Почему большой контракт не означает хорошую сделку

Заключение крупного договора в промышленной B2B-компании всегда вызывает приятные чувства. Особенно когда за сделкой стоят месяцы переговоров, несколько редакций технико-коммерческого предложения, работа всей инженерно-коммерческой команды. В такие моменты менеджер проекта предвкушает премиальную выплату и повышает свою профессиональную самооценку, инженер технического отдела записывает сложную разработку в свою копилку, производственный ИТР вносит заказ в план-график и планирует загрузку мощностей.

Но в производственной компании за такой новостью довольно быстро возникают вопросы и обсуждения внутри отдельных служб:

  • Сколько денег придется вложить до старта производства и непосредственно до отгрузки?
  • Что именно нужно изготовить и в какой комплектации?
  • Почему составленная ведомость закупок отличается от спецификации договора?
  • Не придется ли ради одного заказа сдвигать сроки по другим?

В момент заключения договора эти вопросы обычно отходят на второй план, но позже искать ответы приходится вместе с инженерами, финансистами и производством. В этой статье обсудим риски больших контрактов в сложных продажах.

Что стоит за ценой в коммерческом предложении

Когда производитель получает запрос на инженерное оборудование, исходных данных часто хватает для предварительной стоимости, но не для окончательного решения. В техническом задании указаны основные характеристики, тогда как отметки подключений, комплектация автоматики, номинальная мощность, границы монтажных работ и прочее уточняются. В то же время клиенту уже сейчас необходимо согласовать с руководством бюджет закупки и ждать всех согласований со своими службами у него нет времени.

К такой последовательности надо относиться спокойно. В проектных продажах трудно требовать от заказчика, чтобы до первого обращения у него уже были ответы на все технические вопросы, особенно если это представитель службы закупок, которому передали технический запрос. Здесь необходимо различать предварительный расчет в стартовом пресейле и финальное предложение, которое компания готова включить в договор. В предварительном расчете допустимы обоснованные допущения. Для второго важно знать, какие из них подтвердились, и кто оплатит последствия технических корректировок и изменений. К этому моменту заказчик адаптируется к предварительной сумме контракта и в процессе согласования различных вопросов между своими службами зачастую возникают нестыковки проекта, технического задания и реальной ситуации на объекте или производстве заказчика, что приводит к увеличению стоимости договора, но заказчик уже не воспринимает это болезненно.

Корпус оборудования может быть рассчитан правильно, а цена поставки изменится из-за другой комплектации, нестандартной перевозки или работ на объекте, которые первоначально не относили к обязательствам изготовителя. Не стоит автоматически считать такие ситуации ошибками продаж: проект действительно меняется, в том числе, когда подключаются новые специалисты на стороне заказчика. При этом всегда есть часть расходов, знакомых предприятию по прошлым заказам, которые должны включаться в себестоимость проекта: дополнительные выезды, особая упаковка, долгая сдача работы на объекте. Если всякий раз относить их к исключениям, расчетная калькуляция себестоимости снова будет выглядеть привлекательнее, чем окажется фактически.

Бывает и обратная крайность, когда производитель пытается включить в цену любую возможную неприятность или непредсказуемость, в том числе последствия собственных недоработок, но с таким предложением трудно конкурировать на рынке. Поэтому исполнитель осознанно принимает часть неопределенности ради важного клиента или будущих поставок. В такой ситуации меня всегда интересует, на какой результат компания при этом рассчитывает и какой баланс экономических интересов выстраивает с заказчиком.

Когда финансирование договора съедает маржинальность сделки

Хорошо помню, как непросто было объяснять менеджеру решение отказаться от крупной сделки, к которой он шел несколько месяцев. Он нашел нужных людей, удержал контакт, добился доверия и привел заказчика к обсуждению конкретных объемов поставки. Свою работу он сделал хорошо, но компания не хочет брать заказ, ради которого он столько старался.

Проблема была в условиях оплаты. Чтобы выполнить контракт, нам нужно было закупить материалы, оплатить производственные расходы и затем долго ждать денег за поставленную продукцию на условиях отсрочки в 60 календарных дней. В новом году вступил в действие новый регламент закупок на стороне клиента, и наше предприятие фактически кредитовало бы заказчика в объеме и на срок, которые мы не могли себе позволить. Привлечение внешнего финансирования меняло экономику сделки до критического уровня, а договориться о другой цене или графике платежей уже не представлялось возможным, поскольку заказчик находился в рамках своего бюджета. Мы приняли решение отказаться от этого контракта. Для менеджера это означало потерю нескольких месяцев работы, и никакие рассуждения о финансовой дисциплине не делали это решение для него утешительным. Но принятие прежних условий – это исполнение заведомо провальных обязательств.

В промышленных проектах финансирование по договору связано с различными сложностями и обременениями, не только с отсрочкой. Во многих крупных закупках аванс перечисляют после предоставления банковской гарантии, оформление которой требует расходов и зависит от решения банка. Сам аванс может покрыть материалы, но не весь производственный цикл. Следующие платежи иногда привязывают к готовности оборудования, приемке или этапу строительства, на который изготовитель практически не влияет. В итоге предприятие способно закончить работу задолго до получения всей стоимости договора.

