали урожай) и ушли. Такое отношение базируется на ложном тезисе об обширности российских лесов. Да, российские леса обширны, но только небольшая их часть находится в зоне экономической доступности, коммерческие запасы древесины в таких лесах практически исчерпаны.

Еxecutive: В каком состоянии находится система государственной охраны лесов?

Н.Ш.: Разрушение государственной лесной охраны происходило в несколько этапов. До реформ была система наблюдательных пунктов и вышек для выявления пожаров на ранних стадиях, когда возгорания еще можно быстро потушить. Были сотрудники, специально обученные тушить лесные пожары. Разрушение началось в 1990-е годы, когда лесникам был поручен не только контроль над состоянием лесов, но и так называемые «рубки ухода», которые очень скоро превратились в «рубки дохода». В 2000 году Федеральное агентство лесного хозяйства потеряло независимый статус – сейчас оно превратилось в подразделение Минсельхоза. Одновременно шло сокращение штатов, например, не в самой лесной Астраханской области вместо 300 лесников сейчас имеется 11 инспекторов, причем, инспекторы работают в основном в кабинетах. В 2005 году наступил второй этап демонтажа системы. Новый Лесной кодекс, поспешно принятый в 2006 году, вообще не предусматривает наличие лесной охраны. Частично функции охраны лесов переданы МЧС, частично – региональным органам. Теперь сотрудники МЧС и военнослужащие проявляют героизм при тушении лесных пожаров, но им не хватает опыта работы в лесу. Недавно произошел одновременно грустный и анекдотический случай, когда в Шатурском районе пожарные заблудились в задымленном лесу, и их пришлось спасать. В результате «реформ» кадровый состав лесопожарной службы утерян.

Еxecutive: Какова роль нового Лесного кодекса России в экологической катастрофе?

Н.Ш.: Проект Лесного кодекса активно критиковали экологи, однако документ вступил в силу 1 января 2007. Главная идея кодекса – не охрана лесов, а их приватизация. Правда, идея приватизации лесов не прошла, в том числе благодаря сопротивлению российского общества. Кодекс – это инструмент конкурентной борьбы: он нацелен на вытеснение из лесного бизнеса мелких и средних компаний.

Еxecutive: В чьих интересах был принят новый Лесной кодекс?

Н.Ш.: Это не секрет: в интересах крупных лесозаготовительных и лесоперерабатывающих компаний.

Еxecutive: Какие уроки государству преподали лесные пожары?

Н.Ш.: Если российское государство не внесет изменения в свою лесную политику, пожары будут бушевать почти каждое лето. Прогнозы неутешительны. По причине глобального потепления (не будем сейчас обсуждать причины этого явления, речь не о нем) число крупных лесных пожаров во всем мире ежегодно возрастает, потому что температура летом в Северном полушарии становится все выше, а осадков выпадает все меньше. Затопление торфяников – это необходимая, но не исчерпывающая мера. По состоянию на сегодня из 400 пожаров только 30 – торфяные, остальные – лесные. Торфяные пожары доставляют много хлопот жителям Московской и Владимирской областей, но торфяники – не самое большое зло. Куда опаснее пожары в лесах Брянской и Калужской областей – эти территории частично входят в зону поражения после аварии на Чернобыльской АЭС. Пожары в этих районах могут привести к тому, что в воздух поднимутся радиоактивные материалы, ныне находящиеся в почве и в древесине.

Еxecutive: Кто кому противостоит в Химкинском лесу?

Н.Ш.: В Химкинском лесу столкнулись интересы крупного бизнеса и гражданского общества. Ни одна экологическая организация не возражает против строительства нового шоссе Москва – Санкт-Петербург, существует несколько вариантов прокладки трассы. Но для строительства магистрали совершенно не обязательно торопливо, по-воровски вырубать лес в зоне строительства.

Еxecutive: Есть ли связь между лесными пожарами и наличием или отсутствием в России гражданского общества?

Н.Ш.: Это – звенья одной цепи. Гражданское общество в России есть – я имею в виду экологические организации. Другое дело, что власти предпочитают не слышать голос этих организаций, которые с 2006 года пытаются повлиять на политику государства в отношении лесов. Если бы нас услышали, возможно, катастрофических последствий лета 2010 года удалось бы избежать.

