Управленческие «фишки» режиссеров

Галина Жукова

Часть 1

Получила особенное удовольствие от разглядывания деталей с управленческой точки зрения в книге К. С. Станиславского «Моя жизнь в искусстве». Решила поделиться этим удовольствием и с вами, уважаемые коллеги.

Предисловие к тому изданию, которое оказалось у меня в руках, написала Татьяна Доронина. Она рассказала об одном очень интересном эпизоде из жизни Станиславского, но я хочу обсудить не этот эпизод (хотя он стоит того, и возможно, в другой раз мы это сделаем), а сравнение этого эпизода со сценой в «Гамлете».

Гамлет предлагает Розенкранцу: «Сыграйте на флейте. Это так просто. У нее такой нежный звук!» Розенкранц в ответ: «Я не смогу, принц! Я не умею играть!» И тогда Гамлет с душевной горечью: «Каким же ничтожеством я кажусь вам, если вы хотите играть на МНЕ!»

Я не думаю, что Шекспир имел в виду менеджеров, когда писал эту сцену. Но ведь мы-то можем увидеть, что это и к нам, управленцам, напрямую относится! Управление людьми – искусство ничуть не менее легкое, чем игра на флейте. А тратим ли мы на изучение и освоение этого искусства столько же времени и сил, сколько тратят лучшие музыканты на освоение искусства игры на своем инструменте? Только честно?

На этот риторический вопрос, конечно же, каждый сам ответит себе так, как может. А пока давайте попробуем хотя бы чуть-чуть еще продвинуться в своем искусстве управления с помощью К. С. Станиславского (будем анализировать эпизод из его книги) и В. К. Тарасова (анализировать будем на основе его концепции управления). Так как я являюсь лицензиатом В. Тарасова с 2003 и работаю по его технологиям, то мне удобно рассмотрение именно под этим углом зрения.

Итак, начнем. Станиславский рассказывает об одном из западных режиссеров, за работой которого ему удалось понаблюдать и чему-то научиться. Давайте попробуем сделать то же самое и мы. Сначала эпизод целиком, потом - разбор «по косточкам».

«Кронек – гроза актеров – вне репетиций и спектакля был в самых простых, товарищеских отношениях даже с третьестепенными персонажами труппы. Он как будто даже кокетничал этой простотой с низшими. Но с начала репетиции, после того как Кронек садился на свое режиссерское место, он перерождался. Молча сидел он, ожидая, чтобы стрелка часов подошла к назначенному для репетиции часу. Тогда он брал большой колокольчик со зловещим низким звуком и объявлял бесстрастным голосом: «Аnfangen». (Начинаем – нем.) Сразу все затихало, и актеры тоже перерождались. Репетиция начиналась без задержек и шла, не прерываясь до тех пор, пока вновь не раздавался зловещий звонок, после чего бесстрастный голос режиссера делал свои замечания. А потом опять фатальный «Аnfangen» - и репетиция продолжалась.

Но вот неожиданно остановка, замешательство. Актеры шептались, помощники режиссера метались по сцене. По-видимому, что-то случилось. Оказывается, что один из исполнителей опоздал, и его монолог приходилось пропустить. Помощник режиссера объявил об этом Кронеку и ждал распоряжений, стоя у суфлерской будки. Все замерли. Кронек истомил всех паузой. Она казалась бесконечно долгой. Кронек думал, решал. Все ждали приговора. И наконец режиссер изрек:

- Роль опоздавшего артиста Х. в течение всех московских гастролей будет играть артист Y., а артиста Х. а назначаю в народные сцены управлять самой последней группой статистов, сзади.

И репетиция пошла дальше с заменой провинившегося артиста дублером».

Итак, Кронек – гроза актеров. Каковы характеристики грозы? Ударит молнией – в кого и когда неизвестно, но ударит точно. Гроза вызывает уважение и страх. Еще Макиавелли говорил, что если выбирать между любовью и страхом подчиненных, то страх надежнее. Но страх нужен не вообще, должна быть четкая грань между страхом и бесстрашием. Должно быть страшно не выполнить свой долг, и не страшно – работать на совесть. Мы не будем сейчас развивать эту тему, просто отметим для себя, что неплохо бы уметь становиться грозой. Когда надо.

