Российские вузы: как не превратиться в образовательную провинцию

Почему российское высшее образование не котируется в западных рейтингах? Как вузам распорядиться своим «советским наследством»? Почему многолетние традиции являются стопором прогресса? Насколько мы отстали от Гарварда, и сложилась ли в России прослойка вузов «нового поколения» – исследовательских вузов? Об этом Executive.ru побеседовал с Исаком Фруминым, научным руководителем Института развития образования НИУ «Высшая школа экономики».

Executive.ru: Российские вузы стараются, но никак не попадут в международные рейтинги. Что, на ваш взгляд, им мешает?

Исак Фрумин: Я думаю, что если бы был рейтинг университетов по подготовке кадров, то Россия была на высоких позициях. В нашем же случае речь идет о рейтингах исследовательских университетов – тех, в которых важнейшей функцией является не только подготовка кадров, но и проведение исследований, получение нового знания. Здесь российские вузы проигрывают. Например, в российских медицинских институтах только 10-20 имеют исследовательские программы, в США – более 100. Пример почти полноценного исследовательского университета в России – МГУ, так как в его составе есть лаборатории. Но даже таких у нас крайне мало.

Низкое присутствие российских вузов в рейтингах обусловлено тремя причинами:

1. Наследие Германии. В Советском Союзе доминировала немецкая модель, в которой важнейшую роль исследовательской деятельности играла академия наук. Из университетов значительная часть исследовательской деятельности была просто выведена. Кстати, по той же причине не очень много в первых сотнях университетов из Германии и Франции, потенциально сильных в научной сфере. При этом если в этих странах после второй мировой войны началось сближение университетов и академической науки, то у нас такого не произошло.

2. Многолетняя изоляция. Сегодня английский язык является общим языком науки. И, безусловно, страны, для которых он является родным, имеют преимущество. Они более активно включены в глобальный оборот знаний, технологий, их больше цитируют. Россия имеет дело с очень печальной многолетней изоляцией от глобальной науки, ведь еще 20-30 лет назад публикация за границей, ка и само знание английского языка, у нас рассматривались с подозрительностью.

3. Самоуспокоенность. Наша уверенность в том, что у нас самое лучшее образование в мире. Нежелание видеть то, что реальная продуктивность десятков тысяч аспирантов в российских вузах близка к нулю.

Если посмотреть на опыт Китая, то тридцать лет назад он находился в более сложной ситуации, чем мы. Ведущие китайские вузы и академии наук были просто разгромлены. Китайский язык – еще большее препятствие для международного общения, чем русский. И в целом уровень развития науки в Китае существенно отставал от нашего. Но за долгие годы китайцы не только приняли всерьез модель исследовательского университета, но и сделали очень много, чтобы интегрироваться в мировое научное сообщество. 80% руководителей университетов в городе Шанхае – ректоры, проректоры, деканы – это люди, получившие академические степени в ведущих международных университетах. Люди, которые привыкли публиковаться на английском языке и умеют реализовывать модель исследовательского университета.

Executive.ru: Сегодня российская система образования находится в процессе формирования. Как она должна распорядиться советским наследством: что оставить, что отбросить?

И.Ф.: Я бы разделил понятия «советское наследство» и «наследство российской классической науки». Сейчас многие поклонники старой системы любят вспоминать, как все было слажено. Представители одного вуза рассказали мне его советскую историю. Вуз был создан при крупном предприятии, которое было обязано предоставлять студентам место для практики, и принимать около 20-40 выпускников к себе на работу. Более того, это предприятие было обязано около 5% своих оборотных средств направлять в вуз на хоздоговорные научные исследования.

Однако надо понимать, что в советское время существовала система обязательного распределения в условиях регулируемого рынка труда. То есть советская система профессионального образования в связи с отраслевой наукой была очень продуманной, как и вся плановая экономика. Поэтому при построении современной системы образования нельзя взять только какой-то один элемент от советской. Надо либо принять решение о полном восстановлении советской системы образования, включая плановую экономику и отсутствие частной собственности, что маловозможно, либо строить другую систему, основываясь совсем на иных принципах. Мое личное мнение – нам не надо восстанавливать советскую систему организации связи между наукой и образованием. В ней важнейший элемент исследовательской модели университетов, заключенный в инициативе ученых и студентов, их свободной конкуренции и мобильности, свободном участии в международном научном обмене – просто не может существовать.

