Сокотра. Сокотра. Со-кот-ра. Пробуешь слово на язык, пытаешься понять вкус, предугадать запах, смотришь фотографии, читаешь... Что-то колючее есть в этом слове, что-то чуть жесткое, череда букв царапает мозг легкой несочетаемостью. Картинка никак не складывается, и это удивительным образом обещает то, чего в нашем зарегулированном туристическом мире чартеров, туров, сертифицированных гидов и экскурсий почти не осталось, – приключение.
Обещает путешествие в том виде, каким оно было от начала времен – без ясной цели, трескотни гида, расписания, точек осмотра достопримечательностей, где, возможно, есть дороги, но точно нет не только указателей, а даже обещающих всякие беды былинных камней и никому не важно, повернешь ты направо или налево. Никому, даже тебе.
И ты садишься в самолет, взлетаешь, летишь, садишься, снова взлетаешь, летишь... и четвертый взлет комплектуется очень удачно четвертой посадкой. И все. И ты долетел. И начинаешь искать вокруг срочных чудес. И даже слегка разочаровываешься, что чудес никаких не видишь и набираешься терпением, и договариваешься сам с собой, что, конечно, какие могут быть чудеса рядом с аэропортом, вот наверно, если отъехать немного... И замираешь где-то внутри в ожидании. И твой багаж лениво и улыбчиво выгружают, и тебя встречают вопреки ожиданиям, вопреки тому, что было договорено. Но скоро выясняется, что дороги есть и даже вполне приличные, а еще в самолете ты видишь соотечественников и прочих разных европейцев. И вообще все как-то совсем не так, как тебе представлялось, и ты совсем скисаешь и принимаешь решение, что и ладно, и пусть все будет как есть, не в первый же раз разочаровываться. И думаешь, что хотя бы не обманули, что сервиса нет в принципе. И от этой мысли странным образом расслабляешься. Ну не совсем конечно, нет, просто начинаешь потихоньку. И вот тут, когда ты выбросил из головы привезенные из холодной и серой Москвы ожидания, когда пелена твоих отравленных городом мечтаний о солнечно-пальмовом рае выдувается ленивым равнодушным ветром, ты понемногу, мелкими деталями, как выплывающую из проявляющейся фотографии, начинаешь видеть. Видеть ее, нерекламную, окружающую тебя со всех твоих сторон Сокотру.
И чем больше ты смотришь, тем больше замечаешь. И чем больше замечаешь, тем больше начинаешь чувствовать странную красоту этого острова, очень мало похожего и на рай и на жемчужину, немалой частью выжженного солнцем и местами напоминающего слегка поросший редкой растительностью Марс. И тем удивительнее здесь и невероятная, словно отъехал на сотни километров, смена картинок, когда буквально за поворотом ты можешь оказаться в лесу или на многокилометровом совершенно пустом пляже, где твоими соседями будут только крабы и следы на песке только их и твои. И тебе щедро дарят этот остров, и ты жаден и носишься из конца в конец в лихорадочном желании увидеть как можно больше, и эта спокойная красота начинает исподволь действовать, и ты то подолгу молчишь, то впадаешь в неудержимую болтливость. Ты хочешь здесь как-то всего, хочешь залезть во все пещеры и посмотреть, что за этим поворотом каньона, хочешь долго идти по щиколотку в воде и бояться наступить на скатов, которых так чертовски много. Ты за невероятные копейки покупаешь у рыбаков еще живую рыбу и печешь ее в фольге, а потом ешь с приготовленной при тебе лепешкой и думаешь, когда ты последний раз видел, как печется хлеб. Ты выковыриваешь из дупл растущих только здесь драконовых деревьев жутко лечебную смолу и мажешь ссадины липким соком дикого алое. Ты жаден до впечатлений и тебе их все мало. Но что-то при этом происходит с тобой, ты медленно, но явно, с каждым вздохом выдыхаешь из себя городскую муть и в какой то момент действительно начинаешь ПРОСТО ВИДЕТЬ.
И в этот момент ты останавливаешься, садишься на песок и в тебя ласково вползает понимание, что можно никуда не бежать, что эта красота здесь ВЕЗДЕ, в любом камне или любом бутылочном дереве. И ты впадаешь в оторопь от этого понимания, и перестаешь торопиться, и из тебя уходит постоянный страх что-то не успеть и спокойно приходит понимание, что это вообще другой мир, такой, каким он был, наверно, когда-то везде, пока мы сами не сделали его иным. Мир, где дни недели и числа не имеют смысла, где жизнь не делят на работу и личную жизнь, где нет письменности, поэтому никто никого не обманывает даже в сказках. Ты начинаешь замечать людей, и видишь счастливые лица и жадное любопытство и интерес к тебе всего живого на острове, и ощущаешь от этого, чуть дикого на твой вкус, мира такой невероятный позитив, что тебе становится аж тяжело с непривычки. И вокруг много детей, и вспоминается, что у тебя их нет, потому что «пока не можешь их себе позволить». И перестаешь понимать, что эта фраза означает. И пусть ненадолго, пусть пока ты здесь, но ты ясно осознаешь, какое громадное количество абсолютно ненужных вещей тебя окружают, какое количество бесполезной информации ежедневно вкачивают в твой мозг, что большинство твоих желаний придумано армией маркетологов всех мастей, а большинство страхов не имеют внутреннего смысла. И на это короткое время ты можешь попробовать, как это - быть собой, думать самому, отвечать за себя. И у большинства из нас здесь срабатывает предохранитель, и картинка пропадает, но это чувство прикосновения к себе остается и его сложно забыть. И именно оно заставляет наших уже сильно немолодых русских мужиков, которых катали по уже и здесь появившимся стандартным «туристическим местам», на вопрос о том, нравится ли им здесь, как-то чуть растерянно улыбаться и, не имея возможности выразить состояние иначе, отвечать: «Да, нравится. Тут...» и после паузы «…спокойно как-то».
Но если ты готов выбирать дорогу сам, то есть небольшой, призрачный шанс, что именно тебе достанется самый главный приз. И в том месте, где предохранитель должен издать свой беззвучный щелчок произойдет сбой программы и все это, все что увидел, почувствовал, все, что понял здесь про свою жизнь никуда от тебя не уйдет. И станет страшно от забытого с детства чувства бесконечности возможностей мира и... и я пока не знаю, что будет дальше, да это, наверно для каждого уже совсем своя, совсем личная история.
Сокотра. Сокотра. Со-кот-ра. Остров пиратов, пастухов и рыбаков. Очень солнечный, очень ветреный. Никогда заранее не знаешь, что можешь найти здесь за поворотом дороги.
