Финансовый рынок России: к чему приведет тотальная цифровизация

Глобализация, стирающая границы национальных экономик, проявляет себя и в формировании единого финансового пространства. Подтверждений тому, что финансовый мир движется именно в эту сторону, с каждым днем становится все больше. В одних случаях речь идет об очередном межгосударственном финтех-проекте на корпоративном уровне. В других – о структурных сдвигах в континентальном и мировом масштабе. Например, как в Евросоюзе, где на наших глазах формируется единое регулирование для субъектов альтернативного кредитования: P2P и краудфандинга. Еще более показательный европейский пример – проект развития трансграничного open banking (после принятия директивы PSD, а с недавнего времени – и PSD2). Сущность перемен едина: укрупнение, синтез, унификация финансовых процессов.

Этот тренд проявлен и в рамках национальных границ. Показателен пример Индии, одной из наиболее продвинутых в этом смысле стран. Для удобного доступа граждан к широкому спектру услуг здесь запущена единая государственная идентификационная система AADHAAR. Для беспрепятственной программной API-состыковки разрозненных сервисов, в том числе правительственных, работает национальный цифровой хаб IndiaStack. Есть единая платформа для межбанковских переводов с помощью мобильных устройств UPI.

Похожие примеры все чаще появляются и в других развитых и развивающихся странах. Россия – не исключение. При этом локальная скорость развития «универсального» тренда, согласно последним рыночным сигналам, может быстро приблизить отечественный финансовый сектор к мировым лидерам.

Финтех-ответ по-русски

Удаленная идентификация банковских клиентов, согласно Федеральному закону № 482-ФЗ от 31 декабря 2017 года – первый из таких сигналов. Уже с 1 июля россияне получают возможность прийти в банк (в перспективе – любой), чтобы зарегистрировать там образцы своих фото и голоса. Этого будет достаточно, чтобы в дальнейшем получать финансовые услуги и в других банках без их посещения. Пока речь идет о переводах между личными счетами или открытии мелких депозитов, но со временем диапазон услуг обещает расшириться вплоть до возможности удаленного получения ипотечного кредита.

В основу новшества легло использование ЕСИА – Единой системы идентификации и аутентификации, уже применяющейся, в частности, для регистрации граждан на портале государственных услуг. Ее дополнила новая ЕБС – Единая биометрическая система, где будут храниться и сравниваться цифровые аудиовизуальные «слепки». Этот шаг в сторону единого национального клиентского digital-пространства – прорывной сам по себе – усиливается другой инновацией. В октябре 2017 года Центробанк предложил консолидировать ныне разрозненные данные бюро кредитных историй и расширить источники данных для них.

К имеющимся информационным поставщикам – финансовым организациям и, в редких случаях, жилищно-коммунальным предприятиям – могут добавиться федеральные органы: Пенсионный фонд, налоговая служба, ФССП, ГИБДД, Росреестр, предприятия по оказанию коммерческих услуг – например, страховые компании, арендодатели, службы проката и альтернативные базы данных сотовых и интернет-операторов, соцсетей, поисковых и платежных систем... Все это делается с прицелом не только и не столько на улучшение качества данных кредитных историй, хранящихся в бюро кредитных историй, но и на повсеместное внедрение в отечественную финансовую практику адекватного расчета показателя долговой нагрузки заемщиков. Единое информационное пространство в этом смысле – базовый вариант осуществления задуманного, о чем говорится в документе ЦБ, опубликованном в октябре 2017 года.

В России появится маркетплейс

И на этом еще не все. Центробанк собирается агрегировать массив имеющегося в стране финансового предложения, включая банки, микрофинансовые организации, страховые компании на едином онлайн-маркетплейсе с клиентским доступом через ЕБС. Этот проект начнет развиваться уже в начале 2019 года, а заработает в 2020 году.

Наконец, еще одна инициатива ЦБ – система быстрых платежей – должна стать завершающим штрихом нового национального финансового пейзажа.