При этом еще раз хочу подчеркнуть, что не говорю о великих традициях советского высшего образования. Я считаю, что традиции российской инженерной и научной школ нами должны быть сегодня еще раз проанализированы, и фундаментальная подготовка инженеров и специалистов в области естественных наук должна быть сохранена в современной модели.

Executive.ru: Многолетние традиции или амбиции молодости – что важнее для вузов? Как возраст учебного заведения сказывается на нем как на двигателе прогресса?

И.Ф.: Сегодня это привычная история, когда амбициозный провинциал, без связей, приезжает в Москву, он наполнен энергией, высокой мотивацией, способностью много работать. А рядом с ним сидит молодой москвич из семьи банкира, которому особо и напрягаться не надо. Таким же образом я бы сравнил старые и молодые инновационные университеты, которым просто приходится действовать более креативно и энергично.

С одной стороны я очень люблю и ценю историю. Когда я прохожу мимо здания, где жил и работал один из величайших математиков Николай Лобачевский, первый ректор Казанского университета, то испытываю особое чувство восторга и гордости. В свое время его труды в центре Европы читали с замиранием сердца. Однако для сегодняшних студентов важны не столько портреты на стенах, но и те, кто учит сейчас. И то, как и что они публикуют. Сколько сегодня в наших университетах людей, публикации которых читают во всем мире? Ответ очевиден. Поэтому, как мне кажется, традиции и история в нашем случае становятся риском для университетов – портреты на стенах легитимизируют то, что мы сегодня делаем, успокаивают нас.

Executive.ru: Почему Гарвард сегодня может рассматриваться как передовой исследовательский университет, а Сорбонна – нет?

И.Ф.: Гарвард на протяжении всего своего существования усиливал исследовательскую компоненту. Там существенно больше магистров, докторов, чем в Сорбонне, по которой в свое время было нанесено три исторических удара. Первый – Наполеон, который создал «высшие профессиональные школы» как альтернативу. Второй удар – государственное финансирование науки – научно-исследовательские подразделения стали создаваться вне университетов. Третий удар – после волнений 1968 года, когда резко расширили доступ в университеты, и Сорбонна укрепилась как бакалаврский университет.

Executive.ru: Что вы можете сказать про ведущие вузы России и Москвы, в частности? Насколько они отстали от Гарварда и от Сорбонны?

И.Ф.: Мне не кажется, что российские исследовательские университеты сильно отстают от Сорбонны. По научной производительности, особенно если речь о естественных науках, математике… мы вполне конкурентны. Тем не менее, в области гуманитарных и социально-экономических наук мы очень сильно отстали – в этом мы просто малограмотны. Когда я читаю дискуссии западных ученых на образовательную тематику, то всегда нахожу детали, которые в российском образовании можно назвать «пробелами».

Что касается Гарварда, то скажу откровенно – я не вижу в близкой исторической перспективе хоть какие-то возможности конкурировать, разве что только в отдельных крайне специфических областях, где мы временно можем перехватить превосходство. Это связано с очень простым обстоятельством: наука и образование двигаются талантами из числа студентов и преподавателей-ученых. В Гарварде гуще интеллектуальная среда.

Догонять и конкурировать надо не с университетами первой пятерки мировых рейтингов, а с теми, кто стоит после них, выбирая при этом ниши, где Россия имеет приоритетные компетенции и возможности.

Executive.ru: Может ли в российском образовании улучшить ситуацию новое решение государства о присоединении слабых вузов к сильным?

И.Ф.: Мне очень жаль Дмитрия Ливанова, которому как министру образования досталась эта неблагодарная и сложная работа. Из-за того что в системе не было механизмов внутренней очистки и регулирования (Рособрнадзор имел очень слабые ориентиры по качеству), он столкнулся с вопиющей ситуацией. Ему пришлось совершать хирургические действия. Его предшественник, Андрей Фурсенко, большую часть лет, которые он провел в должности министра образования, говорил, что нам надо сократить число вузов. Он провел, так сказать, идеологическую подготовку. Но число вузов не сокращалось, число бюджетных мест не уменьшалось, а количество потенциальных абитуриентов шло на убыль. Возник и укрепился большой сектор образования, в котором одни делают вид, что учатся, а другие – что учат. Вузы получали бюджетные места потому, что так сложилось исторически – никто особенно не интересовался тем, хорошо ли, плохо ли в этом вузе обучают студентов.