В чем сложность уточнений работ по контракту

В B2B-продажах договор нередко подписывают до окончательного согласования конструкционных чертежей оборудования по контракту, или создают их уже после подписания договора и первого авансирования. При изготовлении оборудования под конкретный объект заказчик продолжает уточнять исходные данные, которые приходят к нему «с полей» и конкретных эксплуатационных условий своего производства. Вопрос возникает, когда стороны по-разному понимают, что уже включено в цену, а что стало новой технической задачей.

Например, заказчик просит перенести патрубок у подземной стеклопластиковой емкости. На совещании по большому объекту это выглядит как изменение одной отметки на чертеже. Для изготовителя все зависит от стадии работы: иногда достаточно поправить документацию, а иногда уже требуется переделывать изготовленный узел. Серьезнее ситуация, когда одновременно меняется расчетная глубина установки емкости. Из-за других нагрузок на корпус может потребоваться большая толщина стенки или усиление конструкции, и при поставке нескольких изделий стоимость изменений существенно возрастает.

Мне приходилось участвовать в обсуждениях, когда специалисты на объекте находили разумный технический вариант и стремились передать его в производство, чтобы не задерживать монтаж. Но после устной договоренности остаются договор, чертеж и персонал, которым предстоит принимать оборудование. Если решение не попало в согласованный пакет документов, у разных сотрудников могут сохраниться разные представления о комплектации и о том, кто оплатит дополнительные работы. Со временем я стал с большим пониманием относиться к инженеру, который не выпускал документальную правку по телефонному распоряжению заказчика с площадки.

При этом клиент далеко не всегда пытается переложить расходы на поставщика. Иногда изготовитель сам не учел необходимый элемент, и исправление ошибки остается его ответственностью. Бывает, что техническое задание допускает несколько толкований, а расхождение обнаруживается после подписания договора и предметный разговор о конструкции превращался в затяжной спор: обе стороны считали, что обсуждают прежний объем поставки, хотя понимали его по-разному.

Как крупный заказ влияет на производственные планы

Сам по себе расчет себестоимости не показывает, насколько изготовление оборудования по договору войдет в текущий и плановый график производства. У предприятия есть общая очередность заказов, технические специалисты заняты документацией для нескольких объектов, снабжение ожидает комплектующие, цех распределяет оборудование и рабочих. Когда крупный заказ занимает общий и зачастую дефицитный ресурс, меняется положение и тех заказов, которые включены в график и находятся на разных его этапах готовности.

Серийная продукция и индивидуальное инженерное оборудование ведут себя по-разному. Нестандартный корпус задерживает общий ход операции, конструктор тратит в два раза больше времени на разработку сложного узла, автоматика приходит от отдельного поставщика по «кривой» логистике и тормозит этапы сборки и комплектации. Два договора с одинаковой маржинальностью на входе могут требовать разного количества инженерных часов и производственных мощностей в цеху. Если узким местом стала конструкторская служба, приходится тормозить с другими заказами, документацию для которых эти же специалисты еще не перевели в рабочую документацию для производства.

Я бы не стал сводить такое решение к поиску единых показателей рентабельности, например, норма прибыли на час работы оборудования. Есть уже принятые обязательства, стратегические клиенты, сезонность, необходимость сохранять загрузку и компетенции сотрудников. К тому же, график строительства или ввода оборудования может требовать одной очередности поставки, а технология изготовления – другой. Если выяснять это в процессе производства или только перед отгрузкой, расходы на дополнительные перевозки, хранение и перестановку графика появляются тогда, когда что-либо менять уже затруднительно.

Сложности согласования сделки внутри компании

Когда я обсуждаю коммерческие условия по крупным заказам с руководством, самые трудные разногласия редко возникают вокруг размера скидки. Сложнее прийти к согласию, кто вправе согласовать нестандартный аванс, гарантировать срок поставки без окончательного технического расчета или поставить новый заказ в приоритет на производстве. Для продавца это часть переговоров с клиентом, но последствия решения оказываются у тех, кто в переговорах мог вообще не участвовать.

Сильный менеджер проекта защищает сделку, над которой долго работал, и справедливо опасается, что пауза ради согласований позволит конкуренту забрать его заказ. Мне приходилось убеждать коллег в целесообразности необычной комплектации и объяснять, почему привлекательная сумма договора еще не дает оснований принимать все условия заказчика без дополнительного обоснования.

Я люблю момент, когда после долгой работы приходит заказ, и не хочу относиться к крупным контрактам с подозрением только потому, что их исполнение связано с рисками. Но с опытом все чаще вспоминаешь разговоры внутри собственной компании, когда решение еще не очевидно, специалисты приводят вполне разумные доводы и кто-то должен принять на себя ответственность за общий результат. Бывает, именно в этой части работы коммерческого директора и заключается самое сложное, хотя для людей со стороны продажа уже состоялась.

Также читайте:

Расскажите коллегам:
Комментарии
Александр Беляев пишет:
Поэтому вопрос рожден из производственной боли:  о способности всей компании системно исполнять принятые обязательства, не теряя экономику контрактов и, как следствие, свою репутацию. 

А это уже другой вопрос, который линейно из материала не вытекает, ну у которого тоже есть типовой вариант решения. 

Это одни и теже грабли на которую постоянно наступают разные компании производстводмтели.

2
Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Статью прочитали
Обсуждение статей
Все комментарии
Дискуссии
Все дискуссии