Маразм вместо защиты

Координатор лесных программ WWF в Алтае-Саянском экорегионе, кандидат биологических наук (лесоведение) Александр Брюханов.

Еxecutive: Какова статистика жертв лесных пожаров в России и в зарубежных странах? Кто гибнет в огне – обыватели или пожарные?

Александр Брюханов: Обыватели гибнут и в России, и за рубежом. Например, в Австралии от лесных пожаров в 2009 году погиб 131 человек. Подавляющее большинство жертв – обычные люди, не пожарные. В основном задыхаются от дыма. Сколько ежегодно умирает людей в России от природных пожаров – неизвестно, потому что такая статистика просто не ведется. Ни МЧС, ни Минприроды, ни МВД, ни другими нашими ведомствами.

Еxecutive: Какова роль местной власти в предотвращении пожаров: в чем отличие РФ от других стран, обладающих лесными ресурсами?

А.Б.: Проблема в том, что в России в отличие от многих стран, все средства, собранные за то или иное пользование лесом (налоги, пошлины, подати) в обязательном порядке перекачиваются в центр, в Москву, и только после этого частично возвращаются на места. В США или Канаде подавляющая часть «лесных средств» остается на уровне штата или округа. У нас регионы получают только часть денег в виде субвенций, иногда со значительной задержкой, поэтому на местах не всегда есть возможность оперативно подготовиться к пожароопасному сезону – приобрести технику, экипировку, запастись топливом и т.д. К тому же в России финансовые процедуры очень забюрократизированы…

Еxecutive: Чем отличается финансирование лесопожарных мероприятий в РФ и за рубежом?

А.Б.: Прежде всего – объемами. В Канаде ежегодно тратится на предотвращение лесных пожаров не менее $1 млрд, в США – $2-2,5 млрд. В России в 2010 году – 2,2 млрд… рублей! Соответственно, несмотря на то, что площадь лесов у нас больше чем в Канаде, а тем более в США, государство в нашей стране затрачивает на мониторинг, профилактику и борьбу с природными пожарами в 30 раз меньшее количество средств, чем страны Северной Америки. Проблема еще и в том, как устроены денежные потоки, об этом я говорил, отвечая на предыдущий вопрос.

Еxecutive: Техническая оснащенность пожарных служб в РФ и в других странах: есть различия?

А.Б.: Глобальные. Во многие российские лесничества лесопожарная техника не поступала по 15-20 лет. Арендаторы лесов не спешат выкладывать свои кровные на закупку противопожарной техники. У МЧС тоже не все хорошо. В ведомстве практически нет специальных лесопожарных машин. Как показывает практика, обычные автомобили, даже на полноприводных шасси, мало приспособлены для тушения лесных пожаров. Лесопожарные автомобили, работающие в условиях бездорожья, в обязательном порядке должны иметь повышенный дорожный просвет, оснащаться лебедками. Кроме того, им нужны качественные средства связи, обеспечивающие бесперебойный обмен информацией между подразделениями на расстоянии в десятки километров. Обязательным требованием для лесопожарных автомобилей является наличие дополнительного топливного бака для увеличения автономного запаса хода.

Еxecutive: А как обстоит дело с лесопожарной авиацией?

А.Б.: Поддержка с воздуха наземных сил также оставляет желать лучшего. Например, несколько лет назад МЧС планировало закупить к 2007 году семь самолетов Бе-200. Сейчас 2010 год, а в парке МЧС только четыре таких машины. Общее количество специализированных самолетов-авиатанкеров (Бе-12, Бе-200, ИЛ-76ТД) в России не превышает десяти единиц. Для сравнения: в США их более 150, в Канаде – более 120, и даже в небольшой по территории Франции, где лесов-то практически не осталось, и то есть 30 летающих танкеров. С вертолетами ситуация примерно такая же. Дополнительные комментарии, думаю, излишни. Еще 20 лет назад налет сил Авиалесоохраны составлял 150 тыс. часов ежегодно, пожары тушились на минимальных площадях. Сейчас налет составляет 15-20 тыс. часов. Для сравнения: в США этот показатель – 300-350 тыс. летных часов ежегодно, в Канаде – 170 тыс. часов, в Греции – 70 тыс. Проблема и в том, как используется авиационная техника. Очень часто по российскому телевидению показывают, как громадным Ил-76 пытаются потушить торфяной пожар. Это же просто маразм! Как можно с воздуха потушить пожар, тлеющий под землей? 40 тонн воды, которые сбрасываются с самолета на торфяник и которые доходят до него в виде легкого пара, это – капля в море, которая никак не сдержит огонь. Гораздо эффективней и дешевле тушить торфяники путем перекачки воды с помощью мобильных полевых трубопроводов.