К сожалению, болезнь нашего высшего образования зашла слишком далеко. Если бы пять-шесть лет назад мы запустили механизмы, которые показывали бы, что у вуза низкие показатели, то мы могли бы не закрывать вуз, а просто отказывать в бюджетных цифрах приема. Улучшат показатели – получат, не улучшат – через три года им некого будет учить, и они закроются сами.

Executive.ru: В каких странах, на ваш взгляд, сегодня существуют идеальные условия для возникновения новых университетов?

И.Ф.: Большая проблема в США или Западной Европе – отсутствие новых исследовательских университетов. Искать примеры таких вузов нужно в молодых, быстроразвивающихся странах. Прежде всего, в Азии, Сингапуре и Китае. Министерство образования Китая приняло решение тысячу ректоров и профессоров своих университетов в течение пяти лет стажировать в ведущих зарубежных исследовательских университетах на тему того, как надо управлять вузом, как организовывать науку и т.д.

На Ближний Восток (Саудовская Аравия, Абу-Даби, Катар) у меня меньше надежд. Хотя они очень стараются, как показывает практика, наука плохо развивается в несвободных странах. Я имею в виду дискриминацию женщин, в частности. Интересные перспективы есть у Латинской Америки. Бразилия и Чили также реализуют ряд программ, связанных с исследовательскими университетами.

Executive.ru: Сложилась ли в России прослойка вузов «нового поколения»?

И.Ф.: В России не сложилась. Причина – неблагоприятные общеинституциональные условия и длительное наслаждение собственными прежними заслугами. Я радовался, что два выпускника Московского физико-технического института получили Нобелевскую премию. Но они не работают в России. Почему? Мы не построили исследовательского университета и не пригласили их туда руководить.

Тем не менее, я не могу не видеть позитивных движений. Во-первых, благодаря Андрею Фурсенко, сама модель исследовательского университета получила признание. Мы не должны недооценивать революционного шага, который предприняло государство, объявив конкурс исследовательских университетов. Многолетнее разделение между академиями наук и университетами начало стираться. Поэтому этот шаг, а также заявление о том, что нам надо усилить международную конкурентоспособность наших университетов – вселяют надежду. И если мы будем двигаться настойчиво и не стесняться своего отставания, то лет через десять добьемся весомого результата.

Executive.ru: Как сформировать исследовательский университет «приличного уровня»? Какие профессора в нем должны присутствовать – опыт, возраст, профиль?

И.Ф.: К сожалению, в России сейчас нет ресурсов на формирование абсолютно новой модели университета. Я с симпатией наблюдал за попыткой Казани сделать IT-университет, но и там прослеживалась идея «а вот нельзя ли сделать как-нибудь подешевле?» Ответ – «нельзя». Потому что рынок талантов сегодня глобальный, и люди едут туда, где будут получать хорошую зарплату и условия для работы. У России сейчас стоит более тяжелая первостепенная задача – трансформировать уже имеющиеся вузы.

А вообще рецепт создания исследовательского университета очень прост – надо быть честным с самим собой, уметь признавать, что «то, что вы раньше двигали как науку – таковой не является»; открыть академический рынок – приглашать на работу в вузы самых лучших людей со всего мира. Это не значит, что наши профессора не могут конкурировать с западными. Могут и должны. Для них нужно создавать условия свободного, но ответственного творчества.

Executive.ru: Какова роль бизнеса в реформировании российских университетов?

И.Ф.: А у нас что, есть независимый бизнес? К сожалению, в России бизнес либо очень молодой, либо государственный. Крупные международные компании, базирующиеся в России, не заинтересованы в реформировании российских университетов, так как в смысле подготовки кадров вузы находятся на неплохом уровне. Эти компании берут выпускников, посылают их на полугодовую стажировку за рубеж и все – получают готовых специалистов. Поэтому у нас вряд ли случится такая же ситуация, как в США, когда филантроп дал $500 млн на создание нового инженерного университета.

Executive.ru: Насколько адекватно образовательная тематика отражается в российских медиа – федеральных, специализированных, в интернете?