При этом всегда быть грозой совершенно не нужно – вне репетиций Кронек в простых товарищеских отношениях со всеми. Здесь мы видим замечательное умение, которого часто не хватает именно российскому менеджеру, - умение разделять свои роли. Здесь мы товарищи, здесь чай пьем, а здесь я руководитель, мы работу работаем, и извольте быть полностью в своей роли подчиненного, сотрудника, иначе может грянуть гром. Упрощает этот переход некий ритуал – Кронек садится на свое режиссерское место и звонит в колокольчик. Это четкий сигнал смены ролей и правил взаимоотношений в этих ролях. «От звонка до звонка» - никаких приятельских штучек. Актеры это знали – и тоже перерождались.

Позволительный уровень отклонения от порядка всегда задает сам руководитель. Кронек молча ждет, когда стрелка часов подойдет ровно к назначенному часу. И опять ритуал: звонок колокольчика, который возвещает не только смену ролей, но и ценность уважения ко времени, к точности и пунктуальности - тем, что звонит точно вовремя, и не раньше на пару минут (ну раз все собрались, давайте начнем…), и не позже (ну что, кого еще ждем?). И отклонение от порядка составляет 5-10 секунд. А не 15-20 минут.

Бесстрастность голоса тоже важна. Особенно в том момент, когда делаются замечания. В чем разница – делать замечания с эмоцией или без? Можно много об этом рассуждать, предложу упрощенную схему: когда мы делаем замечание, надо четко разделить личность и поведение. Мы делаем замечание не человеку, а его конкретным действиям. А эмоции будут уже относиться к человеку. Есть примерно такая формула ведения переговоров – мягкость по отношению к человеку и твердость по отношению к позиции. Если ее переформулировать, то получится – эмоции по отношению к человеку и бесстрастность, голая логика по отношению к его поведению. Отсутствие эмоций в процессе делания замечаний как раз и говорит о том, что замечания относятся только к тому, что и как человек делает, и ни в коей мере не к его личности. И тогда проще становится все обсуждать – обид не возникает, и других эмоций тоже. Руководитель просто их не порождает. Для надежности при разборе ошибок подчиненного можно даже сделать стандартный «сэндвич»:

- положительная эмоция по отношению к человеку (ты хороший человек);

- без эмоций четкий разбор поведения (твои действия такие-то и такие-то не подходят к данной ситуации, ведут к таким-то последствиям, измени эти свои действия);

- положительная эмоция по отношению к человеку (ты хороший человек);

Это, конечно, годится в ситуации стандартного разбора ошибок, когда претензий к личности, к каким-то качествам (лени, любопытству, гордыни и пр.) действительно нет. Правда, это тоже упрощенный подход. Путь усложнения лежит в сторону разделения ролей – руководитель и Учитель. Когда руководитель играет роль Учителя, тогда он помогает разобраться человеку в том, какие именно качества, какое моральное несовершенство приводит к ошибке. А в основе любой ошибки в поведении – моральные причины (поленился, позавидовал, понадеялся на авось и пр.). Поэтому если есть ошибки в поведении, то не может не быть «ошибок», «пустого» в личности. Но обсуждать это возможно из роли Учителя. Руководитель не может наказывать за недостатки личности, а только за ошибки в поведении, да и то только в рабочих ситуациях.

Дальше. Происходит ЧП. Для данного коллектива, с данным руководителем это действительно ЧП: сотрудник опоздал. Это видно по реакции коллектива – помощники метаются по сцене. Сообщили о случившемся Кронеку. Как бы вы поступили в такой ситуации?

Кронек действует профессионально. Он держит паузу. Умение держать паузу для руководителей - не менее важное умение, чем для актеров. Он «истомил всех паузой». Это тоже наказание, согласитесь. Всему коллективу, который допускает в своих рядах такое безобразие. Все ждут «приговора». То есть никто не сомневается, что наказание неминуемо. Ваши подчиненные на 100% уверены, что будут наказаны всегда, когда этого заслуживают? Коллектив Кронека уверен.

Далее следует вполне логичное (хотя достаточно строгое, согласитесь) наказание – лишение роли на все гастроли. Но без томительной паузы этот «приговор» был бы не так весом и прочувствован всеми остальными артистами.