Еxecutive: Какую роль играют страховые компании в предотвращении лесных пожаров в России?

А.Б. Никакую. В России не страхуют лес.

Фото: pixabay.com

+1825 Андрей Семёркин Креативный директор, Москва 09 августа 2010, 21:57

В редакцию Е-хе поступили ответы на вопросы от руководителя лесной программы Greenpeace Алексея Ярошенко Поскольку мы получили ответы несколько позже, чем ожидали, опубликовать в контентой части уже не можем. Публикуем в форуме. Е-xecutive: Лесные пожары в России летом 2010 года: в чем проявляется фатальная неизбежность, а в чем - социальный фактор? Алексей Ярошенко: Никакой фатальной неизбежности нет. Жара и засуха лишь создали предпосылки для развития пожарной катастрофы в лесах Европейской России, но сама катастрофа - исключительно дело рук человеческих. Причин катастрофы несколько. Главная - это реформы системы управления лесным хозяйством, проводившиеся на протяжении последнего десятилетия, и в первую очередь - принятие нового Лесного кодекса в 2006 году. В результате этих реформ была полностью уничтожена государственная лесная охрана. Лесников, которые раньше отвечали за конкретные участки леса (обходы), могли своевременно обнаружить лесной пожар и приступить к его тушению на ранней стадии, больше нет. Теперь есть ''должностные лица, осуществляющие государственный пожарный надзор в лесах'' - это работники лесничеств, которые смертельно замучены всевозможной бюрократической работой (по результатам нашего выборочного опроса, писание всевозможных ''бумаг'' занимает у них в среднем около 76% рабочего времени). А общее количество людей, занятых в органах лесного хозяйства, с 2006 года сократилось примерно вчетверо. В общем, когда начинает сильно гореть - сил на тушение всех пожаров оказывается совершенно недостаточно. Вторая причина состоит в ''децентрализации'' системы авиационной охраны лесов от пожаров. До нового Лесного кодекса действовала единая федеральная структура - ФГУ ''Авиалесоохрана'' с многочисленными филиалами, которая была способна оперативно (обычно в течение суток) перебрасывать специалистов и технику из негорящих регионов в горящие (всегда одни регионы страны горят сильнее, другие - слабее). Сейчас она разбита на множество региональных структур, многие из которых загибаются от нищеты. Оперативная переброска сил между регионами сейчас практически невозможна, дополнительные специалисты прибывают в сильно горящие регионы уже тогда, когда ситуация выходит из-под контроля. Третья причина - обычное недофинансирование. В 2010 году на борьбу с лесными пожарами органы управления лесами субъектов РФ получили из федерального бюджета 2,2 млрд. рублей, в то время как нормальная потребность (в средний год, с учетом необходимости обновления техники) составляет около 30-50 млрд. рублей. Четвертая причина - отсутствие авторитета власти в целом. Региональные власти пытаются вводить запреты на посещение лесов гражданами, но люди просто откровенно плюют на эти запреты (даже если узнают о них). Этому во многом способствует то, что запреты на практике действуют избирательно - ''своим'' можно, остальным нельзя. Е-xecutive: Статистика жертв и статистика материального ущерба от лесных пожаров в РФ и в других странах: о чем она говорит? А.Я.: На самом деле и пожарные, и обыватели гибнут и тут, и там, разница не качественная, а количественная. Но действительно - у нас доля жертв среди гражданского населения значительно больше. У нас ситуация с лесными пожарами вышла из-под контроля, и во многих случаях людям, живущим в лесных поселках, приходится полагаться исключительно на свои силы. Тысячи населенных пунктов находятся вне зоны доступности для государственной пожарной охраны - пока пожарные добираются до места пожара, все уже успевает сгореть. При этом у нас в принципе отсутствует в стране система подготовки добровольных пожарных, способных отстаивать свои населенные пункты и бороться с пожарами на природных территориях самостоятельно. То есть люди вынуждены бороться с лесными пожарами сами, но при этом у них нет ни необходимого оборудования, ни необходимого опыта тушения пожаров. Отсюда и жертвы. Е-xecutive: Новый лесной кодекс РФ, упразднение лесхозов в 2007 году: как эти обстоятельства повлияли на ситуацию с пожарами в 2010 году? А.