И.Ф.: Я поражен низким уровнем отражения темы образования нашей журналистикой. Если вы посмотрите западные газеты и ведущие электронные медиа, то практически в каждом номере присутствует серьезная аналитическая статья об образовании. У нас же низкий уровень аналитики, удивительная тоска по советскому образованию и полное непонимание того, что реально происходит. Например, о дикой истории про фальсификацию публикаций в журналах большой группы людей с истфака Московского педагогического государственного университета при защите диссертаций нигде в СМИ не появилось аналитического материала.

Executive.ru: Какой совет вы дали бы HR-ам, набирающим персонал из числа выпускников?

И.Ф.: Я знаю, что HR всегда смотрит, в первую очередь, на опыт работы. Я бы им посоветовал уточнять у кандидатов тему диплома или магистерской диссертации. Потому что это конкретная аналитическая работа, в которой уже проявляются способности ее автора.


Эта публикация была размещена на предыдущей версии сайта и перенесена на нынешнюю версию. После переноса некоторые элементы публикации могут отражаться некорректно. Если вы заметили погрешности верстки, сообщите, пожалуйста, по адресу correct@e-xecutive.ru
Комментарии
Финансовый директор, Тула

Умилило про «великую советскую систему», особенно на фоне того, что она насквозь «немецкая», а еще «российская» и никуда не годится.
Вообще, как только речь заходит об «подготовке исследователей», можно дальше не читать.
Налицо навязанное неизвестно кем представление, что высшая школа должна готовить обязательно ученых. А вообще то для этого есть аспирантура и докторантура.
99% выпускников высшей школы – это квалифицированные кадры для промышленности и проектных организаций. А в оставшейся «науке» процентов 60-70 – та же рутинная работа, для которой нужны именно квалифицированные грамотные сотрудники.
То есть высшая школа должна в первую очередь учить. А это очень плохо делали советские вузы, про сейчас говорить не буду – ситуация сложная. Более того, еще раз повторю, о чем говорил не раз: советское высшее образование было сконструировано так, чтобы готовить «образованцев», калечить людей умственно.
Возьмем простейший пример. Вся страна получила первое или второе высшее экономическое образование. Однако сплошь и рядом мы наблюдаем очевидные порой просто глупые решения, которые не получают должного отпора со стороны ученых, производственников, журналистов и т.д. и т.п. Например, решение о том, что малый бизнес не ведет бухгалтерский учет (УСН). Это фактически решение о лишении малого бизнеса кредитоспособности. Малое предприятие может прекрасно работать десятки лет, иметь огромные обороты, но для кредитора оно равнозначно торговцу с рынка. Про запретительное налогообложение я и не говорю.
В свое время готовили «реформу» русского языка. Своей безграмотностью она возмутила буквально всех, и не прошла. Значит средняя школа работает!
Если бы все депутаты отнеслись к тому, кто принес решение об упразднении бухучета, как к дебилу, посмотрели бы на него, как будто он пришел в Думу без штанов, то, наверное, он в следующий раз подумал бы или посоветовался с кем нибудь. А так, полстраны работает в черную и ничего. Значит, так учили!
Завалы советского прошлого надо разбирать, как после войны. Но для этого нужно четко понимать, что это завалы, что здесь минное поле, что больного нужно долго и правильно лечить.
Сейчас пошла какая-то непонятная компания с этими рейтингами. Ну, плохие рейтинги, ну и что? Если бы само образование было хорошее. А тут похоже под сурдинку выбросят последнее, что осталось.
Немецкая система? Да, прекрасно. Где Германия и где мы? Тогда давайте брать немецкие программы, приглашать немецких профессоров и доводить ее до ума.
Хотят в каких то университетах американскую – флаг в руки. Будут студенты поступать и оплачивать, да развивайте науку на здоровье. На мой взгляд американская хороша, как второе высшее.