Кстати, а как еще мог наказать опоздавшего актера Кронек? И для любого опоздавшего актера он выбрал бы именно такое наказание, или он выбирал индивидуально: что окажется именно для этого человека реальным и полезным наказанием? И какая у него палитра наказаний в принципе? Какова высшая мера наказания в его арсенале? Мы об этом, к сожалению, не знаем, можем только догадываться. Может быть, увольнение из труппы? За какие проступки применялось увольнение? И что сильнее подействовало бы на опоздавшего – увольнение или позор лишения роли и «ссылка» на самый задний план? Ведь придется долго жить с этим фактом и при большом количестве свидетелей. Кто-то, может, и посочувствует, но найдутся и насмешники.

А какая у вас высшая мера наказания подчиненных? Не та, о которой вы фантазировали, а та, которую вы реально применяли? Не зная своей высшей меры, сложно строить остальную линейку санкций. Непонятно – какие на ней будут деления? Эту темы мы еще когда-нибудь будем развивать. А пока двинемся дальше.

Следующий фрагмент про Кронека. Но разберем его в деталях мы уже в следующий раз.

В другой раз Кронек, после шиллеровских «Разбойников», производил расправу. Дело в том, что один из его помощников, по-видимому, легкомысленный молодой человек, опоздал выпустить на сцену группу статистов. По окончании спектакля Кронек подозвал провинившегося и стал в мягких тонах упрекать своего помощника, но тот шутливо оправдывался.

- Herr Schulz, - обратился Кронек к случайно проходившему мимо простому немецкому рабочему из труппы, - скажите, пожалуйста, при каких словах в таком-то акте сцены выходит слева группа разбойников?

Рабочий продекламировал с пафосом целый монолог, стараясь выказать свои артистические способности. Кронек одобрительно потрепал его по плечу, и, обратившись к своему легкомысленному помощнику, сказал ему очень внушительно:

- Это – простой рабочий. А вы – режиссер и мой помощник! Стыдитесь! Пфуй!

Расскажите коллегам:
Эта публикация была размещена на предыдущей версии сайта и перенесена на нынешнюю версию. После переноса некоторые элементы публикации могут отражаться некорректно. Если вы заметили погрешности верстки, сообщите, пожалуйста, по адресу correct@e-xecutive.ru
Комментарии
Участники дискуссии: Сергей Норкин, Виктория Белова
Адм. директор, Москва

''..А какая у вас высшая мера наказания подчиненных? Не та, о которой вы фантазировали, а та, которую вы реально применяли? Не зная своей высшей меры, сложно строить остальную линейку санкций. Непонятно – какие на ней будут деления? ...''

Когда работаешь с репетицией - можно составить шкалу. А когда работаешь ''с листа'' - ''минер ошибается один раз, и всегда впервые...''

Менеджер, Москва

''Кронек истомил всех паузой. Она казалась бесконечно долгой. Кронек думал, решал. Все ждали приговора... ..'' ДА, знаменитая пауза Станиславского - это один из видов абсолютно легального оружия в любых переговорах. Наш босс с самого начала работы с ним научил меня делать такую паузу, - всегда, -
прежде чем называть цену.
Все понимают,что цена 150 раз просчитана заранее, что мы уже готовы дать обоснование цены, но пауза говорит клиенту, что
Мы на его стороне, мы чувствуем тоже самое, что он.чувствует в этот момент, и так мы вместе почтим минутой молчания то время, когда цена была.гораздо ниже. Спасибо за статью, очень достойно и полезно.

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Статью прочитали
Обсуждение статей
Все комментарии
Дискуссии
Все дискуссии
HR-новости
Forbes опубликовал рейтинг лучших работодателей России

Forbes учитывал не только соцпакет, средние зарплаты и условия труда, но и экологический след компаний и их влияние на общество.

Опубликован рейтинг самых переоцененных профессий

Футболисты не на первом месте.

В Петербурге перенесли введение QR-кодов для кафе и отелей с 1 декабря на 27 декабря

Также власти планируют ввести дополнительные ограничения с 27 декабря до 9 января.

Россияне рассказали, что хотели бы получить в качестве корпоративного подарка

Какие подарки получают россияне от своих работодателей на Новый год и что они хотели бы на самом деле?