Я.: Принятие нового Лесного кодекса РФ и реформа лесхозов в 2007 году - это главная причина нынешней пожарной катастрофы, поскольку лес в результате стал практически бесхозным, беспризорным. В реальности своевременно выявлять и тушить лесные пожары, пока это еще можно сделать малыми силами, сейчас просто некому. Е-xecutive: В чьих интересах был принят лесной кодекс в 2007 году? Кто оббировал его принятие? А.Я.: На этот вопрос очень трудно ответить, поскольку принятие нового Лесного кодекса растянулось на несколько лет, и в реальности на разных этапах его лоббировали разные заинтересованные стороны. Изначально главным лоббистом нового кодекса был крупный лесной бизнес, желавший получить леса в собственность для повышения капитализации своих компаний. Но на более поздних этапах, когда кодекс уже готовился к внесению в Государственную Думу и потом рассматривался самой Думой, процесс стал самодостаточным, превратился в ''имитацию кипучей деятельности''. Думаю, что достигнутый результат не устраивает никого из лоббистов, изначально добивавшихся принятия нового Лесного кодекса. Е-xecutive: Какова роль местной власти в предотвращении пожаров: в чем отличие РФ от США или ЕС? А.Я.: Роль местной власти в предотвращении именно лесных пожаров в России - никакая. Действующим лесным законодательством местная власть (муниципалитеты) почти полностью отстранена от участия в лесных отношениях, прав у нее не больше, чем у простых граждан. Муниципальные власти могут обеспечить пожарную безопасность самого населенного пункта настолько, насколько это можно сделать в пределах границ населенного пункта, и насколько на это хватает денег (которых у муниципалов, как правило, просто нет). Но обеспечить безопасность своих населенных пунктов от наступающих крупных лесных пожаров муниципальные власти практически не могут. Е-xecutive: Финансирование противопожарных мероприятий в РФ и в США/ ЕС: в чем отличие? А.Я.: Прежде всего в размере. Финансирование противопожарных мероприятий в США и ЕС с одной стороны, и в Российской Федерации - с другой стороны, отличается примерно на порядок. Но правильнее было бы сравнивать Россию с Канадой, поскольку природные условия в этих странах очень похожи. В Канаде система борьбы с лесными пожарами отнюдь не безупречна, но на нее уходит порядка миллиарда канадских долларов в год. В России в 2010 году на борьбу с лесными пожарами из федерального бюджета выделено 2,2 миллиарда рублей (при том, что площадь лесов у нас существенно больше, чем в Канаде). Второе больше отличие в том, что ни в США, ни в Евросоюзе, ни в Канаде нет федерального закона от 21 июля 2005 г. No. 94-ФЗ ''О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд'' и ряда документов, принятых правительством в его развитии. Федеральный закон от 21 июля 2005 г. No. 94-ФЗ ''О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд'' практически не дает возможностей для оценки профессионализма организации, берущейся за тушение пожаров, при размещении государственного заказа. В сочетании с рядом отягчающих обстоятельств (например, поздним получением ''лесных'' субвенций субъектами РФ) закон не позволяет провести процедуры размещения заказа своевременно, так, чтобы без суеты определить к началу пожароопасного сезона, кто будет тушить лесные пожары в текущем году. Южным регионам хуже всего - у них пожароопасный сезон начинается рано (в феврале или марте), и своевременно разместить заказ на их тушение они практически не могут. Распоряжение Правительства РФ от 27 февраля 2008 г. No. 236-р, устанавливающее перечень товаров (работ, услуг), размещение заказов на поставки (выполнение, оказание) которых осуществляется путем проведения аукциона, и