Директор по рекламе, Москва
Владимир Крючков пишет: 1. При чем тут английский язык? Проблемы со сдачей кандминимума? 2. При чем тут смежный диплом? Имею диплом по физхимии и степени по экономике.
Владимр, мне сообщили, что недавно вышла норма Минобра, что нужно защищаться по специальности диплома. Вроде Вам повезло, так же как мне не повезло с ''по совокупности''. С англ. проблема в смысле грамотности, я его не учил, но общению на арго с заинтересованными форенами нет преград, они в отличие от нашей родной традиции заинтересованы СОДЕРЖАНИЕМ проблемы а не формой и протоколом. Основной принцип - интерес к проблеме исследований в нашей традиции идет от перерегламентации протоколов и условий входа в протоколы. С другой стороны это и бизнес, чтобы соответствовать нужно платить или деньгами или временем. То есть протоколизованная форма отнимает и время и деньги и не оставит его на организацию исследований или поиска финансирования под исследования или общение по проблеме. В науке и в исследованиях важно живое общение и ЖИВОЙ интерес, а не мертвый забор условий. Это же очевидно.
Менеджер по маркетингу, Москва

Мои скромные пять копеек.

То, что наука и образование РФ хиреют с каждым годом ни для кого не секрет. И то, что их надо срочно реформировать, тоже очевидно. Но не менее очевидно, что должны быть поставлены внятные задачи этой реформы и определены адекватные средства. Повышение места российских вузов в международных рейтингах - это не задача. И даже замена германской модели на американскую - это тоже не задача. Чего именно мы хотим добиться этой заменой? Проведены ли исследования, убедительно доказывающие превосходство американской системы над германской? И превосходство в чём? Непонятно.

Далее и самое главное. Система образования существует не в безвоздушном пространстве, а основывается, по меньшей мере, на экономике. И вот тут возникают главные опасения. Как верно замечает автор, американская система (высшее образование и наука как единая институция) связана с отсутствием или слабостью государственного финансирования. Если же такое финансирование есть, то возникает НАСА, а не университет. Ещё ''у них'' есть исследовательские подразделения в крупных компаниях. В РФ всё не так, и связано это, надо полагать, с кривым устройством экономики, которая, несмотря ни на что, вертится вокруг государства. И поэтому если мы просто возьмём и скопируем американскую систему, не подготовив для неё экономические основания, то остатки российских и науки, и образования быстро отправятся в адЪ. Может, конечно, оно и к лучшему.