Таким образом, в перспективе уже в ближайшие два-три года мы получаем полноценное единое цифровое национальное финансовое пространство, с многочисленными внутренними узлами состыковки клиента, бизнеса и государства. Первый в итоге получает возможность комфортно и оперативно получать любые финансовые продукты. Организации – адекватно оценивать и быстро удовлетворять заявки. Регулятор – контролировать заботу государства о поддержании должного уровня благосостояния населения (согласно п.п. «а» и «б» п. 3 поручения Президента РФ от 28 декабря 2016 № Пр-2563), следя за уровнем его долговой нагрузки.

Что ждет микрофинансовые организации?

Все упомянутые проекты не оставляют в стороне и микрофинансовые организации. Более того, их непосредственное участие, как, например, в случае с «маркетплейсом» оговаривается уже на первом этапе. Таким образом, новый облик унифицированной национальной финансовой системы сформируется и с участием МФО.

Однако нет сомнений, что бизнес МФО в связи с этим изменится. С одной стороны, внедрение в обязательную практику учета показателей долговой нагрузки заемщиков PTI и DTI будет «давить» на прирост объема выдаваемых займов. На этот уровень влияет вес уже имеющейся нагрузки, в частности, в форме ограничения количества займов в одни руки и пролонгаций договоров. Также на бизнес окажет воздействие и ожидаемое в скором будущем очередное снижение «потолка» процентов, суммы PDL-микрозаймов (от англ. pay day loans, займы до зарплаты).

К тому же, многие микрофинансовые компании рискуют потерять в маржинальности и за счет усиления конкурентного фактора: хотя бы из-за прямого соседства финансовых предложений на маркетплейсе и возможного сближения по ряду продуктов (installment loans, кредитование бизнеса) с банками.

С другой же – спрос населения на заемные средства меньше не становится. Да, возможно, он будет переформатирован: те же займы «до зарплаты» снизят свою значимость в пользу более «длинных» финансовых продуктов, а сотрудничество клиента с одной организацией перераспределится на несколько альтернативных вариантов, в том числе в разных финансовых секторах – банки, МФО, кредитные кооперативы и др. Так или иначе, спрос должен встречать адекватный уровень предложения. А спрос, стимулируемый увеличением потенциального комфорта, скорости и клиентской выгоды, в том числе за счет усиления конкуренции, – тем более. Поэтому показатель долговой нагрузки не должен стать кардинальным препятствием для доступа к единому финансовому рынку для российских заемщиков, пусть и за счет перераспределения этой нагрузки с текущего состояния на более долгосрочную перспективу.

Лишится ли заемщик МФО возможности «перехватить» до зарплаты с учетом потенциального «удлинения» займов? Нет. PDL-сегмент в обозримом будущем останется исключительно микрофинансовой вотчиной, банкам он неинтересен. И даже пусть снижающийся уровень маржинальности заставит уйти из него большинство компаний, единицы крупнейших и наиболее опытных PDL-игроков останутся. Стимулировать их будет перераспределение в их пользу аудитории заемщиков, снижение уровня просроченных и дефолтных займов за счет использования данных единой клиентской базы, упрощение процедуры получения займов, что приведет к увеличению спроса.

Крайне вероятное последствие участия МФО в «финансовой универсализации» – мощное сжатие микрофинансового рынка. Главная причина – единое финансовое пространство подразумевает онлайн-воплощение. Микрокредитные компании, не имеющие права доступа к нему в качестве прямого канала работы с заемщиками, с каждым годом и месяцем становления цифровой финансовой сферы будут отставать от текущих технологически-бытовых реалий все больше.

Это, в свою очередь, обещает проявиться и в постепенном оттоке клиентской аудитории: сохранить за собой они смогут лишь наиболее консервативный сегмент заемщиков. Но и онлайн-компании, с учетом усиления конкурентного фактора, в том числе в противостоянии с банками, должны настроиться на гораздо более серьезную рыночную борьбу.

Остающиеся «в игре» компании однозначно будут способны существенно улучшить свои рыночные позиции. И этот факт однозначно будет позитивным с точки зрения клиента. Выгода, удобство, скорость использования финансовых продуктов при их широком диапазоне в большинстве конкретных случаев окажутся для него прямыми следствиями данного процесса.