вовсе лишает органы государственной власти субъектов РФ оценивать профессионализм того, с кем должен быть заключен контракт на тушение лесных пожаров. В соответствии с этим распоряжением, государственный заказ на ''услуги для лесоводства и лесозаготовок'' (в которые входит и тушение лесных пожаров) должен размещаться только через аукцион. А аукцион в принципе не подразумевает возможность оценки чьего бы то ни было профессионализма - его результат зависит только от предложенной цены (а ''отсекать'' от участия в аукционе непрофессионалов не позволяет закон 94-ФЗ). В других перечисленных странах таких проблем и в помине нет. Е-xecutive: Техническая оснащенность противопожарных служб в РФ и в США/ EC: есть отличия? А.Я.: Сейчас - есть. Каких-то двадцать лет назад техническая оснащенность лесных противопожарных служб в СССР, США и Европе находилась примерно на одном уровне, но с тех пор ''у них'' происходило существенное улучшение технической оснащенности, ''у нас'' - наоборот. Во многом работники лесного хозяйства в России до сих пор пользуются противопожарным оборудованием, приобретенным еще в советское время или в 90-е годы. За последние несколько лет противопожарное оборудование в лесохозяйственных организациях, за редкими исключениями, почти не обновлялось. На уровне демонстрационных образцов в России и сейчас есть самое современное противопожарное оборудование, как в МЧС, так и в лесном хозяйстве. Но в части массового обеспечения органов пожарной охраны и лесохозяйственных организаций противопожарным оборудованием мы недалеко ушли от 80-х г.г., с поправкой на то, что значительная часть оборудования обветшала и износилась. Е-xecutive: Какова роль экологического образования в РФ в предотвращении пожаров и других стихийных бедствий? В РФ есть экологическое образование? Роль экологического образования в РФ в предотвращении лесных пожаров минимальна. К сожалению, в школах серьезного внимания вопросам профилактики пожаров на природных территориях не уделяется достаточного внимания. Более того, нам приходилось сталкиваться с обратным - когда школьников по просьбам сельхозпредприятий снимали с уроков и отправляли поджигать солому на полях, чтобы потом их (поля) было легче обрабатывать (а от палов сухой травы и стерни происходит значительное количество лесных и торфяных пожаров). Раньше, вплоть до середины ''нулевых'', лесхозы и лесничества уделяли значительное внимание профилактической работе с населением, в том числе со школьниками, в части предотвращения лесных пожаров - например, проводили в школах специальные занятия, разъясняли правила пожарной безопасности в лесах. Сейчас этим практически никто не занимается. Насчет того, есть ли в РФ экологическое образование. Да, на уровне отдельных показательных примеров - есть, но оно не является массовым и в масштабах страны погоды не делает. Е-xecutive: Есть ли связь между лесными пожарами и отсутствием гражданского общества в России? Конечно, есть. Хотя бы потому, что если бы у нас было развитое гражданское общество - мы бы не получили такого лесного законодательства, которое имеем сейчас. Е-xecutive: Кто кому противостоит в Химкинском лесу? Какие социальные группы каким социальным группам? А.Я.: Это очень большой вопрос, рекомендую взять ответ отсюда (текст написан мной): http://www.forestforum.ru/viewtopic.php?f=9&t=7400 Е-xecutive: Ваш прогноз пожарной ситуации в российских лесах на август 2010? А.Я.: К сожалению, прогноз крайне неблагоприятный. Торфяники точно будут гореть до осени - потушить их имеющимися силами уже невозможно, это надо было делать раньше, так что задымление центральных регионов Европейской России будет сохраняться, усиливаясь или ослабевая в зависимости от дождей и ветра. Леса будут гореть до начала сильных дождей. К сожалению, могут начаться сильные пожары и в Сибири и на юге Дальнего Востока - сейчас там обстановка с пожарами относительно спокойная. В общем, август в лесах России точно будет беспокойным.