Генеральный директор, Москва
Андрей Семеркин,
Владимир Тодрес пишет: ну во-первых, ясно, что врез (который жирно под заголовком) не соответствует тексту интервью. В контексте интервью эта цитата значит одно, вне контекста, как врез, - другое. Почти противоположное. < ...>
* * * Сообщение отредактировано * * * Нарушение пункта 8 Декларации Сообщества: 8. Участники Сообщества должны воздерживаться от открытых недоброжелательных онлайновых высказываний и оскорблений по отношению как персонально к участникам Сообщества, так и к организациям. Недоброжелательные и оскорбительные высказывания в адрес организаторов и участников Сообщества могут служить поводом к исключению из Сообщества. http://e-xecutive.ru/about/declaration/639985/ Изменено: Андрей Семеркин - 01.01.1970 03:00:00
Уважаемый Андрей, было бы очень хорошо, если бы Вы отредактировали не только сообщение участника Сообщества с неприятными высказываниями в адрес вашего сотрудника, готовившего материал, но и заменили совершенно неприличный и искажающий смысл публикации текст врезки, вызвавшей такую реакцию. Это бы было справедливо, да и просто не гоже допускать такие тексты в приличном издании.
Генеральный директор, Москва
Владимир Крючков,
Владимир Крючков пишет: Предлагаю не продолжать бесполезное обсуждение, поскольку каждый останется при своем мнении, а в целом получается флуд. Давайте придерживаться содержания темы - без идеологии.
Поддерживаю. Если говорить о теме реформ высшей школы, то главный вопрос это ''кто заказчик?''. С моей т.з. вариант ответа в России только один - Государство, реформы должны работать на задачу сохранения России как суверенного государства, охраняющего самоценную культуру нашей цивилизации и природные ресурсы. А отсюда возникнет спрос как на фундаментальные естественно- научные исследования и новые технологии прежде всего для военных нужд, так и на развитие социальных и гуманитарных наук, которые позволят противостоять культурной агрессии и продолжающейся ''холодной войне'', ведущейся против нас сторонниками ''нового мирового порядка'', глобалистами и пр. А отсюда уже возникнут требования к системе образования. Для реализации реформ должны быть созданы несколько научно-исследовательских центров, серьезно занимающихся проблемами образования и готовящих реформирование.
Преподаватель, Москва
Дмитрий Федоров пишет: Владимр, мне сообщили, что недавно вышла норма Минобра, что нужно защищаться по специальности диплома.
Для меня это новость. Уточню.
Дмитрий Федоров пишет: общению на арго с заинтересованными форенами нет преград, они в отличие от нашей родной традиции заинтересованы СОДЕРЖАНИЕМ проблемы а не формой и протоколом
Это точно. Целый день общался с американцами по делу без проблем. Но когда вечером садились поговорить ''за жизнь'', ощущал себя собакой с умными глазами :)
Дмитрий Федоров пишет: В науке и в исследованиях важно живое общение и ЖИВОЙ интерес, а не мертвый забор условий. Это же очевидно.
С такой формулировкой тезиса спорить невозможно. Но тезис искусственный. Забор условий не мертвый - он ''скорее мертв, чем жив'', как говорили лекари в известной сказке. Он необходим как для фильтрации интеллектуального мусора, так и для оформления полезных результатов для передачи для дальнейшего использования.
Преподаватель, Москва
Алексей Матвеев пишет: Если говорить о теме реформ высшей школы, то главный вопрос это ''кто заказчик?''. С моей т.з. вариант ответа в России только один - Государство, реформы должны работать на задачу сохранения России как суверенного государства, охраняющего самоценную культуру нашей цивилизации и природные ресурсы. А отсюда возникнет спрос как на фундаментальные естественно- научные исследования и новые технологии прежде всего для военных нужд, так и на развитие социальных и гуманитарных наук, которые позволят противостоять культурной агрессии и продолжающейся ''холодной войне'', ведущейся против нас сторонниками ''нового мирового порядка'', глобалистами и пр. А отсюда уже возникнут требования к системе образования. Для реализации реформ должны быть созданы несколько научно-исследовательских центров, серьезно занимающихся проблемами образования и готовящих реформирование.
Согласен. К сожалению, центр, научный руководитель которого дал интервью, таковым формально и является. Но, как видим, только поддакивает Государству в его политике, разрушающей образование. Осталось дождаться Государства, задачей которого будет
Алексей Матвеев пишет: сохранение России как суверенного государства, охраняющего самоценную культуру нашей цивилизации и природные ресурсы
Аналитик, Канада

да, всё правильно написано. И очень справедливо. Я учился в совке, в одном из ведуших вузов Москвы. Позднее я учился в нескольких университетах Канады, прямо скажем далеко не передовая страна в области образования в мире, отстаёт и от Штатов и от Европы и даже от Австралии. Но всё же качество полученных знаний и опыта, в плане применимости в карьере и продвижения по службе, на много уровней выше чем в российских вузах. В России многие люди не связывают диплом полученный в университете с направлением их дальнейшей карьеры, это делает высшее образование справкой о способности отсидеть определенное количество часов в классе и пройти неинтересные тесты. И к тому же огромная потеря времени в самом продуктивном возрасте жизни. Расширение обшего кругозора и возможность удивить коллег за обедом глубиной своих знаний - замечательный побочный эффект от высшего образования, но всё-таки это не цель.

Генеральный директор, Нижний Новгород
Долго я все это читал, чесслово. :)) ИМХО, Антон Белоусов, как-то суммировал что ли определение эффекта от западного (европейского) образования фразой:
Антон Белоусов пишет: качество полученных знаний и опыта, в плане применимости в карьере и продвижения по службе
И тут же вспомнился мне прочитанный в юношестве детектив про адвоката Перри Мейсона, где есть момент следующий (не берусь утверждать, что формулировка восроизведена точно, передаю смысл очень близкий к тексту): - Мой помощник Джонни славный парень, сидит, читает архивы... У нас же прецедентное право. И если бы у него на рассмотрении был случай, связанный с тем, что гнедая кобыла с белым пятном на правой ляжке пробила голову конюху, то он искал бы прецедент до тех пор, пока не нашел бы именно такой случай. И у кобылы было бы пятно именно там... Не было бы пятна - он бы продолжил искать. Я это к чему? К тому, что заучивание алгоритмов действий, конечно, хорошо. Прецеденты знать полезно. Только вот простора для критического осмысления ситуаций не дает. Что ведет к проблемам в поисках альтернатив, которые могут дать лучший результат при их реализации. Могут, конечно, не дать. У Задорнова: ''Собрались специалисты обсудить проблему, состоящую в том, что после посещение курилки и последующем открывании дверей, руки будут грязными. Как этого избежать? Сидели долго, обсуждали бурно. Пришел русский, поинтересовался, в чем суть проблемы? Ответил - открывайте дверь ногой...'' Так вот, наше, ''совковое'', образование дает отличную базу для критического осмысления. Особенно, если вам преподаватели хорошие попадались. Которые не стеснялись задавать вопросы разные, заставляли вас думать, искать альтернативы, а не спрашивали: ''Это понятно?''. Смешно, но если даже просто посмотреть голливудские фильмы о деловых людях, то кто добивался максимального эффекта? Кто действует нестандартно! Это считается вообще отклонением от нормы (вызовом общепринятым стандартам), раз так культивируется даже в кино. А что такое норма? Еще одно выражение из ''оттуда'': ''Работа менеджера заключатся в том, что он приходит на работу, проверяет сообщения на факсе, автоответчике, электронной почте, отвечает на них. И идет домой, т.к. рабочий день уже закончен.'' (это мне сказала американка на одном из семинаров). Думаете, он во время этих ответов думает критически? Сомневаюсь. Однако, бизнес-среда зарубежная развивалась намного дольше, чем у нас. Мы, как всегда, хотим перепрыгнуть через все это. Хрена там, все должно быть поступательно. Тут и менталитет замешан, как минимум... Ну вот не индивидуалисты мы по природе своей. Во всяком случае, те, кому больше 30-ти лет. Я про основную массу. Воспитаны не так. Нам в мозг вплавлено, что успех одного - ничто в сравнении с успехом группы. Хотя, конечно, последние лет 10-15 и в этом направлении потеснили сию парадигму. Я учился как раз на изломе - 1992-1997, хаос полнейший, переделы, формирование элиты, нищета ВУЗов и т.д. Недоумевал - по кой, извините, хрен на первых 2-х курсах все факультеты изучают одни и те же предметы?! Учась на факультете радиолектроники (потом был социально-экономический факультет, на 3-м курсе перевелся), учил историю, например. Теперь-то понимаю, для чего все это было...
Руководитель, Томск
Антон Белоусов пишет: учился в нескольких университетах Канады, прямо скажем далеко не передовая страна в области образования в мире, отстаёт и от Штатов и от Европы и даже от Австралии.
Рейтинг лучших университетов мира 2011/2012 от Quacquarelli Symonds (QS) в первую сотню включает 4 канадских университета, МГУ занимает 112 место. Топ 200 мировых университетов рейтинга Times Higher Education-QS 2011-2012 в первую сотню включает 5 канадских университетов, всего в топ-200 их 9.
Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Обсуждение статей
Все комментарии
Новости образования
Школа бизнеса МИРБИС объявила об акции «Жаркое лето»

Летние программы обучения руководителей пройдут в Сочи, Ялте и Тбилиси

Программы составлена оптимально под потребности заказчика и позволяют получить новые знания, отдохнуть, посмотреть достопримечательности!

Семь самых распространенных заблуждений о блокчейне

Профессор Альфред Таудес, руководитель Исследовательского института криптоэкономики при Венском Университете Экономики и Бизнеса и давний преподаватель WU Executive Academy развенчивает семь наиболее распространённых мифов о блокчейне и биткоинах.

Школа бизнеса МИРБИС объявила даты осеннего набора на программы МВА

Предлагаются 3 формата обучения, а также выбор из 12 функциональных или отраслевых специализаций МВА.

Дискуссии
Все дискуссии
Цифры и факты
В Хельсинки состоялась встреча Путина и Трампа

Президенты выразили желание исправить отношения между двумя странами.

Правительство поддержит нефтяников

Факт дня: Правительство согласилось внести поправки в законопроект о налоговом маневре.

НМГ увеличит долю в «Первом канале»

Факт дня: ФАС «приняла решение о согласовании ходатайства ЗАО «Национальная медиа группа» о покупке акций АО «Первый канал».

Долги посчитают попозже

Факт дня: Начало обязательного расчета показателя долговой нагрузки (ПДН) при выдаче кредитов физлицам перенесено до 1 октября 2019 года.